Чтение онлайн

– Почему же тогда ушло?

– Вы никогда не задумывались, почему ни один экстрасенс или целитель не работает долго? Вспомните: сначала шум невероятный, толпы страждущих и скоро – все. Полная тишина и забвение.

– Действительно, – согласился Панов.

– Дело в том, что человеку с даром отводится определенное количество энергии, как бы запас сил, который он может потратить. Запас у каждого разный, но всегда конечный. Никто из нас не знает, почему это так, но знают об этом все. Замечено, что интенсивней всего энергия расходуется при целительстве. Вот почему я думал, что вы скоро придете ко мне. Когда человек замечает, что начинает быстро терять энергию, он стремится ее сохранить, а не тратить еще быстрее. Последнее алогично.

– Значит, если бы я к вам пришел, то вы научили бы меня ее сохранять?

– И восполнять. Посвященным это иногда удается. Правда, восполнить все не удавалось еще никому. Особенно, если они продолжали заниматься целительством.

– А ваше занятие запас не расходует? – не удержался Панов.

– В меньшей степени, чем ваше. Мне хватит еще очень и очень надолго. И я хотел, чтобы также было и у вас. Вы могли бы стать великим, перед вами сгибались бы те, кого боится и боготворит этот мелкий люд. Вас бы боялись, опасались бы даже дышать в вашу сторону. Но вы этого не захотели. Поэтому вы мне больше не интересны. Прощайте.

Тезка встал.

– Зачем вы же тогда сюда приходили? – Панов тоже поднялся с дивана. – Чтобы все это мне рассказать?

– Я хотел знать ответ на один вопрос. И я его получил. А что до рассказа… Вы его сейчас забудете. Навсегда.

Гость поднял руку с перстнем, и Панов вдруг ощутил густую волну холода, исходившую из этой руки. Его обволокло, захлестнуло и подняло над полом. Ноги его стали слабеть, и, как когда-то там, на проплешине у кустов, над головой разверзлось небо. Только в этот раз без грохота. И он полетел в черноту…

Он пришел в себя от боли. Нестерпимо ныло под лопаткой. Он приподнялся. Тяжелый металлический шар лежал, наполовину вдавленный в мягкое, на диване – он заснул на нем.

– Вика! – тихо позвал он.

Никто не откликнулся, и он вспомнил, что она на дежурстве.

Он подобрал с пола книгу, которую читал перед тем, как уснуть, положил ее на столик у дивана. Затем, машинально прихватив с собой металлический шар, вышел в прихожую. Часы на стене здесь показывали полночь.

"Часа три, наверное, спал, – подумал он, позевывая, – это ж надо! Что теперь ночью делать?"

Слева от него скрипнуло. Он скосил взгляд. Входная дверь, незапертая, болталась на сквозняке, поскрипывая давно не смазанными петлями. Сквозь дверной проем виднелась пустынная лестничная площадка и стеганые матрасы соседских дверей.

"Во, и дверь не закрыл, – сердито подумал он, – заходи, кто хочет, бери, что хочешь…"

Внезапно он вздрогнул и бросил быстрый взгляд на вешалку сбоку. Его куртка и старое пальто Вики висели на прежних местах. Но Панову на миг почудилась длинная серая дубленка и шапка благородного серого отлива между ними.

– Забудешь… – прошептал он злорадно. – Как бы не так!

Он ощутил, как уплотнился и стал твердым воздух перед ним. Он метнул взгляд на качавшуюся на сквозняке дверь. И та с грохотом захлопнулась…