Чтение онлайн

Публика разразилась громкими аплодисментами, свист, топот ног, улюлюканья, воздух трясло от нескончаемых оваций. Воздух дрожал от напряжения.

Появился мандраж битвы, засосало под коленной чашечкой, а в груди разгорался пожар.

На сцену вышел мой соперник. Он выглядел по-настоящему величественно. От него не исходило ни враждебности, ни страха, только непоколебимая уверенность.

Публика разорвалась новой волной аплодисментов.

— На его счету двадцать семь побед в матчах на переход, в личных боях еще больше, тридцать семь! — надрывался ведущий. — И только одно поражение, но кому! Только главе нашего клана — Ланселоту!

Очередные новации, еще громче и неистовее. Уши заложило от бесконечного свиста и визга.

Ланселот встал, повернулся к публике, поклонился и помахал рукой, заставляя всех успокоиться. Перед тем как сесть на место, я готов поклясться, он посмотрел на меня, подмигнул и улыбнулся, но это уже была не та доброжелательная улыбка главного персонала, а ухмылка злодея. Или мне показалось.

— А теперь игрок, про которого мало кто что-то знает, появился случайно, и единственное, чем он успел отличиться, — это повздорил с нашим дорогим Маком, — зал захихикал, как и ведущий, пытаясь выставить меня шутом, немного подыграю, я же не обидчивый. — Никто не видел его без маски! Что же он там скрывает? Итак, встречайте, Ма-а-а-а-рк!

Размахивая руками, я вышел на сцену наигранно веселой походкой. Зал загудел, не воспринимайте меня всерьез.

— Отстой! — кто-то кричал с трибун.

Да насрать, что они там говорят, после поединка посмотрим, что все будут говорить.

Виктор Петрович стоял у края сетки рядом с Ланселотом. Тот что-то ему сказал, глядя на меня, и самурай кивнул.

Хм…

Маска скрывала большую часть эмоций, но я улыбался. Нет, не так, оскалился в ожидании битвы. Уверен в своих доспехах, в своем оружии и навыках. Посмотрим, на что ты способен, самурай, Виктор Петрович.

— Сдается мне, битва будет недолгой, — язвительно крикнул ведущий, — бойцы, подойдите ко мне!

Зал опять засмеялся.

Мы подошли к ведущему и одновременно судье. Его улыбка моментально пропала, он стал серьезным и строгим.

— Так, господа, правил никаких, — коротко сказал он. — Бой прекращается, когда один из вас либо потеряет сознание, либо получит смертельную рану. Очки на восстановление ему оставят.

Он хлопнул нас по спинам и отошел. Самурай смотрел прямо мне в глаза, хотел испытать меня? Это вызвало у меня невольную улыбку. Видимо, по прищуру в глазах он понял, что мне смешно.

— Извини за дальнейшее, я постараюсь выиграть быстро и безболезненно, — теперь в его голосе звучали нотки надменности. Виктор Петрович окинул меня взглядом и, развернувшись, отошел на расстояние нескольких метров.

Вот же скотина, а я думал, что он мирный воин, относящийся к соперникам как к равным. Козлина, он смотрит на всех свысока, надменный тип. Ладно, посмотрим, чего ты стоишь.

Даже при том, что мне стоит использовать способности убийцы, несколько пассивных способностей всегда мне помогут. Кокон и взгляд мудреца облегчит мне задачу, а копирование… Посмотрим, что оно из себя представляет.

— Бой начался! — крикнул ведущий и отбежал к краю сетки.

Я достал клинки.

Не теряя ни секунды, мой соперник наклонился немного вперед, приложив руку к клинку, и принял странную стойку. Вокруг его появился еле заметный свет, постепенно расползаясь и становясь все ярче. В какой-то момент он с молниеносной скоростью сорвался с места, надеясь застать меня врасплох. На мгновение у него это получилось.

Я удивился, что он был в разы медленнее того каменного жнеца с косой наперевес.

Кокон подал мне сигнал, что атака будет сбоку, и, сделав шаг назад, я просто пропустил самурая мимо себя.

Резко поменяв направление, он начал приближаться зигзагами, оставляя за собой световой след. Когда он занес меч и ударил сверху вниз, я опять сделал шаг в сторону, и его оружие по рукоятку вонзилось в бетонный пол.

Значит, оружие тоже необычное. Что-то с его пробивной способностью, которая позволяет лезвию разрезать любую поверхность как масло.

Интересно, почти так же, как и у моего оружия. Ладно, но и у меня была парочка интересных фокусов. Проверять броню, ударит она противника молнией, или нет, желания не было, поэтому сделаю по-другому.

— А ты быстрый, — специально громко произнес я, отшатнувшись от него. — Еще бы чуть-чуть… Ух, порезал бы…

— Еще есть время шутки шутить? — усмехнулся он, принимая прежнюю стойку. — Давай посмотрим, увернешься ты от этого?

Копирование сработало на отлично.

— Как-то так, да? — я скопировал его стойку, сорвался с максимальной скоростью и порезал его. Не сильно, но неприятно.

Судя по его лицу, самурай даже не успел заметить, что произошло. Лучший среди худших всегда остается слабым.

— Как ты… — удивился он, прикрывая рану.

— Ой, промахнулся… — разминая руки, пробубнил я. — Давай еще раз… — И опять принял стойку самурая.

— Вот же засранец, — ухмыльнулся он, наклоняя меч к земле и низко сгибаясь.

Я резко сорвался, и в этот момент противник резко поднял меч вверх. Появилась воздушная волна, на вид достаточно мощная, чтобы причинить вред. Кокон сработал моментально, сигнализируя о том, что атака ударит меня через секунду.

Сделав пару быстрых прыжков в сторону, помчался к оппоненту зигзагами, как это делал он несколько мгновений назад.

Взгляд мудреца показывал мне, что его левая нога, куда я нанес удар, подсвечивалась красноватым оттенком. Так отмечались раны, чтобы было лучше видно. Зеленым отмечаются слабые места, куда можно нанести удар. Одно из таких подсвечивалось на левом боку.

Со временем я привык к этой способности. Она показывает слабости только тех, кого, по ее мнению, мне удастся победить. В принципе, логично. Зачем показывать слабые места того, кто намного сильнее тебя. Хотя тоже спорно…

Я нанес еще один порез, чуть сильнее, чем прошлый. Раны не заживут, пока он не ляжет в капсулу, а пока будет терять силы.