Шрифт:
Тропа вела вперёд, потом у развилки направо, потом опять вперёд. Огромный замок со множеством комнат и залов, по которым его долго водили Крош с Лунтиком, и где он играл и веселился вместе с другими детьми и сказочными героями, остался позади. Максим оглянулся – замок возвышался слева от него, окна во всех башнях полны разноцветных огней, некоторые из них открыты, оттуда слышатся радостная музыка и смех. И он вдруг отчётливо, с тоской и грустью, внезапно и моментально заполнившими детское сердце, понял, что обратной дороги нет.
Максим завертел головой в поисках отца и матери, и увидел их тоже сзади, чуть справа, но стоящих далеко, дальше, чем замок, на какой-то возвышенности, отдельно друг от друга – маленькие тёмные неподвижные фигуры. Ему страшно захотелось назад, к ним – побежать, охватить руками, обнять, но он знал, что это бесполезно.
– Мама! – крикнул он. – Папа! Идите сюда, ко мне! – и усиленно замахал руками, чтобы привлечь их внимание. Он не услышал своего голоса, но увидел, что родители тоже подняли руки и машут ему в ответ. Возможно, и они ему что-то кричали, но отсюда не было слышно ни слова. Максим, отчётливо понимая, что у него всё равно ничего не получится, даже не сделал попытки бежать к ним. Он отвернулся, сел на траву и заплакал.
Здесь, на открытом воздухе, было тихо и тепло. В замок он попал ещё днём, почти сразу после того, как его привезли в больницу, и провёл там много времени, побывав вместе с Крошем и Лунтиком на всех этажах, во всех коридорах, залах и комнатах. Там играли другие дети, – к сожалению, все незнакомые, – ходили, бегали и летали герои самых разных сказок и мультфильмов, все веселились и радовались, а вокруг постоянно происходили всяческие невероятные волшебные чудеса. Сейчас же, когда он вышел оттуда, кругом была густая поздняя ночь, а рядом – никого.
Конец ознакомительного фрагмента.