Чтение онлайн

– Пока неясно. Никто не знает - это ведь первый опыт.

Но мистер Бейен не роптал. Еще бы! Он здоров, насколько это возможно в его ситуации, получил специальность, может преподавать, а сегодня он, хотя и находится в клинике, но по особому поводу Он отвернулся от окна - за его спиной был празднично украшенный зал и множество людей, которые оживленно разговаривали. Подошел доктор Густафсон и позвал его присоединиться к ним. Все эти люди собрались здесь из-за него. Многие прилетели издалека (впрочем, если дело касается Исландии, это почти всегда издалека) - врачи и ученые из Америки, Германии, Англии, Швеции, журналисты со всего мира. Приехали отметить годовщину его второго рождения.

...Паоло Маккиарини тоже стоял у окна, в конференц-зале, где только что закончилась научная конференция, на которой он представил результаты операции и последующего наблюдения за своим уникальным пациентом. Несколькими неделями раньше вышла статья в журнале «Ланцет», том самом, который чуть более трех лет назад опубликовал описание случая Клаудии Кастильо, что сделало его, Маккиарини, знаменитым. Прошло так мало времени, а сколько перемен! Ему за этот короткий срок удалось усовершенствовать технологию и перейти от использования донорского, трупного каркаса трахеи к синтетическому. Благодаря этому мистер Бейен сейчас жив. Это позволит - он очень надеялся - спасти пациентов из Краснодара. У Юли придется заменять не только трахею, но и часть гортани - без синтетического каркаса это было бы совершенно нереально. Он вдруг поймал себя на мысли, что впервые за все время ему захотелось быстрее оказаться в этом странном российском городе со странными людьми. Здесь он уже сделал все, что мог а светские мероприятия и вообще празднования, его никогда не привлекали.

Подошел довольный, улыбающийся Дэвид Грин, потянул его за собой, к небольшой группе людей, которые имели непосредственное отношение к трансплантации мистера Бейена. Подойдя к ним, Паоло с удовлетворением подумал, что за это короткое время ему удалось не только усовершенствовать технологию, но и собрать прекрасную международную команду. Меньше чем через две недели всем им предстояло встретиться совершенно в другом месте, не менее экзотическом, чем Исландия.

2

«Dear Аll,

От имени профессора Владимира Порханова приглашаю вас в Краснодар. Это последнее письмо перед нашей встречей, и мне бы хотелось «обновить» ситуацию и обсудить организационные моменты.

1. Биореакторы и каркасы прибыли вовремя, и Томас Гросс, который уже находится в Краснодаре, по меньшей мере трижды проверил, все ли в порядке.

Этические комитеты университета и клиники одобрили протокол трансплантации, все необходимые документы подписаны, так что мы можем действовать.

3. МТТ-тест (определяющий жизнеспособность клеток и их пролиферацию при взаимодействии с синтетическим каркасом) проведен в Каролинском институте, предварительные результаты хорошие. Д-р Поляков позаботился о том, чтобы можно было проводить подобный тест в Краснодаре - огромное ему спасибо.

4. Филипп Юнгеблут отвечает за процесс засеивания каркасов клетками, ему будет помогать Ирина Гилевич, прошедшая соответствующую подготовку в Каролинском институте.

5. 16 июня, в субботу, д-р Поляков и Ирина возьмут пробы костного мозга у первого пациента, чтобы иметь достаточно времени для засеивания каркаса.

6. Пробы доставят в чистый отсек, доступ в который будет только у Филиппа и Ирины, во избежание контаминации (инфицирование.
– Е.К.). Томас Гросс должен находиться рядом, но за пределами чистого отсека. Любые визиты в это помещение запрещены в течение всего времени подготовки и проведения трансплантаций. В Краснодаре сейчас установилась жара (+35 градусов), которая может способствовать распространению инфекции, так что мы должны принять все меры, чтобы это не отразилось на процессе засеивания каркасов. (Посещения чистого отсека могут быть разрешены после вторника, но каждый желающий должен получить разрешение д-ра Юнгеблута и зарегистрироваться у Елены на определенное время.)

7. Забор костного мозга у второго пациента планируется на утро понедельника, 18 июня, с тем, чтобы провести трансплантацию 21 июня. Все указания, изложенные в отношении первой трансплантации, касаются и второй. Ее дата может быть перенесена всего на один день, если, проводя рецеллю-ляризацию каркаса для первой трансплантации, мы увидим, что нужно больше времени.

8. Во время трансплантаций доступ в операционные будет ограничен, но предполагается организовать онлайн трансляцию на большом экране в конференц-зале (мы должны поблагодарить профессора Порханова за это).

9. Думаю, необходимо устроить общее совещание в понедельник вечером, около 19.00, чтобы мы все могли познакомиться друг с другом и напоследок еще раз обсудить все вопросы. Д-р Поляков и Елена позаботятся об организации и оповещении.

10. Я прилетаю в воскресенье и вместе с профессором Порхановым и доктором Поляковым мы проведем мозговой штурм и посмотрим пациентов.

11. Прошу осознать, что вы все участвуете в первой в истории трансплантации тканеинженерной трахеи и части гортани, и это накладывает на всех нас, а на меня в первую очередь, огромную ответственность.

Я искренне прошу прощения за такое длинное и в «немецком» стиле письмо, но мне это кажется необходимым для получения позитивного результата.

Снова мои наилучшие пожелания и до встречи,

Паоло».

Это письмо дало старт финальной стадии подготовки к трансплантациям, которые уже несколько раз откладывались. Сигнальной ракетой стала доставка в Краснодар каркасов и биореакторов, изготовленных по меркам пациентов. В течение всего времени, пока они ехали из Германии, моя почта ломилась от писем Томаса Гросса, Томас был инженером расположенной в Германии дочерней компании «Harvard Biosciences», и его обязанностью была финальная наладка и проверка биореакторов перед отправкой и после доставки. Он также присутствовал на первых двух трансплантациях и дежурил у «чистого помещения», где проходил процесс засеивания, - на случай, если с биореактором что-то случится. Томас в принципе не доверял никому, но трансплантация в Краснодаре беспокоила его до такой степени, что он практически не спал с того момента, как отправил груз в Россию.

Поскольку все партнеры знали эту его особенность характера и не очень-то отвечали на его многочисленные вопросы, а Паоло он боялся, как огня, то он начал писать письма мне.

«Дорогая Елена,

Я знаю от Паоло, что вы являетесь координатором проекта. Могу ли я писать Вам напрямую? Меня очень беспокоит сохранность упаковки биореакторов и каркасов, поскольку это очень важно. Как вы думаете, достаточно ли оповещена об этом транспортная компания? Я со своей стороны, отправляя груз, написал письма во все инстанции, и сам проверил сохранность упаковки перед отправкой. Не могли бы вы сделать то же самое, но с вашей стороны?