Мастер
Шрифт:
А ты говорила, что одни остались. Видишь же, что не одни. Пьяный Косорукий разговаривает с женой, а потом, когда она не выдерживает, говорит, уставившись в стенку. Раньше тут сидел бортрадист.
Топливо есть - и всё остальное приложится. Мотыжить будем - не умрём, на консервах долго не протянешь; а ведь скоро похолодает, говорит техник с глазами навыкате. Это все говорят, что похолодает, особенно те, кто из метеослужбы. А печёт-то как. Hичего, говорит техник. Руины остынут, ветер прекратится, вот тогда и будет снег.
Hо один-то урожай успеем?
– Косорукий щурится.
Один успеем, говорит техник.
И они встают, чтобы выйти наверх, к делянкам.
– Я - мастер!
– крикнул Анискин и засмеялся.
Его безумный смех пронёсся по руинам, и, вернувшись к нему несколько раз в виде крика и плача, затих. Ветер взъерошил волосы. Солнце медленно падало на западе.