Чтение онлайн

Эжи замерла, потом прижала ладони к щекам.

– Сбывается, «ж» и «з». Лампуша, Альдабаран предупредил, что в праздничный день женщина, чьи имя и фамилия содержит две буквы, обозначающие важнейшие части человеческого тела, станет проводником к счастью. Она меня куда-то позовет. И вот как раз «ж» и «з», Жанна Златова! День рождения!

Я захлопала в ладоши, привлекая внимание Евгении.

– Эжи, очнись! Твой гуру высказался весьма расплывчато, не назвал ни день недели, ни месяц. И почему ты решила, что буквы, с которых начинаются названия самых важных частей тела, это «ж» и «з»? Насчет «ж» не возражаю, без нее жить довольно неудобно. Но «з»? Лично у меня нет органа на букву «з». На мой взгляд, счастье тебе обеспечит дама с инициалами «Я» и «М».

Эжени заморгала, а я пояснила:

– Буква «я» – язык, «м» – мозг. Вот что самое главное у женщины.

– Нет! Нет! Нет! – замахала руками гостья. – Важнее желудок и зубы, я в этом уверена!

Я смутилась. Значит, Буданова имела в виду желудок… А я-то, услышав про «ж», заподозрила совсем другое.

Эжени сложила руки ладонями вместе и зачастила:

– Лампочка, пожалуйста, давай пойдем! Я одна побоюсь на такую тусовку отправиться. Мне всегда как-то неудобно бывает, если вокруг много народа. Но там точно будет он. Пожалуйста! Умоляю!

Мне стало неловко. Не люблю отказывать людям, почему-то всегда чувствую себя виноватой. Но сейчас альтернативы нет.

– Эжени, у меня работа! Я заскочила домой ненадолго, чтобы напоить Мусю лекарством.

– Там начало в восемь, значит, гости начнут съезжаться к девяти, – отбила подачу Буданова. Ее глаза налились слезами. – Я потеряю уникальный, неповторимый шанс выйти замуж за него, за лучшего!

– Честное слово, я не могу манкировать своими обязанностями сегодня, – ощущая себя полной мерзавкой, промямлила я.

Эжени всхлипнула, по ее правой щеке медленно потекла большая прозрачная слеза. У меня в горле заскребли кошки. Гостья нагнулась, подняла Боню и прижала его к груди, песик обнял лапками шею хозяйки. Теперь и по левой ее щеке поползла слеза, и Боня принялась облизывать лицо хозяйки.

– Хорошо, – сдалась я, – заглянем на тусовку.

Евгения подпрыгнула, взвизгнула и выбежала из столовой, а я проводила ее мрачным взглядом. Молодец, Лампа, ты выполнила свой коронный трюк – опять наступила голыми пятками на остро наточенные грабельки. И это уже второй раз за последнее время. Сначала разрешила Будановой временно поселиться в своей квартире и вот теперь согласилась идти с ней в гости. Почему я не умею решительно сказать «нет» и далее заниматься своими делами? Крайне недовольная собой, я налила в чашку чай и отхлебнула.

Наверное, настала пора объяснить, откуда в моей жизни появилась Евгения Ивановна Буданова.

У меня есть старинный друг Владимир Костин. Выйдя замуж за Макса, я встречалась с ним реже, чем когда жила вместе с Катюшей, Лизой и Кирюшей [1] . Но с недавних пор Володя стал работать в агентстве моего супруга, и мы опять видимся каждый день.

Долгое время Костину не везло в личной жизни, один раз он из-за девушки даже попал под следствие. А после того, как ложное обвинение сняли, он женился и – влип в большую беду. Наконец, справившись с трудностями, Костин заявил: «Более никаких баб!» И перестал завязывать долгосрочные отношения с представительницами слабого пола.

Я понимала, почему Вовка не хочет ни романтических поездок, ни свадьбы, и никогда не пыталась знакомить его с какой-нибудь симпатичной блондинкой. Друг же пропадал на работе и делал вид, что у него все прекрасно.

