Метель
Шрифт:
«Этот гроб не имеет ко мне никакого отношения, – уговаривала себя Маша. – Все это бред. Нельзя верить гадалкам. Перестань паниковать, возьми себя в руки. И войди в квартиру! Ну же!!!»
Она достала из сумочки ключи, дрожащими руками открыла дверь. В прихожей было темно, свет пробивался из большой комнаты. Маша, замирая, вошла. На диване неподвижно сидела Надя в черном платье с глухим воротом. Руки сложены на коленях, плечи опущены. Она, пугаясь своих мыслей, увидела Надино постаревшее лицо, седую прядь на виске. Одними губами спросила:
– Что случилось?
Надя подняла на нее глаза. В них не было слез, они походили на два колодца, в которых застыло горе. Дна Маша не увидела, и ей стало так страшно…
– Я не хотела тебя беспокоить, – Надя говорила спокойно. – Я знаю, ты мне звонила. Не хотелось говорить об этом по телефону. Извини, я не могла…
– Игорь?
Надя молча кивнула.
– Что с ним?
Невеста ее брата молча указала глазами на пустой гроб, стоящий в углу комнаты.
– Но… где он? – хрипло спросила Маша.
– В морге, – спокойно ответила Надя. – Мы решили похоронить его на родине. Нам надо завтра забрать тело и…
Тут силы ее оставили. Надя закусила губу и повалилась на диван, уткнулась лицом в подушку. Маша в растерянности стояла посреди комнаты. Потом без сил присела в ногах у Нади. Обе молчали. Прошло минут пять. Наконец, Надя подняла голову.
– Я обо всем уже договорилась, – почти спокойно сказала та. – Завтра приедет машина. Мы повезем его поездом. Я отдала все свои деньги, чтобы…
– А как же я? – спросила Маша.
– Я позвонила бы тебе завтра.
– Но… Это же мой брат!
– Как твои дела? – тускло спросила Надя. – Ты счастлива?
– Да как я могу быть счастлива!
Она вдруг кинулась Наде на шею, крепко ее обняла. И, слившись в одно целое, они, наконец, принялись взахлеб рыдать. И им стало легче.
– Прости меня, прости, – горячо шептала Надя. – Я эгоистка… Мне хотелось самой… Чтобы это было мое… Только мое… Мое горе… Раз уж оно на нас свалилось…
– Как? – только и смогла выговорить она. – Как это случилось?
– Автокатастрофа. В пятницу вечером. Он ехал домой с работы, и у машины вдруг отказали тормоза. Сказали, что она была неисправна.
– Но я ведь только что поменяла тормозные колодки!
– Я же не эксперт, – тихо сказала Надя. – Машина была старая, ты это знаешь.
– Господи, зачем мы только поменялись!
И тут вдруг до нее дошло! Странный звонок Володи сегодня днем, его срыв в субботу вечером… Его удивление… Номер для новобрачных, который он на самом деле не забронировал… Володя и не собирался его бронировать… Он вообще не собирался к ней ехать… Потому что…
– Нет! Не может быть! – жалобно вскрикнула Маша.
– Не может быть чего? – отстранившись, в упор посмотрела на нее Надя.
– Ведь он умер вместо меня! Боже, какая подлость!
– Ты о чем?
– Как ты не понимаешь! – она больно сжала Надину руку, но та даже не поморщилась. – Вон он, оказывается, что задумал! Ведь он испортил тормоза в моей машине! Я же должна была разбиться по пути на юг! Или на горной дороге! Там уж наверняка! Вот почему он так удивился! Удивился, что я жива! Он же не знал, что мы поменялись машинами!
– Да кто он?
– Володя!
– Опомнись! Как так можно? Ведь это ж убийство!
– Ну, конечно! Он хотел убить меня! Меня и моего ребенка! А получилось…
Маша вскочила.
– Надо идти в милицию, – решительно сказала она.
– Ты уверена? – тихо спросила Надя.
– Уверена в чем?
– В том, что он действительно хотел тебя убить?
– А вот мы сейчас это проверим!
Она торопливо достала из сумочки мобильный телефон. Надя молча следила за ее действиями. Машу била нервная дрожь, она была возбуждена. О! Как она его сейчас ненавидела! Это даже была не ненависть! Ненависть – это слабо сказано! Ей овладело страшное чувство не имеющее названия. Стереть с лица земли! Уничтожить! Причинить такую же невыносимую боль!
– Да. Я слушаю, – раздался в трубке его голос.
– Ты хорошо меня слышишь? – еле сдерживаясь, спросила она. – Так вот: слушай и запоминай! Я все знаю. О том, что ты хотел меня убить. Меня и моего ребенка. Но мы с братом поменялись машинами. Он хотел, чтобы у меня на дороге не возникло проблем. Я все поняла. И твои звонки, и твою злость. Ведь твой план не удался! Я жива! И все еще жива! На моей машине разбился брат! – теперь она кричала. – Он умер, ты слышишь? И я иду в милицию! Ты сядешь в тюрьму! Я сделаю все, чтобы ты сел туда надолго! И чтобы твоя жена выгнала тебя из дома! И чтобы твой богатый тесть перестал давать тебе деньги! Тебе конец, слышишь? Конец!
– Маша… – похоже, он сильно испугался. Таким его голос еще не был ни разу. – Машенька, я все тебе объясню…
– Я иду в милицию! – решительно сказала она и дала отбой.
Торжествующе посмотрела на Надю:
– Ты все слышала? Он признался! Он боится! Идем в милицию! Почему ты сидишь?
Зазвонил мобильный телефон. Маше не надо было смотреть на дисплей, чтобы узнать кто это. Разумеется, Володя! Зря старается!
– Возьми трубку, – тихо сказала Надя.
– Что?
– Возьми трубку. Надо ответить.
– Я не понимаю…
– Поймешь… Все поймешь, девочка, – Надя вздохнула и мягко добавила: – Тебе надо ответить на звонок.
Повинуясь ее взгляду, Маша взяла телефон. В трубке раздался умоляющий голос Володи:
– Машенька, я тебя прошу… Не ходи в милицию. Я сделаю все, что ты хочешь…
– Даже женишься на мне? – мстительно спросила она.
– Тебе надо успокоиться…
– Успокоиться?!! Если бы ты знал, как я тебя ненавижу!
Она хотела отшвырнуть телефон, но Надя взглядом ее остановила.