Чтение онлайн

— Говоря проще, ты больше доверяешь проверенным… э… сотрудницам, чем неизвестным боевикам? Возможно, это не лишено оснований. Я попрошу одного доброго прихожанина достать компактные, но эффективные, дамские пистолеты.

Объяснение

Когда человек ужинает, сидя один за столиком, логично предположить, что с делами к нему лучше не подходить, на то есть другое время и другое место. И вызывает некоторое недоумение, если вдруг к столику в этот момент направляется полицейский в полной форме, ладно, пусть полицейская, но в полном тёмно-синем мундире и фуражке-восьмиклинке. Причём со всеми положенными уставом деталями: присутствуют лаковые кожаные ремни, серебряные знаки различия в петлицах, кокарда на головном уборе и даже солидный револьвер в кобуре на поясе. С учётом жаркого летнего вечера так одеваться будут только на службе.

Впрочем, на ужинающего Джека Нельсона полицейская не произвела особого впечатления. Он флегматично поднял на неё глаза и, дожевав кусок, заявил:

— Если вы ко мне, для начала пригласите моего адвоката, без него с полицией я не общаюсь.

— Моё имя — Бет Фолд, — представилась женщина.

— Мне это что-то должно сказать? — поинтересовался ужинающий.

— Хм… Я надеялась, что да, но, похоже, сильно ошиблась — вы действительно ничего не слышали обо мне.

— А что, был должен? Я повторю вам свои слова об адвокате и про то, что без него с полицейскими не желаю разговаривать.

— Забудьте. Раз вам про меня не говорили, попробуем ещё раз, по-другому.

Полицейская развернулась и ушла в коридор, ведущий к туалетам и подсобным помещениям. Джек немного удивлённо пожал плечами и с прежним аппетитом продолжил трапезу.

Минут через десять или пятнадцать к столику подошла та же женщина, но уже с причёской апаш, слегка подкрашенная и переодетая в элегантное маленькое чёрное платье, в котором, по мнению придумавшей его Коко Шанель, приличной особе не стыдно показаться на публике.

— Джек Нельсон? — поинтересовалась подошедшая. — Бет Фолд, подруга Таниши Геар. Вы разрешите присесть? Хочу выпить с вами чашку чая и поговорить о делах, никак не связанных с полицией.

Нельсон поколебался пару секунд, но воспитание не позволило ему отказать даме:

— Присаживайтесь, пожалуйста. Не хочу влиять на ваш выбор, но в этом заведении подают невозможно вкусные малиновые меренговые пирожные. Очень, очень вам их рекомендую.

— Полностью полагаюсь на ваш выбор, но если я наберу пару лишних фунтов, то только вы будете в этом виноваты.

— Я не в том возрасте, когда женщинам говорят комплименты, а потому скажу честно — с вашей фигурой, пара фунтов в плюс или в минус будут совсем не заметны.

— Вы настоящий дамский угодник!

Пара перебрасывалась ни к чему не обязывающими словами пока не официант не принёс десерт.

— Наверное, вы гадаете, зачем я к вам пришла? Скажу сразу — Таша очень переживает. Вы могли решить, что она познакомилась с вами из-за полицейского расследования. Но это не так... Не совсем так. А раз она моя самая лучшая подруга, я решила объясниться с вами вместо неё.

— Право не стоило! Я бы предпочёл пребывать в неведении.

— Не для вас это делается, а для Таши. Она расстроена и пребывает в депрессии. Честно говоря, она рассказывала о вас много хорошего, но, как оказалось, многое и приврала. Только из-за неправильно сложившегося впечатления я подошла к вам в полицейской форме.

— А вы действительно из полиции?

— Конечно. Мы начинали вместе. Когда-то Фолд и Геар на всё Управление гремели своими экстравагантными выходками. Однако потом я залетела и вышла замуж, а она предпочла карьеру.

— Каждому своё.

— Не совсем. Сейчас мы вновь на одной позиции, с одинаковым количеством, бесполезно для карьеры, пропущенных лет. Только у меня есть любимый муж и парочка хорошеньких близняшек, а у Таши с треском проваленная полицейская операция. Не по её вине, конечно, но по результату у нас одинаковые должности, и мы вновь сидим за соседними столами в техническом отделе.

— И чем я могу ей помочь?

— Во-первых, понять и простить. Она не знала вас, соглашаясь на знакомство.

— Значит, всё-таки это полицейская операция. Передайте ей, что всё понял и простил. А чего вы хотели сказать “во-вторых”?

— Чтобы вы оба попробовали начать свои отношения сначала.

— Отношения, начатые со лжи, редко заканчиваются чем-то хорошим. Давайте оставим всё как есть, и не будем пытаться возродить то, чего никогда и не было.

Полицейские

— Джон, твой Нельсон всё правильно сказал. Действительно эта хреновина напечатана известным голландцем, хрен знает сколько лет назад. Цена соответствующая.

— Пойдёт комиссару?

— Обойдётся! Я кое с кем переговорил, такими рисунками интересуется один богатый коллекционер. Главное, обеспечить легальную историю покупки — дескать, купили офорт на аукционе конфискованных товаров. Провели экспертизу и решили перепродать. Конечно, придётся 10 процентов отдать посреднику за обеспечение сделки и прикрытие, но и оставшаяся сумма впечатляет. Прекрасная добавка к пенсионным накоплениям. Ты в доле. Скажем… треть тебя устроит?

— Кэп! Зачем спрашиваешь? А?..

— А для остальных судьба картинки останется покрыта мраком. Пусть рты на чужой кусок не разевают — у них самих рыльце в пушку. Станут спрашивать — скажу, отдал в мэрию. Даже комиссар не придерётся, тем более он сейчас дёргается из-за скорых выборов. Шум никому не нужен.

— Не думал, но оказывается в рассказах об оккультистах что-то есть. Теперь прикидываю, как бы Нельсона привлечь к нашим расследованиям.

— А оно того стоит? В газеты попадёт — всё Управление трясти будет. Разве если резонансное дело надо будет срочно закрывать. И то не факт. Из отдела борьбы с оргпреступностью пытались с помощью нашего медиума про алмазы выяснить. Результат — громкий пук. Лучше поговорить с Нельсоном и попросить, если что-то мимо него интересное пройдёт, пусть даст весточку. А уж за нами точно не пропадёт.