И вот год назад жизнь Костина изменилась кардинальным образом. Он уволился из полиции и принял предложение Макса возглавить второе детективное агентство, которое открыл мой муж. Зарплата у Володи теперь в разы больше, чем на государственной службе, ему оплачивают бензин, медицинскую страховку, не заставляют писать кучу отчетов. Я не очень сильна в юридических вопросах, но знаю, что структура, которая принадлежит моему мужу, особенная. У супруга есть право расследовать убийства. Почему так произошло, кто разрешил Вульфу заниматься тем, что запрещено его коллегам, частным детективам, я не знаю. Один раз задала ему вопрос на данную тему, но Макс, как всегда, отшутился. Я поняла, что правды он мне не расскажет, и отстала.

Вульф давно хотел переманить к себе Костина, которого высоко ценит как профессионала и любит как человека, и в конце концов ему это удалось. Кстати, не так давно у Володи произошло еще одно изменение в жизни. Он познакомился с Ниной и расписался с ней. Можно было от души порадоваться за лучшего друга, но в каждой сочной вишенке непременно отыщется твердая косточка, о которую можно сломать зуб. Супруга Вовки – дочь богатого бизнесмена Ивана Сергеевича Буданова.

Нина жила в полном комфорте, ходила в частную школу, находилась под постоянным присмотром мамы Веры Петровны, которая сама, без нянек, воспитывала детей. Несмотря на трепетную заботу матери и папины деньги, Ниночка росла трудолюбивой девочкой, училась на одни пятерки. А вот характер у старшей дочки Буданова оказался боевой, она по всем вопросам имела собственное мнение, всегда его отстаивала, смело спорила с отцом и матерью и умела добиваться своего. Если Нина не желала чего-то делать, то уговорить ее поступить так, как хочет мама, было невозможно. Никаких дурных привычек у девушки не было, она не врала, не прогуливала школу, не курила, не дружила с плохими ребятами, была цельной, самодостаточной натурой, чуть ли не с пеленок зная, что ей нужно и как этого добиться. После того как Нина получила аттестат с золотой медалью, Иван Сергеевич велел ей поступать в престижный институт, где учатся дети обеспеченных чиновных людей. Отец, заранее спланировав жизнь дочки, заявил:

– Выйдешь замуж за парня из хорошей семьи, родишь троих детей, станешь хозяйкой большого дома, займешься благотворительностью.

– Нет, – твердо заявила дочь, – я хочу выучиться на юриста и…

– Без проблем, – перебив ее, обрадовался Иван Сергеевич, – в этом вузе как раз готовят адвокатов. Знание законов никогда не помешает, но для женщины на первом месте должна стоять семья.

Дочь упрямо закончила фразу:

– И вовсе не желаю варить борщ. А замуж раньше тридцати не выйду. Сначала сделаю карьеру.

Иван Сергеевич категорически не терпел возражений. И жена, и младшая дочь Евгения, и прислуга, и многочисленные сотрудники его фирмы прекрасно знали: спорить с Будановым – смертельный номер, мигом огребешь гору неприятностей. Ниночка была единственной, кто осмеливался сказать крупному бизнесмену «нет». И что самое интересное: Иван Сергеевич не наказывал бунтовщицу, просто делал ей внушение. Однако на сей раз дело зашло слишком далеко.

Нина не собиралась подчиняться отцу. В разгар жаркой беседы она топнула ногой и заявила:

– Я сказала «нет», значит, «нет»! Все, беседа окончена. Если ты будешь настаивать, уйду из дома. Навсегда.

То ли Иван Сергеевич в тот день устал, то ли ему надоела строптивость дочки, но он отреагировал остро: схватил дорожную сумку, влетел в гардеробную, пошвырял в саквояж первое, что попалось под руку, выкинул его с балкона второго этажа особняка и объявил:

– Или будет по-моему, или убирайся прочь. Пешком. Не желаешь меня слушаться, нечего на моей машине с шофером разъезжать.