Чтение онлайн

На другой день об этом случае говорили и писали все. Причем так, словно всем друг перед другом было стыдно. Итальянцы считаются нетерпимыми к расизму. И для многих было прямо-таки обескураживающим найти его проявления у себя дома. Но из песни слов не выкинешь...

И вот пример совершенно обратного свойства. В предпоследнем туре первого круга «Наполи» приехал во Флоренцию. Не проиграв к этому моменту ни одной встречи, он лидировал в чемпионате, опережая «Интер» на 2 очка. Соперник — «Фиорентина» — был не из самых трудных, поскольку команду постоянно лихорадило и удачные матчи чередовались с откровенными провалами. Но интерес к этой игре у местных болельщиков был велик. Не только потому, что против лидера все играют с полной отдачей, но и по другой, и главным образом именно по другой, причине: после долгого перерыва на поле должен был выйти любимец флорентийской публики Джанкарло Антониони. Его ценили за умную, техничную игру, за рыцарство по отношению к сопернику, за преданность клубу — в «Фиорентине» он сыграл пятнадцать сезонов подряд! Преданность в профессионализме? Да, он играл в родной команде столько, сколько мог сам и хотели хозяева клуба. После сезона, о котором идет речь, они расхотели... И бывший игрок сборной, сыгравший за нее 73 матча, забивший 7 голов и совершивший круг почета с Кубком мира в Испании, был вынужден податься в Швейцарию...

Но вернемся к игре «Фиорентина» — «Наполи». Антониони играл впервые после тяжелой травмы — двойного перелома в области голеностопного сустава. Вскоре после стартового свистка судьи на трибуне, что была полностью заполнена приехавшими поклонниками «Наполи», взвился плакат: «Антониони, спортивный Неаполь приветствует тебя!» Всего повидали любители футбола Италии, но такого еще не было. И надо же случиться, что в первом тайме ворота, защищаемые Гареллой, оказались напротив этой самой трибуны, что уже на 7-й минуте арбитр назначил в эти ворота штрафной удар, что к мячу подошел Антониони. Не будь в воротах сетки, мяч наверняка попал бы в приветственный плакат — он был как раз в нижнем ярусе прямо за воротами. Но мяч попал точно в угол... Воздадим еще раз должное тиффози «Наполи». Плакат они потом, правда, убрали, но автору гола аплодировали. Выше этого, поверьте, ни один болельщик Италии подняться не может.

Я остановлюсь на этом матче потому, что получился он какой-то странный и странным образом повлиял на дальнейший ход чемпионата. В любом процессе есть критические моменты, которые меняют его ход в лучшую или худшую сторону. Игра во Флоренции словно стала зеркалом, заглянув в которое и футболисты «Наполи», и Диего Армандо Марадона поняли, что время эйфории и полоса сплошных удач остались позади...

Если есть на свете футбольная Фемида, то в тот день она явно забыла дома свои весы и беззастенчиво подыгрывала «Фиорентине». В конце первого тайма на табло уже светились цифры 2:0, причем второй мяч побывал в воротах «Наполи» после несогласованных действий в обороне. При всем этом счет как минимум должен был быть равным. Марадона, Джордано, Баньи, даже защитники Брусколотии и Феррара в упор расстреливали ворота «Фиорентины», но вратарь Ландуччи парировал все, что можно было парировать. И что нельзя — тоже.

Вторая половина встречи. По-прежнему хозяева, стараясь удержать преимущество, исполняли медленное танго, а Марадона и его товарищи шли вперед под лихую мелодию атаки. На 51-й минуте счет стал 1:2. Джордано от лицевой линии прострелил вдоль ворот. В забитой как минимум восемнадцатью игроками обеих команд штрафной площади только Марадона и мог отыскать микропространство, где он встретился с мячом, летящим на высоте пояса, мгновенно скоординировался и внешне незаметным движением лево ноги поймал Ландуччи на противоходе, «положив» мяч в тот угол, откуда сделал шаг, только один шаг, к центру ворот, голкипер. Его отчаянный прыжок в последний момент только еще более украсил гол.

