Мастер
Шрифт:
– Где тут недобитый, в предсмертной агонии граф?
– раздался скрипучий саркастичный голос, разом грохнувший Илиана с небес на землю.
– А вот он, господин Моро, - голос Манон стал подобострастно услужливым.
– До кровати не дополз?
– Не дополз, - согласилась Манон, пряча улыбку.
– Леон рассказал мне, что нежная рученька Милены сковородкой приласкала?
– Приласкала, - кивнула Манон.
– Пойдём, польёшь мне на руки...
– поверх очков старик смерил графа пронзительным взглядом выцветших от старости голубых глаз.
– Хотя, его можно и так осматривать, ему уже не повредит.
– Нет, вы уж помойте, - возмутился Илиан такому пренебрежению к своей раненой персоне.
– Привередливый?
– проскрипел неприятный голос.
– Жуть.
– Ничего, и это лечится, - сообщил Антуан Моро, направляясь в ванную комнату.
– Парочка клистиров, десяток-другой пиявок...
– Мано-о-он?..
– Илиан сделал страшные глаза. И указал ими на спину лекарю.
Она мстительно улыбнулась и показала ему язык. Илиан впал в прострацию. Палач только что показала ему язык, словно девчонка-подросток... женщина, дай себя затискать... ну, хоть чуточку. Илиан застонал и закрыл глаза.
Я мужчина, я сильный взрослый мужчина, я держу ситуацию под контролем... внушал он себе... какой, к чёрту, контроль, чуть не сдох от желания, почувствовав её руки, разминающими его тело...
– Голубчик, да у Вас эрекция, - просветил его мерзкий старикашка, как будто он сам не знает, что у него в штанах происходит. Манон прыснула. Откашлялась.
– Вы тут дальше без меня, - начала Манон, отводя глаза.
– Детка, а как я со своим ревматизмом потом разогнусь? На постель помоги ему перебраться.
– Так он же грязный, перепачкает всё.
Илиан посмотрел на неё так, что ей стало стыдно, но не совсем.
– А можно его сначала помыть?
– Помыть можно, - согласился старик, глаза его хитро блеснули за стёклами очков, - только ты ему помоги подняться и доковылять до ванной, боюсь, один не осилит.
Манон обречённо вздохнула, подошла к Илиану, присела, помогла приподняться, он обхватил её плечи, кряхтя и постанывая, с трудом поднялся с пола.
– Погоди, дай гляну ему в глазки, - Моро подошёл, оттянул одно веко, другое, покрутил головой из стороны в сторону, и когда Манон отвернулась... он подмигнул... вот как есть, этот старый хрыч ему подмигнул. Илиан раскрыл от удивления рот. Старик пальчиком прикрыл, зубу клацнули.
– Веди, думаю, осилит. Я пока инструменты приготовлю. А ты ему помыться поможешь.
– ЧТО!? С какой стати?
– взревела Манон, дернувшись так, что Илиан впечатался спиной в косяк, по-настоящему застонал и сполз на пол.
– Ноночка, детка... Зачем же так издеваться над графом, прибила бы по-тихому, - посочувствовал Илиану господин Моро.
– Ноночка?
– переспросил Илиан.
Манон зло глянула на него и, помогая подняться, сквозь зубы процедила:
– Назовёшь меня ТАК ещё раз и - ты ТРУП, - предупредила она, закинула руку Илиана себе на плечо, обхватила его за талию и завела в ванную. Простую, можно сказать, аскетичную. Небольшой комод, на нём фарфоровый таз и кувшин для умывания. Зеркало на стене над комодом. Медная ванна, небольшая, в ней можно было разместиться только сидя. С одним краном для холодной воды. Горячая вода была только в аристократическом районе за рекой. Справа дверь, ведущая в уборную.
Манон усадила Илиана на край ванны.
– Раздевайся, - бросила она, отворачиваясь, взяла кувшин, открыла кран, наполнила.
– Сейчас ополоснёшь лицо и торс, позже Леон натаскает горячей воды, сможешь помыться нормально.
Некоторое время она наблюдала, как Илиан пытался стянуть рубашку через голову, застрял. Со вздохом поставила кувшин на комод, подошла, помогла ему снять рубашку, их взгляды встретились.
– Нона, ты поаккуратнее, графу сейчас активные телодвижения запрещены, - донеслось из спальни.
Манон скрипнула зубами, Илиан улыбнулся, кажется, он уже любил этого старого сводника.
– Наклонись над ванной, я полью.
Илиан послушно исполнил. Холодные струи воды ударились о тело. Илиан судорожно выдохнул, кожа моментом покрылась мурашками... а потом прикоснулась её рука, такая горячая на контрасте с ледяной водой... Илиан вцепился в край ванны побелевшими от напряжения пальцами. Ничего эротического не было в её прикосновениях, абсолютно. Но было так тепло в области грудной клетки... и дыхание перехватывало... Рука по-деловому смыла грязь с шеи, смыла основную грязь с волос, массируя кожу головы, проводя по волосам, отжимая их... вода закончилась.
– Подвинься, - Манон слегка толкнула его в бок, протискиваясь к крану. Илиан сделал вид, что не понял и не сдвинулся с места. Её бедро касалось его, журчала льющаяся в кувшин вода, короткие волосы не прикрывали даже шеи, такой открытой и беззащитной в этот момент. Почувствовав его взгляд, она обернулась.
– Что?
Илиан сморгнул и отвернулся. Манон завернула кран.
– Илиан, подставь руки, я полью, - Манон взглянула на него и улыбнулась, - ты чумазый, словно свинтус, вымой лицо, не могу смотреть без смеха.
Илиан молча подставил ладони, струя воды ударилась, разбиваясь на мириады капель. Илиан умылся, выпрямился и откинул волосы, они ударились о спину со шлепком, с него стекали струи воды.
– Позёр, - фыркнула Манон, открыла верхний ящик комода, достала три полотенца, два положила на комод.
– Наклонись.
Она захватила его волосы полотенцем, промокнула, впитывая лишнюю влагу. Когда полотенце промокло полностью, она бросила его в ванну, взяла второе, аккуратно массируя просушивая. Он стоял, послушный и молчаливый, просто наслаждаясь моментом близости.
– Илиан, тебе больно?
– спросила Манон, увидев, как страдальчески скривились его губы.
– Илиан, ты молчишь? Я в шоке... ты молчишь. Не язвишь, не подтруниваешь...
Манон приподняла его голову, продолжая вытирать волосы, заглянула в лицо страдальца.
А что ей скажешь... сейчас он испытывал и блаженство и боль, чувствуя её руки, чувствуя так близко стоящую и не имея возможности прикоснуться к ней. Ощущая запах - она ещё не успела помыться, от неё пахло травой, землёй, немного потом, и этот запах бергамота... сводящий с ума... Всевышний, дай сил не распустить нюни и руки...