Чтение онлайн

Вениамин однозначно стоил своих денег. Мастер преображения побывал в нескольких салонах, успел завести бурный и крайне короткий роман с владелицей самого престижного магазина и выведать мне имя того, кто исправно покупал бриллиантовые ошейники.

Сами по себе драгоценности в этой экипировке редкостью не были. Но зато был необычен тот факт, когда заказывают конкретный дизайн раз за разом.

Всё это, безусловно, было секретной информацией. Такие заказы нигде не упоминались и не демонстрировались. Но не для Вени, который в образе месье Венсана был способен, пожалуй, и государственную тайну узнать. Но к его чести сначала он взял с меня слово дворянина, что хозяйка магазина никак не пострадает.

Князь Житновский. Михаил Петрович, сорока лет от роду, скромный владелец множества предприятий, в том числе градообразующих и оборонных. В светских хрониках был представлен редко, в основном в статьях о благотворительности. Фотокарточка прилагалась. С неё на меня глядел самый обычный мужчина, с лёгкой покровительственной улыбкой, бравыми усами и небольшим шрамом над правой бровью.

С трудом верилось, что это он, тем более что про его любимца в бриллиантах не писал никто.

Воспользовавшись академическим допуском, я поискал данные о роде Житновских в императорской библиотеке. Там нашлось информации побольше.

Михаил Петрович оказался младшим сыном и, по печальному стечению обстоятельств, на данный момент единственным наследником. Трагедия случилась несколько лет назад и унесла как патриарха, так и двух старших братьев. В пожаре едва уцелел последний княжич, там он и получил шрам, пытаясь спасти родню.

Обстоятельства дела, конечно же, в архивах библиотеки не раскрывались.

Зато были адреса всех загородных имений и столичного особняка.

Васильевский остров, совсем недалеко. Я взглянул на небо, затянутое облаками, потом на часы: до ужина управлюсь. Я собирался просто разузнать, на месте ли князь и есть у него собака с бриллиантовым ошейником.

А пока изучаю, нужно придумать приличную версию, которую расскажу Баталову.

Промчался по набережной, проехал по изогнутому мосту, так плотно прилегающему к домам, что можно было заглянуть в окна и подсмотреть, как живут их обитатели.

Несколько кварталов и я оказался на месте.

Линии улиц, задуманные как каналы, расчерчивали большую часть острова на одинаковые участки. И нужный мне дом был подозрительно близко к той самой аптеке мастера Пеля, куда собирался алхимик.

Я оставил машину поодаль и, укрывшись в сквере, надел маску теней. Мир тут же затянуло лёгкой дымкой. Я вышел на проспект и убедился: никто меня не видит, а городские амулеты не реагируют.

Осторожно, лавируя между прохожими, я дошёл до княжеского особняка.

За кронами идеально подстриженных деревьев виднелся фронтон здания. С него на меня смотрели псы. Собаками этих грозных существ было не назвать. Адские псы, не иначе.

Калитка распахнулась, и оттуда вылетел маленький пушистый шарик, звонко залаяв на всю округу.

— Милая, не пугай людей, — прозвучало вслед, и появился князь Житновский.

Этот комочек ужаса промчался мимо меня, сверкая ошейником и без солнечных лучей. Сомнений не оставалось, собаку я точно нашёл, сложный ювелирный узор в виде колосьев мне чётко описали.

— Гуляй, — велел князь, огляделся и взялся за телефон, принявшись что-то писать.

Я подошёл ближе, невоспитанно заглянув в переписку. Так-так, и злодея я нашёл тоже…

Они даже не скрывались!

Ладно, может, устройство было защищено и никак не вычислялось, вроде того телефона, что мне дал Баталов. Но всё же — какая легкомысленность вести тайную переписку на прогулке с собакой.

Пусть от его светлости фонило артефактами на целый квартал вокруг, но нельзя же быть столь самонадеянным. От возмущения я едва не отвёл взгляд от текста, но вовремя опомнился.

«Мастер и посланник пропали».

Хорошо, они всё-таки пытались как-то обойти прямые упоминания действующих лиц. Да и отправитель был обозначен как «номер два». Что случилось с первым, я лишь догадывался.

«Отлично» — лаконично ответил князь и кровожадно усмехнулся.

«Нет, вы не поняли. Они просто пропали, я не могу найти следов».

Житнинский нахмурился и взялся так долбить по экрану, что тот чуть не треснул.

«ЧТО ЗНАЧИТ НЕ МОЖЕШЬ?».

Князь засопел, затем громко свистнул и подхватил собаку, прибежавшую на его зов. Яростно погладил это пушистое недоразумение и чуть успокоился. Скрипнул зубами и отправил: «Скоро буду на нашем месте, жди».

Наложение морока я даже не заметил. Раз, и вместо усатого мужчины с мелкой ошалевшей собачкой передо мной оказался благовидный старичок с пуделем. Только ошейник предательски блестел.

Магический всплеск был почти незаметен. Очень мощный артефакт.

На мои плечи навалилась тяжесть. Маска забирала из источников слишком много силы. Видимо, в мире реальном ей требовалось гораздо больше, чем в теневом.

Старичок засеменил по улице, и я отправился за ним. На пару часов меня хватит, а там посмотрим. В конце концов, у меня разведывательная миссия. О том, что и за фантомами я тоже хотел лишь подглядеть, я предпочитал не думать. Не упускать же такую возможность, которая сама мне подставила самые лучшие места.

— Ну что, милая, — нежно потрепал по голове собачку князь. — Плохие людишки мешают нам, да? Мы их в пыль разотрём, да-да.

Пушистый шар согласно гавкнул, а я немного отстал. Несмотря на защиту, что была при Житновском, ауру безумия я разглядел. Он не был психом в классическом клиническом понимании. Магия. Сила разрушила его разум, а точнее избыточное её использование.

Отпечаток магического всплеска всё ещё считывался. Что-то произошло несколько лет назад, что необратимо повлияло на князя. Скорее всего, тот «несчастный случай» с роднёй не был случайностью.

Магия не признавала нарушения баланса. Увы, за злодеяния она не наказывала, сила — понятие нейтральное. Но нарушение равновесия сказывалось на виновном. Каждое действие нужно компенсировать, а каждый одарённый чувствует, достаточно ли он сделал или нет. Отмахиваться от такого — путь к безумию.

По сути, передо мной шёл обречённый. Он сам себя уничтожит, рано или поздно. Но, к сожалению, пока он ещё был способен натворить немало бед.

— Господин желает свежих пирожков? — подбежала к нему девчонка на перекрёстке.