Все, что происходило на поле оставшиеся минуты матча, походило на отчаянную схватку «Наполи» с фортуной. Атаки бело-голубых накатывались на Ландуччи одна за другой. Казалось, эти волны вот-вот захлестнут «Фиорентину»... Но минуты неумолимо уходили, а счет не менялся. В очередной раз замирал стадион: удар... мимо. И шумно вздыхал с облегчением.

На 75-й минуте Баньи таки закатил мяч в ворота. Но судья гол не засчитал. Мгновением раньше кто-то из форвардов «Наполи» нарушил правила.

82-я минута. Марадона выводит Баньи один на один с вратарем. Тот отчаянно бросается навстречу, но полузащитник «Наполи» технично перебрасывает мяч через Ландуччи. Гол? Перекладина...

Если и правда в этот день богиня удачи не была расположена к гостям Флоренции, то она сделала все, чтобы их поражение, в целом обидное и, что называется, не по игре, приняло гротескную форму. За минуту до конца игры мяч по-прежнему чертил замысловатые фигуры у ворот хозяев поля. Последний отчаянный штурм. Мяч попадает к Марадоне. Он у правого угла штрафной. Скорее пас к воротам, где двадцать человек своих и чужих, где свалка, борьба, но где есть единственный шанс нанести удар. Один, только точный, удар. Но передача Марадоны не находит адресата. В воздушной дуэли побеждает кто-то из защитников, и мяч отбит на несколько метров. Другой защитник в падении сильным ударом посылает мяч подальше от ворот, к Центру поля.

...Трудно винить голкипера «Наполи» Гареллу, что в этот момент он оказался в странной для вратаря точке футбольного поля. Поначалу, чтобы не заснуть в воротах, он бродил по вратарской площадке, потом по штрафной, а затем как-то незаметно для себя приблизился к центральному кругу, Откуда, очевидно, рассчитывал получше видеть картину боя, развернувшегося у неприятельских ворот.

А вот что делал у средней линии поля нападающий «Фиорентины» Монелли в тот момент, когда остальные десять его товарищей по команде стояли насмерть на последнем рубеже обороны?

Он рисковал получить от тренера нагоняй за «прогул», за уход от борьбы, за наплевательское отношение к команде...

А стал героем матча.

Отбитый мяч опустился точно ему в ноги.

Он взглянул вперед. Увидел остолбеневшего Гареллу. А вдалеке — пустые ворота.

Сделав несколько шагов, Монелли ударил.

Мяч, пролетев метров пятьдесят, ударился о землю, подскочил, прыгнул вперед, заскакал по траве, уже совсем «пешком» заполз в ворота и, едва-едва докатившись до сетки, остановился.

Поражение, кроме того, что получилось смешным, лишило «Наполи» единоличного лидерства. «Интер» свой шанс не упустил — обыграл «Аталанту» и по очкам сравнялся с соперником.

Марадона «не переварил» флорентийскую неудачу. После игры, злой и раздраженный, он сказал только: «Проигрывать таким образом — абсурдно, я до сих пор не верю в случившееся».

Окружившие его корреспонденты рассмеялись.

И может быть, зря.

Отношения с ними у Марадоны к этому моменту оставляли желать лучшего.

Раздвоение продолжалось. Жизнь на футбольном поле и вне его напоминала две параллельные, а потому никогда не пересекающиеся прямые.

Одна — полная удовлетворения.

Другая — с привкусом горечи.

Но особенно противным этот привкус стал незадолго до того, как «Наполи» утвердился в роли явного лидера.

В один прекрасный день — хотя его скорее нужно назвать черным — некая молодая неаполитанка Кристиана Синагра, доселе никому не известная, благополучно разрешившись от бремени в местной клинике, заявила: «Это сын Диего Армандо Марадоны».