Чтение онлайн

– Мне говорили, – прошептал альбинос, – что каждый человек способен обрести Танелорн в самом себе.

Фаллогард Пфатт убрал перо и бумагу, поднял мешок, в который он уже, как выяснилось, уложил все ему необходимое, и, опустив глаза, покатил кресло со старухой-матерью из комнаты, зовя за собой других членов семьи.

Вайладез Ренч смотрел, как они уходят со своими тюками и пожитками, потом удовлетворенно вздохнул, оглядел дом и сказал:

– Немного краски, и эта собственность станет повеселее. А весь этот хлам мы, конечно же, отсюда уберем и используем его с максимальной эффективностью. Думаю, вы согласитесь, если я скажу, что мы навсегда избавились от этой семейки Пфаттов, закосневшей в своей болезненной мнительности!

Элрик уже с трудом сдерживал себя, и если бы не Роза, которая не сводила с него глаз, если бы не Уэлдрейк с его мрачным и яростным молчанием, то уж он бы высказал все, что у него накипело. Роза одобрила дом, договорилась о цене, приняла ключи из ухоженных пальцев этого султана софистики, вежливо дала понять, что он им больше не нужен, а потом повела двоих своих друзей следом за изгнанными должниками. Те как раз медленно приближались к ведущей вниз лестнице.

Элрик увидел, как она догнала Фаллогарда Пфатта, положила утешительным жестом руку на плечо юной девице, шепнула словечко на ушко матери, потрепала по волосам мальчугана и повела их всех, недоумевающих, назад.

– Они будут жить с нами, или, по крайней мере, на наши средства. Я думаю, этим мы не сильно пойдем вразрез с законами цыганского народа, хотя они у них довольно специфические.

Элрик поглядывал на эту плохо одетую группку не без тревоги, не имея ни малейшего желания брать на себя ответственность за семью, в особенности такую беспомощную. Он бросил взгляд на темноволосую девушку, капризную в своей расцветающей красоте. С ее лица не сходило выражение почти постоянного презрения ко всему, на что она ни смотрела; мальчик, которому было около десяти лет, глядел на них своими черными глазами – они заметили их на лестнице, когда входили в дом, эти глаза горностая, к которым так подходило узкое, заостренное лицо и все остальное. Его длинные светлые волосы были прилизаны, руки с короткими пальчиками все время нервно двигались, нос постоянно принюхивался, словно чуял врага. А когда он улыбнулся, благодаря Розу за ее доброту, обнажились два ряда маленьких острых зубов, отливавших белизной на фоне влажной красноты губ.

– Твои поиски скоро закончатся, госпожа, – сказал он. – Кровь и сок снова перемешаются, как бы Хаос ни хотел изменить это предсказание. Между мирами есть дорога, которая ведет к месту получше, чем то, по которому мы двигаемся. Ты должна идти по бесконечному пути, госпожа, в конце которого тебя ждет разрешение твоих проблем.

Роза, услышав эти слова, не проявила ни недоумения, ни страха, она улыбнулась и, наклонившись, поцеловала мальчика.

– Вы все ясновидящие? – спросила она.

– Это основное занятие семейства Пфаттов, – с достоинством сказал Фаллогарт Пфатт. – Мы всегда умели гадать по картам, видеть сквозь кристалл и знать будущее настолько, насколько его можно предсказать. И поэтому-то, узнав, что нам предстоит присоединиться к народу цыган, мы ничуть не расстроились, напротив, мы были рады. Но потом обнаружили, что у них нет настоящего ясновидения, они просто владеют набором мошеннических трюков, которые позволяют им производить впечатление на других и манипулировать ими. Когда-то этот народ обладал огромными способностями, но он растерял их в этом бессмысленном кружении по миру. Они, видите ли, растратили свои способности на обеспечение безопасности, а теперь и мы не знаем, как эти наши способности применить… – Он вздохнул и поскреб себя в нескольких местах, одновременно поправляя пуговицы, петли, завязки, словно только сейчас осознал, что пребывает в растрепанном виде. – Что нам делать? Если мы перейдем в разряд пеших, то неминуемо закончим свои дни внизу, среди тех, кто толкает эту платформу вперед.

– Мы соединим наши усилия, – услышал Элрик голос Розы и с удивлением посмотрел на нее. – Мы можем помочь вам в вашей борьбе с крючкотворством народа цыган. А вы можете помочь нам найти то, что мы ищем. Мы должны найти трех сестер. Может быть, с ними находится и некто четвертый – закованный в латы человек, никогда не открывающий своего лица.

