Шрифт:
1
ДОРТМУНДЕР, во всём чёрном, с инструментами взломщика в холщовой сумке на плече, двигался по крышам от автостоянки на углу. Оказавшись на шестой по счёту крыше, он глянул вниз, чтобы точно убедиться, что он находиться именно там где нужно. Голова закружилась и уличная мостовая шестью этажами ниже, поплыла перед глазами как корабль в блеске фонарей. По обеим сторонам дороги стояли припаркованные автомобили. Между ними зияла черная пустая полоска, на которой вскоре показалось такси с желтым маяком на крыше. За ним медленно двигалась полицейская машина; выключенная мигалка наверху теперь напоминала конфету.
Он был на месте. Вывеска магазина торговца мехами болталась именно там где нужно. Дортмундер, чувствуя, что его начинает потихоньку мутить от высоты, решил отодвинуться от края. Он аккуратно повернулся и пошел по крыше на противоположную сторону, где виднелась пожарная лестница, ведущая вниз, в менее головокружительную темноту. Здания стояли так близко друг к другу, что он мог дотянуться до соседней грязной стены из кирпича. Было три часа ночи. Свет в окнах не горел. Все спали.
Дортмундер медленно спускался по лестнице. Сумка глухо ударялась о перила пожарной лестницы, и при каждом таком ударе он морщился и сжимал зубы. Часть окон принадлежало складским помещениям, другие коммерческим предприятиям, но некоторые из них были квартирами. В этой части Манхэттена семьи и фабрики жили бок о бок. Дортмундер не хотел, чтобы кто-либо заметил его и чего доброго пристрелил.
Второй этаж. Лестница закончилась у шершавой металлической двери, окрашенной в черный цвет. Можно было спустить лестницу до первого этажа, но Дортмундера интересовал не магазин ниже, а именно склад напротив. Действовать пришлось почти в кромешной темноте. Опустив сумку на пол, он кончиками пальцев потрогал дверь, и решил, что будет достаточно простой «зачистки». Чуть-чуть пошуметь. Напрасно. Не помогло.
Стоя на коленях, он расстегнул свой мешок и на ощупь вынул необходимые инструменты. Стамеска. Миниатюрный ломик. Большая отвертка с резиновой ручкой.
— Ссисс!
Он замер. Посмотрел вокруг — но ничего не увидел, было слишком темно. Ему послышалось, что кто-то шипел на него.
Наверное, крыса роется в мусорном баке. Дортмундер встал и только приготовился вставить стамеску в верхний угол двери…
— Ссисс!
Бог ты мой, звучит как человеческое шипение. Волосы на затылке встали дыбом, он вцепился в стамеску как в оружие и огляделся.
— Ссисс! Дорт-мундер!
Он чуть было не выронил стамеску. Шипящий прошикал его имя, эдакий свистящий шепот, который наполнил его имя множеством «с». Вокруг тьма, он совершенно один и кто-то и что-то шептало его имя.
«Мой ангел-хранитель», — подумал он. Увы, нет; если у него и был когда-то этот ангел, то он сбежал много лет тому назад.
«Это сатана», — подумал он, он пришел за мной. Рука, сжимающая стамеску, дрожала, лезвие царапало металлическую дверь, издавая при этом небольшой скрежет.
— Дортмундер, сюда!
Наверху? Сатана висит над ним? А может, и дьявол притаился внизу? Дортмундер начал бесконтрольно моргать и осматриваться по сторонам. Над ним на решетках лестницы в тусклых красных огнях ночного Нью-Йорка стояло нечто. Что-то, какое-то существо на пожарной стремянке, этажом выше нависло над ним, как горгульи на куполах церкви.
— Боже! — прошептал Дортмундер.
— Дортмундер, — существо зашипело, — это я! Келп!
— О, Господи! — воскликнул мужчина, вовсе лишившись разума, и выронил стамеску.
Она громко ударилась об лестницу, заставив его отпрыгнуть.
— Черт возьми, Дортмундер, — шептал Келп, — не шуми!
— Уходи, Келп, — приказал Дортмундер.
Сказал он, совершенно не пытаясь понизить голос.
— Хочу поговорить с тобой, — нашептывал Келп. — Мэй сказала мне, где тебя найти.
— У Мэй слишком длинный язык, — сказал он, по-прежнему не понижая голоса.
— Эй, ты, там, парень! — послышался крик из соседнего или чуть дальше дома. — Как насчет того, чтобы заткнуться и дать нам немного поспать!
Келп снова прошептал:
— Ну, давай, поднимайся, Дортмундер, я хочу поговорить.
— А я не хочу разговаривать с тобой, — ответил Джон, не убавляя громкость несмотря ни на что; а по факту, даже наоборот. — Вообще никогда не хочу с тобой разговаривать. Я даже видеть тебя больше не желаю.
— А как насчет полицейских! — орал голос.
— О, заткнись! — крикнул Джон в ответ.
— Ты нарвался!
Где-то захлопнулось окно.
Назойливый, надоедливый Келп продолжал:
— Дортмундер, ты поднимешься? И веди себя тише, иначе у нас возникнут проблемы.
Дортмундер громко ответил:
— Даже и не подумаю, уходи. Я останусь здесь и буду делать свою работу.
— Ты выбрал не тот этаж, — прошептал Келп.
Дортмундер наклонился, пробуя нащупать в темноте свою стамеску. Услышанное заставило его нахмуриться и посмотреть на неясную фигуру в серо-красных облаках.
— Я не ошибся.
— Там есть подвал внизу?
— Что? — Дортмундер отыскал инструмент, выпрямился, продолжая держать его, и посмотрел вниз, в кромешную тьму. Под ним находился еще один этаж, он был уверен в этом.
Келп шептал:
— Как ты думаешь, почему я жду тебя здесь вверху? Пересчитай уровни, начиная с крыши, если ты не веришь мне. Ты вломишься прямехонько в магазин.
— Достаточно лишь находиться с тобой в одном доме, чтобы все пошло наперекосяк.
Слева от Джона в окне зажегся свет. Келп быстро зашептал:
— Иди сюда! Или ты хочешь попасться?
— Ладно, парень, — закричал голос, — ты просил копов. Копы уже едут.
— Люди, почему бы вам не закрыть свои рты? — послышался еще один недовольный голос.
— Это не я! Это те два клоуна! — закричал первый голос.
— Я никогда не слышал, чтобы кто-то орал так громко, как ты! — сильно возмущался другой голос.
— А не пошел бы ты? — не унимался первый мужчина.
Появилось еще одно желтое окошко, с третьим голосом:
— А почему бы вам двоим не пойти на…?