Чтение онлайн

Пара за крайним столиком мешала считать. Андреа каждый раз сбивалась, когда складывала цифры прихода за предыдущий месяц. Расчеты явно не оправдывали ее надежд. В кафе обычно подавали самые простые блюда, и она решила расширить рождественское меню, включив в него традиционные яства, а также потратиться на праздничное оформление. Однако ее заведение располагалось слишком далеко от центра, чтобы привлечь туристов, съехавшихся в Кёльн на рождественскую ярмарку. Даже жидкокристаллические мониторы компьютеров, установленные на высокой стойке в дальнем углу кафе, себя не оправдали. Она изо всех сил старалась не прогореть, а потому нервничала, понимая, что ей опять потребуется «подработка» для сведения концов с концами.

Андреа отложила бумаги и проверила мобильник. Из агентства пришла эсэмэска, сообщающая о двух заказах. При этом один — на предстоящую ночь — ее разозлил своей бесцеремонной срочностью, а при виде второго она сразу занервничала. Уж больно необычным был день. Weiberfastnacht. Кому могло прийти в голову сделать заказ на «Бабий» четверг? Почему именно на этот день, а не на какой-то другой? Она ответила эсэмэской, что принимает первый заказ, и попросила оговорить подробности. Что же до другого, тут надо подумать…

Громкие голоса снова заставили ее обратить внимание на происходящее в зале.

Скандал рассорившейся пары набирал обороты. Инициатором его был мужчина. Они заказали только кофе и, судя по всему, просто нашли место, где могли продолжить перебранку, начавшуюся еще на улице. Андреа внимательно их оглядела. Он был, безусловно, мерзким типом, а она слишком хорошенькой, чтобы водить компанию с такими, как он. Сначала Андреа, обслуживая столики, просто поглядывала в их сторону, но постепенно их ругань становилась все громче и не обращать на нее внимания уже было нельзя. Другие посетители начали проявлять недовольство. Андреа со вздохом закрыла тетрадь с записями и направилась к паре.

— Что-то не так? — Она, опершись на стол ладонями, наклонилась поближе, старясь говорить ровным и спокойным голосом. Пара была настолько поглощена ссорой, что даже не заметила, как она подошла. Молодой человек поднял прыщавое лицо и смерил ее взглядом. На Андреа была черная обтягивающая футболка с логотипом кафе. Под короткими рукавами, играя, перекатывались мускулы, а груди были похожи на два маленьких мячика. На губах мужчины появилась мерзкая ухмылка.

— А тебе-то какое дело? — с издевательской интонацией спросила она.

— Вы причиняете беспокойство другим посетителям. — Андреа по-прежнему старалась сохранять спокойствие. — Вот такое мое дело. Я попрошу вас уйти. Прямо сейчас.

— А как же наш кофе? — поинтересовался мужчина, а девушка нагнула голову, пряча лицо за упавшими волосами.

— Вы почти все выпили. Остальное оставьте. Платить не надо — за счет заведения.

— Да кто ты такая? — Прыщавый, по-видимому, сообразил, что привлек внимание остальных посетителей, и возвысил голос. Он откинулся на спинку кресла, будто оценивая ее густые пепельные волосы, собранные в хвост, толстый слой косметики, ярко-красную помаду, широкие плечи тяжелоатлетки. — Я хочу сказать, что мы пытались отгадать, кем ты родилась. Мужчиной или женщиной. Теперь уж точно не разберешь! Может, ты среднего пола?

Андреа резко выпрямилась.

— Уходите! Немедленно!

— С чего ты взяла, что можешь работать среди нормальных людей? Тем более здесь, где подают и потребляют пищу. Ведь от твоего вида просто тошнит!

Его подруга по-прежнему продолжала молча сидеть, наклонив голову и пряча лицо за волосами.

— У вас есть ровно две секунды, чтобы уйти отсюда, — объявила Андреа, скрывая за ровным тоном кипевшую в ней ярость. — Иначе я звоню в полицию.

Мужчина потянул спутницу за рукав. Та быстро поднялась и, выскользнув из-за стола, выскочила из кафе, стараясь ни на кого не смотреть. Прыщавый смерил Андреа взглядом, полным ненависти. Он хотел оттолкнуть ее, но Андреа не сдвинулась с места.

— Чертова уродина! — язвительно пробурчал он, протискиваясь между ней и столом.

Андреа видела в окно, как мерзкий посетитель ехидно ухмыльнулся ей на прощание, а девушка так и не подняла глаз, стараясь не привлекать к себе внимания. Дождавшись, когда они скроются из вида, Андреа сделала глубокий вдох и широко улыбнулась накрашенными губами остальным клиентам, показав ровные белые зубы.

— Прошу прощения, — извинилась она.

Среди посетителей было несколько завсегдатаев, и один из них заметил:

— Все правильно, с такими подонками иначе нельзя.

Андреа продолжала улыбаться.

— Ты не подменишь меня на минутку, Бритта? — попросила она кельнершу и направилась на кухню. Там она выскочила через служебный ход на аллею, выходившую на боковую улицу, и помчалась по Айнтрахштрассе до перекрестка с Кордулаштрассе.

Они были там. Девушка шла, по-прежнему не поднимая головы, а прыщавый подонок продолжал ей что-то громко выговаривать. Подобное поведение однозначно соответствовало характеру их взаимоотношений и не оставляло сомнений в том, что оно строилось на насилии. Других прохожих видно не было, лишь изредка проезжали машины, шурша шинами по мокрой мостовой, да слышался шум набегавших волн. Андреа свернула за угол. От порывов холодного ветра на руках появились мурашки. Но ярость, кипевшая внутри, не утихала.

Мужчина был слишком увлечен ругательствами в адрес девушки, чтобы заметить, как путь ему преградила Андреа. Он опешил от неожиданности, когда она схватила его за грудки и оттащила в ближайший проулок.

— Как ты меня назвал? — Лицо под слоем косметики превратилось в застывшую маску. Прыщавый не отвечал, и она резким сильным ударом приложила его к кирпичной стене. — Я задала вопрос: как ты позволил себе назвать меня?

— Я… я… — На его лице был написан ужас.

Андреа взглянула на одутловатое и покрытое угрями лицо. Внутри ее вдруг прорвало какой-то клапан, давая выход кипевшей ярости, мгновенно опалившей все тело. Резким движением она мотнула головой и разбила ему лбом лицо. Раздался хруст сломанного носа. Она отпустила его, и он, потеряв от шока дар речи, смотрел на нее дикими от ужаса глазами. Лицо заливала кровь. Андреа, не давая ему опомниться, с размаху нанесла удар ногой в пах. Задыхаясь от боли, он согнулся и сполз на колени, схватившись за разбитую мошонку. Андреа повернулась к девушке. Та замерла от ужаса, не в силах оторвать взгляда от своего компаньона, скрючившегося и завалившегося на бок. Открыв рот, она пыталась закричать, но не могла из-за спазма — в глазах стояли слезы.

— Ты еще хуже, чем он, — с отвращением проговорила Андреа. — Потому что тебе нравится быть жертвой. И ты с этим миришься. Я презираю тебя. И таких женщин, как ты. Как ты можешь позволять ему так обращаться с тобой… на людях? Неужели в тебе нет ни капли самоуважения?

Девушка продолжала смотреть на лежавшего мужчину. На лице — шок и ужас. Андреа презрительно хмыкнула, повернулась и направилась к себе в кафе. До нее донеслись крики девушки:

— Ты уродина! Настоящая уродина!