– Об этом вы должны спросить мою мать, – с отсутствующим видом сказал Фаллогард Пфатт, взвесив ее слова. – И мою племянницу. Я думаю, Чарион обладает всеми способностями своей бабки, хотя ей еще и предстоит набраться ума…

Девушка посмотрела на него испепеляющим взглядом, хотя и было видно, что она польщена его словами.

– Но самый выдающийся из всех Пфаттов – это мой сын, Коропит Пфатт, – сказал отец, гордым и несколько собственническим жестом возлагая руку на голову ребенка, чьи маленькие черные глазки смотрели на родителя с любовью и некоторой долей сочувствия. – Еще не было ни одного Пфатта, чьи таланты могли бы сравниться с талантами Коропита. Он просто-таки гений ясновидения!

– Тогда мы с ним должны как можно скорее заняться делом, – сказала Роза. – Потому что уже близко время, когда мы должны будем выйти на дорогу между мирами. Сможете ли вы вывести нас туда, куда нам надо, если мы вас освободим?

– Да, я наделен такими способностями, – сказал Фаллогард Пфатт, – и с радостью помогу вам, насколько это в моих силах. Но мой мальчик находил такие дороги между мирами, о каких я даже и не слышал. А девушка может отыскать человека в любой из плоскостей мультивселенной. Она настоящая ищейка. Терьер. Она просто-таки спаниель…

Прерывая этот поток собачьих сравнений, Уэлдрейк нашел в одном из своих карманов книгу и театральным жестом достал ее.

– Я вспомнил, что она у меня есть! Вот она! – Они в вежливом ожидании смотрели на него, а он вытащил из кармана несколько монет и сунул их в руки мальчика. – Держи, юный Коропит. Отправляйся со своей кузиной на рынок! Я дам тебе список того, что нужно купить. Сегодня я собираюсь приготовить для нас еду, которая поможет нам пережить грядущие события. – Он помахал в воздухе алого цвета книжицей. – Мы с миссис Битон состряпаем сегодня такой ужин, какого вы целый год не ели!

По завершении великолепного и изысканного пиршества даже Элрик, приведенный в благодушное настроение отличнейшими сонетами, смог немного отвлечься от преследующих его мыслей о мертвом отце, который ждет его в мертвом городе.

– Мы, Пфатты, на протяжении многих поколений жили своим умом… – Бокал Фаллогарда Пфатта был почти пуст.

Даже его мать прикладывалась сморщенными губами к бокалу с вином и время от времени похихикивала. Его сын и племянница либо уже улеглись спать, либо были не видны в тени лестницы. Уэлдрейк наполнил бокал матушки Пфатт. Одна только Роза молча сидела на своем стуле, полностью погруженная в размышления о насущных вопросах их нынешней ситуации. Вина она не пила, но, казалось, ее устраивало, что другие немного расслабились. Рядом с ней Элрик потягивал темный сине-черный напиток, желая почувствовать его действие. Не без иронии думал он о том, что после драконьего яда большинство напитков кажутся ему слабоватыми.

– …Есть всего несколько специалистов, но и они исследовали лишь малую часть мультивселенной, – разглагольствовал Фаллогард Пфатт. – Но должен сказать, что Пфатты зашли в этом смысле дальше других. Вот моя матушка, например, знает не менее двух тысяч маршрутов между почти что пятью тысячами миров. В последнее время ее чутье слегка притупилось, но зато наша племянница быстро учится. У нее такой же талант.

– Значит, вы целенаправленно вышли в это измерение? – внезапно спросила Роза, словно эти слова совпали с ее собственными мыслями.

Этот вопрос вызвал у Фаллогарда Пфатта безумный взрыв смеха, который грозил разорвать его аккуратно застегнутый жилет, копна волос вокруг его головы тряслась, лицо покраснело.

– Нет, моя госпожа, в этом-то вся и штука. Лишь немногие приходили сюда, потому что знали о народе цыган и пожелали здесь оказаться. Но этот народ создал собственное особое поле, некую экстрасенсорную гравитацию, притягивающую сюда многих, кто иначе оказался бы в Лимбе. Это поле действует – духовно, но в то же время и материально – как некий псевдо-Лимб, мир потерянных душ.