Чтение онлайн

— Я обещал разузнать, что с детским садиком, и я обязательно это сделаю, — выбираю нейтральную формулировку.

Скорее всего, Маша понимает, что я ухожу от прямого ответа, но ничем не подает виду. С громким противным звуком втягивает остатки чая через трубочку и довольно улыбается.

— Ты никогда не ела морепродукты раньше? — на всякий случай утоняю я.

— Даже раков не ела, — пожимает плечами она.

— Значит, мы их вычеркнем из нашего рациона.

На спинке кровати висит сменная одежда и для нее: какие-то больничные тряпки не самого свежего вида, но ее платье испорчено, поэтому переодеваться ей тоже придется. Пытаюсь предложить свою помощь и довести ее до душевой, но Маша упрямо отказывается. Все-таки у нее очень сильный инстинкт самозащиты: еж — и тот не так активно выставляет иголки, как мое солнышко. Ну да ладно, в конце концов, у нас вся жизнь впереди, так что у меня будет куча времени потренировать талант воспитателя.

Пока Маши нет, я проверяю телефон: ничего важного, к счастью, но в мессенджере висит десяток не просмотренных сообщений, и все они от моего брата-близнеца — Рэма. Этот закостенелый бабник и гуляка женился полгода назад и — представьте, и такое случается! — превратился в примерного семьянина! Хотя, конечно, в их с Ени отношениях с первого дня было ясно, что все кончился либо в «клетке» ринга, либо в ЗАГСе. Кстати говоря, ко второму варианту именно я приложил свои золотые мозги и великодушное сердце. Ну если два барана не могут разойтись на одном мосту, то кто-то же должен стать третьим. Пастухом, я имею в виду, а не бараном.

Рэм прислал целую кучу фотографий. У них с Ени на этом целый пунктик: после свадьбы постоянно в разъездах и фотографируют абсолютно все. Такими темпами через пару лет этой чокнутой парочке придется делать отдельную пристройку для фотоальбомов.

Я не без улыбки рассматриваю снимки залитого дождем Нью-Йорка, где ненормальная парочка живет уже больше месяца. Кстати, надо бы свозить туда Мальвину в следующем году. Осень в этом городе стоит того, чтобы увидеть ее собственными глазами.

Последнее сообщение от Рэма: «Прилетаем в среду в 21.30. Встречай. У нас дома ремонт, перекочуем у тебя пару дней».

Помните я говорил, что семья для меня всегда будет на первом месте? Так и есть, но сейчас я всем сердцем желаю брату всего самого, блин, хорошего и крепкого. У меня пока и так нет ни одного жизнеспособного плана, как соблазнить собственную жену, а тут еще и родственнички нагрянут, да еще такие, что вдвоем запросто уделают табор цыган.

Пишу брату, что у меня сейчас никак, потому что я нашел жену и у нас медовый месяц. И почти не удивляюсь, когда в ответ «прилетает» куча сообщений с забавными счастливыми рожами. Все понятно, телефон попал в хваткие руки Ени.

Я быстро отключаюсь, даже не читая, что там дальше, потому что в палату, шлепая босыми ступнями по полу, входит Маша и уверенным шагом идет прямиком к кровати. Я и моргнуть не успеваю, как она уже забирается под одело и тянет его чуть не до самого носа, попутно делая внушение, что у нас договор и все такое.

— Кресло выглядит удобным, — говорит, стреляя глазами в сторону моей «кровати».

Да чихать, как оно выглядит, я не собираюсь спать отдельно! Поэтому, собрав волю в кулак и мысленно приговаривая «да что она мне сделает?» иду прямиком к больничной койке. Она узкая, но если мы с Мальвиной обнимемся, как и положено мужу и жене, то проблем с местом не будет.

— Ты чего? — шипит из-под одеяла Маша, стреляя в меня негодующим взглядом. — У нас договор!

— В договоре ничего не сказано о том, как мы должны спать за пределами нашего дома, — напоминаю я. Знаю, что это чистое манипулирование, но что поделать?

Пока Маша возмущенно пыхтит, я забираюсь на кровать и протягиваю руки, с видом «Приди же, наконец, в мои объятия». Она и приходит, жаль, что не вся целиком, а только колено. Или оба колена?

В общем, понятия не имею, как это у нее получилось, но я очень не мягко приземляюсь с кровати на мягкую точку. А вот нечего, сам виноват, потерял бдительность. Маша хищно скалится из-за одеяла и делает внушение:

— Старшие браться и борьба утром за ванну — лучшая школа жизни.

Понятия не имею, о чем она говорит, у нас этих ванны было на каждом этаже по три штуки. Поднимаюсь, демонстративно потирая ушибленное место. Остается утешиться тем, что моя Мальвина умеет за себя постоять.

— У меня очень чуткий сон, — предупреждает Маша, воинственно поигрывая бровями.

Не смейтесь, ладно? Не знаю, как ей это удается, но мой инстинкт самосохранения делает скорбную рожу и печально говорит: «Не, мужик, эта высоковольтная линия даст в зубы и не поморщится». В общем, подбирая потерянные знамена, плетусь к креслу, все еще надеясь, что оно удобнее, чем выглядит. Хрен бы там: жесткое и узкое, еще и спинка почти под прямым углом. А когда в ягодицу впивается какая-то пружина, я всерьез подумываю о том, чтобы устроится на полу.

— У тебя громкий храп, солнышко мое, — напоминаю свой воительнице.

— Я не храплю! — снова возмущается Маша. И тут же спрашивает: — Тебе там удобно?

— Да как в раю, — хмыкаю я, проклиная и пружину, и кресло, но больше всех злополучного омара — истинного виновника моих горестей. Надеюсь, в креветочном раю ему громко икается.

Влад все-таки большая задница.

Угадайте, чем я занимаюсь даже во сне? Прислушиваюсь: не храплю ли я!

Это знаете… как самые нервные дни в каждом женском месяце (вы ведь поняли, о чем я?). Все время хочется найти зеркало и покрутится перед ним, чтобы убедиться, что все в порядке, и плотину не прорвало.

Пол ночи я мучаюсь, пытаясь спать и не спать одновременно, чтобы на утро быть уверенной, что со мной такого несчастья, как храп, просто не могло случиться. А еще держу наготове телефон, чтобы подловить на храпе Влада. Но он вообще не издает никаких звуков и даже не шевелится! Не муж, а мумия: ноги вытянуты, руки на животе, голова вверх. И самое обидно, даже не сопит.

Я засыпаю под утро, но почти сразу просыпаюсь. Угадайте, от чего?

От того, что я все-таки храплю.

Мир никогда не станет прежним.

Я спускаю ноги с кровати и потихоньку выбираюсь наружу, чтобы позвонить маме. Шесть с копейками, она уже на ногах и варит кофе. Само собой, я не рассказываю, что опозорилась с омаром в дорогом ресторане и что меня стошнило Владу на костюм, а потом в течение часа раздуло и сдуло обратно. Просто говорю, что у меня случилась небольшая пищевая аллергия на морепродукты, появилась сыпь — и мы с Владом, чтобы не рисковать, поехали в больницу. Делаю все, чтобы ее не волновать, но, кажется, в этом нет необходимости: МаманШарман огорошивает меня известием о том, что они с отцом собираются… в кругосветное путешествие.