Мальчик девочку искал
Шрифт:
– Видать, заморское чудо, – осторожно сказал тот, что с копьем. – Вы, ребятки, не бойтесь. Ежели он чего, то мы его… того…
Но ребятки и не боялись. По крайней мере, Авка.
– Леонпупо Номер Два!
– Он самый… – голос у шароглота был, как у пустой бочки, которая слегка простудилась. – Лучезарчика-ик не встречали?
– Встречали! Он просил, чтобы вы подождали его здесь! – Авка подпрыгивал от радости. А Гуська жался к нему.
– Эй… – опять неуверенно донеслось от стражников. Тогда Гуська оторвался от Авки. Задрал треугольный подбородок.
– Господин Леонпопо…
– Леонпупо Номер Два!
– Да-да! Господин… Номер Два… Не могли бы вы нам помочь?
– В чем… ик… дело?
– Дело в том, что мы друзья Лучезара… а вон те вредные люди к нам пристают… Не могли вы их…
– Куда? – гулко и деловито спросил шароглот.
– На остров с осокорем! Где вы были недавно! – опять подскочил Авка.
– Ик… делов-то… – выдохнул шароглот и облизнулся.
– Э… – заговорил стражник с копьем. – Вы не это… а то мы это… А-а!
Леонпупо Номер Два выплеснул длинный язык, и у нес патрульного в пасть. Вместе с копьем. Сделал глотательное движение. Второй патрульный тонко завопил и бросился вдоль воды. Но стремительный язык догнал и его…
– Вот, – сыто выговорил шароглот. Облизнулся снова. – Оба уже под деревом. Как огурчики. Только малость осипшие с непривычки… Ах ты, нечистая сила, глотку уколол копьем… Ладно, зато, кажется, избавился от иков… Что-нибудь еще?
– Большое спасибо, – торопливо сказал Гуська. – Теперь мы поплывем. На ту сторону…
Но в этот момент из-за ближнего мыса появилась длинная лодка. Целый патрульный взвод – дюжина черных копий над светлой водой.
– Тыква-ать, тыква-два! – командовал кто-то гребцами.
– Тьфу ты! – чуть не заплакал Авка. Даже застонал тихонько.
– Опять неприятность? – гулко озаботился шароглот.
– Конечно! Вон их сколько! Всех ведь не переглотаете. Да еще с копьями…
– С копьями затруднительно… хотя можно. Только зачем? Давайте, я лучше самих вас – куда надо…
– Ой… а можно?! Вон туда, к маяку! – За проливом вдали от городских огней равномерно вспыхивала зеленая мигалка.
– Авка, не надо, – слабым шепотом сказал Гуська
– Гусь, да ты чего? Это же один миг!
– Авка, я боюсь… – И стало понятно, что боится он нестерпимо. Иначе бы не признался.
– Ну… тогда… беги по берегу к ребятам, постарайся найти их. Или дождись в деревне…
И тут же Авке стало стыдно. Ужасно стыдно! Почти так же, как тогда, на Щетинистом острове, когда он ни за что обругал Гуську.
– Гусенок, я пошутил! Прости! Я же знаю, что ты меня не бросишь!
– Да… Но я о ч е н ь боюсь…
– Нет! Ты боишься не о ч е н ь, обыкновенно. Зажмурься и прижмись ко мне…
– Значит, мы вместе?!
– Конечно… ой… Господин Левенпупо Номер Два, вы можете нас вместе? А то Гуська немножко не привык…
– Делов-то.. – опять отозвался шароглот, и Гуська накрепко обхватил Авку. И… на этот раз и правда – один миг.
Мальчик девочку нашел…
Авка мягко опустился в колоски незнакомой травы. На четвереньки. Рядом приземлился Гуська – тоже на коленки и ладони.
Постояли так, глянули друг на друга.. По Гуськиному острому лицу пробегали зеленые отблески. Это высоко над ними загорался и угасал маячный фонарь. Не ярко. Маяки только издали кажутся яркими, а вблизи – как настольная лампа.
Колосок попал Авке в ноздрю, и он чихнул.
– Это… что ли, уже все? – недоверчиво сказал Гуська.
– Да. А ты боялся…
– Не так уж я и боялся… Ой… – И Гуська пропятился. Потому что перед ним и перед Авкой возник лохматый пёс.
– Гуська, не бойся! Это, наверно, Кактус!.. Ты – Кактус?
Пес пошелестел хвостом по колоскам.
– Ты хороший… – Авка безбоязнненно притянул за косматые щеки голову Кактуса. Лбом коснулся мокрого собачьего носа. – Ты знаешь, где Звенка? Ты отведешь нас к ней?
Кактус опять пошелестел хвостом. Повернулся. Оглянулся на Авку (и на Гуську): "Пошли?"
И они пошли. Вверх по тропинке, среди шуршащих колосков. Было очень светло – главным образом от разбухшей белой луны. Ну, еще и далекий фейерверк доносил цветные сполохи.
Перед Кактусом вышли на тропинку два большущих кота. Деловито зашагали впереди.
– Это Фонарь и Плюха, – шепотом сказал Авка. Сердце у него стукало.
– Мр-р… – отозвался один из котов.
А Гуська ничего не сказал. Он с частым дыханием шагал сзади, и трава шуршала по его штанинам.
Тропинка привела к домику, что стоял вблизи башни. Рядом с домиком подымалось корявое дерево. В двух шагах от него торчал столб. Между столбом и деревом висела доска на веревках – качели. На качелях сидела Звенка. В белом светящемся платьице.
Авка сразу понял, что это она. И сразу сказал:
– Звенка…
– Ой… – Она прыгнула с доски и шагнула к Авке, запнувшись за кота. И, чтобы не упала, Авка поймал ее за руки.
– Авка, это ты? – И звук "а" знакомо растянулся в ее голосе.
– Это я… А это Гуська…– Авка оглянулся.
– Здравствуй, Гуська.
– Ага… здравствуй… – Гуська нагнулся и обнял за шею Кактуса. Видимо, он перестал бояться собак.
– А я думала, что ты там, – сказала Звенка Авке (он все еще держал ее за руки; она стала шевелить сандалеткой траву).