Мессия
Шрифт:
– Носками...
– Сказал малыш, ему хотелось идти туда самостоятельно, но слишком уж он медленный, ещё маленький, ждать его неудобно. Мама донесла его до второго этаж, сегодня она планировала пройти полное обследование, хотела придти первой, но не удалось, здесь уже была очередь, такие же мамаши с детьми.
– Женщина, после меня будете, - сказала одна из бабушек.
– Хорошо, а вы за кем?
– Я вот за этой женщиной, четырнадцатая в списке.
– Понятно.
Жанна села, посадила малыша на ручки, малыш сидел и ждал, необычно тихо и спокойно, но Жанна уже привыкла, её малыш тихий, и почти никогда не капризничает. Рядом сидело несколько женщин, держали на руках своих малышей, они плакали, и никак не могли успокоиться. Один малыш капризничал и требовал от мамы уйти отсюда, а маленький Саша только таращился вокруг и изучал обстановку.
– Ну что кровь будем брать, - сказала Жанна.
– Кловь блать, - повторил малыш.
– Ужас, - улыбнулась Жанна соседке.
– А у вас сколько месяцев малышу? Я смотрю такой маленький, а уже говорит.
– Да не говорит, повторяет только слова, а так ещё не говорит, а вообще нам недавно год исполнился.
– В смысле год?
– Не поняла женщина.
– Вот моему, полтора года, но он говорить только начал, не может быть, чтобы ребёнок в год сам говорил.
– Ну что я вас обманывать буду?
– Смышлёный малыш, и какой спокойный.
– Да, мы очень спокойные, никогда не капризничаем...
– А мой вот опять разревелся. Всё время ревёт и ревёт, и что-то требует.
– Вообще, ребёнок в этом возрасте и должен быть таким, - вмешалась в разговор ещё одна женщина.
– Ребёнок спокоен лишь, если страдает дефицитом внимания. В год младенец и должен постоянно реветь и требовать, это нормально. Не обижайтесь женщина, но если он постоянно ведёт себя столь пассивно, это не хорошо вообще-то.
– Да я знаю, вот поэтому и пришла на обследование, сначала кровь, потом к окулисту хочу сходить и к лору, ну и потом в конце к невропатологу. Послушаю, что скажут. Но хотя меня все и предупреждают, смотрю, никакими задержками в развитии он не страдает, даже наоборот болтает очень даже не по возрасту.
– А моему вот четырнадцать месяцев, орёт и орёт, и слов не говорит вообще, только гу, да гу... Эх, не знаю что и делать... Все нервы вымотал...
Мимо женщин прошла врач, открыла кабинет и объявила:
– Заходите женщины с направлением в порядке очереди.
Женщины с детьми зашевелились, и первая пошла с ребёнком, сдавать кровь.
– А вот моему диагностировали подозрение на диабет, представляете какой ужас, в таком возрасте, всё этот Чернобыль...
– Да, я слышала, из-за этого Чернобыля столько заболеваний у детей, хорошо, что хоть закончились эти выбросы...
– Экология нынче ужасная, вот дети и болеют...
– Мой вообще уже три раза гриппом болел, иммунитет слабый...
"А мой вот никогда ничем не болеет" - Подумала Жанна, "не замерзает и не капризничает, и болтать уже начал с десяти месяцев, что вообще повергло в шок многих, и ходит сам, а не на четвереньках ползает..." Очередная мамочка тем временем зашла в кабинет с малышом, а предыдущая вышла с орущим и дерущимся младенцем, у него в руке была ваточка с кровью.
– Сдавать кровь в год настоящий кошмар, ребёнок боится, ему больно, и он ничего не понимает...
– Да, но сдавать надо как-то... Без анализов диагноз не поставишь.
Наконец, дошла очередь и до Жанны с её Сашей, она зашла в кабинет, врач скомандовала ей:
– Садитесь сюда, помассируйте пальчик.
– Я массировала.
– Хорошо, держите его.
Она взяла чистое лезвие, и аккуратно проколола пальчик маленькому Саше, ребёнок завизжал и начал сопротивляться, мама с большим трудом удержала его в руках.
– Женщина, держите его крепче. Ужас, да что это такое.
– Я не могу, он слишком сильный. Постоянно дёргается и вырывается.
– Женщина ему же год с небольшим, вы что каши мало ели... Ох, действительно, какой сильный, прям Илья Муромец, - удивилась врач, когда ребёнок очередной раз рванул свою маленькую ручку, и она с большим трудом смогла его удержать.
– Ну, всё? Я не могу его удержать.
– Нет, не всё, надо порезать ещё один пальчик, кровь не капает из пореза почти совсем.
– Женщина, может, хватит?
– Нет, не хватит, мало крови, всего капля, надо ещё один палец порезать, не знаю, кровь из пореза совсем не идёт, надо порезать глубже.
– Аккуратнее ради бога, у него же пальцы совсем маленькие, не порежьте сухожилие.
– Да знаю я. Не первый раз уже. Держите, сильнее, чтобы не дёргался, ужас, да что это за бестия, он у вас, что допинга, что ли объелся. Что за монстр...
– Не смейте.
– Извините, никак не могу удержать, никогда таких детей не встречала, давайте, успокойте его.
– Успокоить? Вы ему два пальца порезали, думаете, годовалый ребёнок успокоится после такого?
– Но надо же как-то кровь взять, и она совсем не капает, я не знаю, это бесполезно, не капает и всё. Я давлю на палец, а крови нет, да и что за... Нет, это бесполезно, надо брать из вены, идите к соседнему столику. Из пальца не давиться, не хочу резать третий. Держите ваточку, аккуратно. Да у него и так ничего из пальца не капает, можно и без ватки.
– Так что делать?