Метаметафора
Шрифт:
СЕТ
Мера мора – море
мера моря – мор
Ора орел – ореол
голубизны оратай
звуком вспахал небеса
слово засеял
пророс овес
сено лошадь ест
ржет до небес
рожая рожи из ржи
Месяц плуг закинул
за синь где несть
Кто ты Сет?
Сеть
Я – судия небесный
мера мертвых
весы сева
весь-
небесная высь
грады и веси
То ты еси
ТОТ
Мета-атом
Атон
ноты пел в тон
нот нет
тенет нет
теней нет
тонет
Эхнатон
в Лете теней-тенет
Смерть мертва
атома немота
Тот стал
Этот
Сотворение
Р-Езус-макака
Ев-харистия
Р-Езус-фактор
крови Христовой
и человечней
Сыновья умирают в отцах
Горе имеем в сердцах
Евхаристия
Евы храм Иштар
Храм Ищтар - шатер
Ева-Аштарот
Роя ветра шар
Рев ее отар
Истошно
Иштар
в ухо орет
Аштарот
Услыши
Уши
Иешу
Стара Астарта
истерла лоно
оно ль стало
лун нуль
Озириса озарение
Чичен-Ица
О сын отца озарение
О сын отца озверение
О сын отца искупление
О сын отца оскопление
О сын отца исцеление
О сын отца ослепление
О Сын Отца
Отец Сына
О синь оса
О сень сини
Крест как крест
Хруст как хруст
Хронос сына ест
А сын пуст
Разумеется, анаграммный стих не должен и не может быть тотальным. Иначе поэзия превратилась бы в бездушную математику, хотя у математики есть душа. Анаграмма как Царствие небесное, которое Христос сравнивает с дрожжами в хлебе. Она везде и негде – душа стиха, дрожжи хлеба
Следующим прорывом стало для меня ангелическое восьмигласие «Верфьлием». Надо было полностью раскрепостить подсознание, выйти за пределы обыденной грамматики в ангелическое пространство метаметафоры.
Глас первый
Отцветает от тебя день
им постигаемое «да» говорить
нем оттуда
твоему подобию ошибаться
влечением в тебя
нет не лети полным кругом
пока кольцо округляется в высоту
. . .
Глас пятый
Всему тихо их постепенно
замирания ловит любит
я можно нежно продолжая
даже из-под невозможного
цвета «все же»
выше им
таково ожидание
дабы прояснилось неотвратимое
. . .
Глас восьмой
Наставление предпоследнего это есть я
потому что далее более чем возможно
впереди грядущего так говорящих пламя
неподвижно впереди всех от вас
должно отделится от продолженья
все просияло и отодвинулось
позади
1987
Со временем я понял, что восемь гласов в свою очередь стянуты к пифагорейской гармонии восьми нот. Так мне удалось осуществить давнюю мечту – соединить нотную запись со стиховой.
МИРЕДО
Я МИ
ми-
мо
РЕ
ре-
ю
от
ДО
до
ДО
1997
Впрочем оркестровка моего стиха скорее в обертонах Дебюсси и додекафонии Шенберга.