Чтение онлайн

Словом, сколько людей, столько мнений. Резюме: тайна, покрытая мраком… Или Мраком.

Сколько на этой Земле оборотней, Хасса мог только предполагать, но был уверен, что их не очень много: несколько сотен, максимум тысяча.

Жили Маххаим особняком. Их главной резиденцией была гора рядом с ярмаркой. Людей к себе оборотни особо не подпускали. Да люди и не рвались с ними общаться. На «территории» Маххаим жили только чернокожие, для которых оборотни были чем-то вроде воплощенных богов. С остальными оборотни общались исключительно по делу. Например, для Боцмана Хассы они были деловыми партнерами. Причем партнерами честными. Никогда они Боцмана ни к чему не принуждали. И расплачивались всегда честно. И никогда не интересовались происхождением «товара». Боцман, впрочем, и не считал свою разбойничью профессию предосудительной. Нормальный бизнес.

Расплачивались Маххаим чаще железными «деньгами». Их происхождение считалось чудесным, поскольку расплавить блестящие чешуйки не удалось ни одному из местных специалистов по металлам. То есть в быту чешуйки были абсолютно бесполезны, но, тем не менее, были самой популярной «валютой».

Кроме чешуек Маххаим, бывало, предлагали и более интересные товары. Например, порошок, цветом и запахом напоминающий высушенное дерьмо, но очень способствующий заживлению ран. Свои сверхъестественные способности против Боцмана Маххаим никогда не применяли, но, как и прочие аборигены, Боцман прекрасно знал о существовании таковых. Неоднократно видел, как Маххаим перекидывались зверьми и обратно. Знал, что они способны внушать ужас и лишать людей собственной воли. Знал, вернее, думал, что Маххаим — неуязвимы и бессмертны.

Вообще-то Боцман, несмотря на свою активность и предприимчивость, был очень простым парнем. Его даже власть не интересовала. Только плотские удовольствия: жратва, выпивка, женщины. Причем всё — самое лучшее. Чтобы получать лучшее, нужны были деньги. Те самые железные чешуйки. Их Большой Хасса считал мерилом успеха и залогом счастливого будущего. Поэтому добывал их всеми доступными средствами, не гнушаясь насилием и убийством. И в подручные к Маххаим нанимался охотно. Но не служил, а именно нанимался. На разовые акции. Например, изловить некоего Мастера Исхода…

Постоянными слугами Маххаим считались уже известные мне негроиды. Парни с топориками на Ярмарке тоже работали на постоянной основе, но — только в качестве полиции. А вот черные были «специалистами» широкого профиля и шлялись по маххаимским делам по всей местной «ойкумене».

Черных на этой Земле тоже было немало. Их «базовые» земли лежали где-то на западе, и чужих туда не допускали. Вернее, чужие туда просто не заходили. Чревато. Попаданием в суп. Но на территориях аниф и прочих европеоидов чернокожие почти не безобразничали. Боялись хозяев.

Больший Хасса был непосредственным свидетелем одного случая. Тогда трое совсем молодых прислужников Маххаим украли, изнасиловали и съели местную девушку.

Самосуда не было. Старейшины пожаловались Маххаим, получили денежную компенсацию и голову одного из злодеев. Правда, Хасса, лично видевший эту голову, сразу сказал старейшинам, что ее бывший обладатель намного старше, чем любой из насильников, но протестовать никто не рискнул. Тем более что компенсация была весьма щедрой. Следовательно, инцидент можно считать исчерпанным. Ко всеобщему удовольствию.

Боцман был почти очарователен в своей ничем не замутненной жажде наживы. Поэтому я мог не сомневаться в его преданности. Ограбление капища Маххаим принесло пирату больше, чем вся предыдущая деятельность. Корысть была богиней Боцмана-Хассы. Он поклонялся ей искренне и старательно. А меня рассматривал как ее самое совершенное орудие.

Как ни странно, но именно от Хассы я узнал о религиозных воззрениях аборигенов. Что-то вроде примитивного многобожия с упором на Судьбу и материальные блага. Божков, впрочем, никто из аниф и прочих европеоидов не изготовлял. И жертв не приносил. Это считалось неприличным. Посмертной жизни как таковой не было. Считалось, что умерший просто сменяет тело на младенческое. Произвольно. Боцман знал множество примеров, подтверждающих этот постулат. Более того, он сам кое-что помнил из «прошлой» жизни. Например, знал, что «некровный дедушка» Тугой Мешок когда-то был его близким родственником. Тот тоже об этом знал.

Еще Боцман слыхал, что у черных есть некие обряды, позволяющие «вселить» душу покойника во вполне конкретное тело. Но сам этого никогда не видел. Даже говорить о таком считалось неприличным, но мы с Большим Хассой теперь вроде как одна семья. Какие секреты между «родственниками»!

Также Боцман слышал от стариков, что где-то в лесах поклоняются каким-то «голодным богам», но лесные дикари — дикари и есть. Еще хуже черных.

Сотворенные идолы были только у Маххаим. У них же было то, что можно было определить как Силу. Но никакого мистического трепета перед этой Силой Большой Хасса не испытывал. Но здоровую осторожность проявлял. Примерно так дикий ловец жемчуга относится к морю и своему промыслу.

Тяжкий и опасный труд, все время начеку, однако дело весьма прибыльное. И станет еще прибыльнее, если обзавестись аквалангом и средством от акул. То есть (в варианте Боцмана) — мной.

Чтобы сделать Хассу более полезным, я счел возможным рассказать ему о моих целях. Разумеется, в отредактированной версии. Мол, жили-были на севере мои дальние родичи, которых ни с того ни с сего смертельно обидели Маххаим. И старейшины нашего племени (базирующегося на Земле Динозавров) послали меня оказать помощь пострадавшим и навести справедливость.

Хасса слопал предложенную версию, не подавившись. Его не интересовали мелкие нестыковки. Главное: я обещал ему равную долю добычи и взял на себя разборки с Маххаим. Не знаю, замаячило ли на задворках его сознания пока еще невнятное желание Власти. Понимал ли он, что в отсутствие силы, которую олицетворяли оборотни, сила таких, как мой Боцман, становилась очень даже значимой.

Я достаточно хорошо знал историю, чтобы понимать: первыми к бесхозному пирогу поспевают сильные, жадные и бессовестные. То есть именно такие вот «Могучие-способные-разрывать-пополам-гигантские-подводные-десятиноги».

Ну и ладно. Позитивная морализация этой Земли не входила в мою задачу. Моя цель попроще: вызволить из беды несколько сотен уцелевших «переселенцев». Конечно, вытащить их обратно мне не удастся (до Пророка мне еще расти и расти), но собрать вместе и обеспечить кое-какую безопасность казалось возможным. А там, глядишь, поспеет еще одна партия. Вместе с настоящим Пророком. И я со спокойной совестью и чувством выполненного долга отправлюсь домой.

Вэтот день мы прошли порядка сорока километров. Перед ужином я решил немного потренировать «десятиногов»: поучить их работе с метательными предметами. Для начала проверил, как у них с метанием дротиков и копий.