Чтение онлайн

— А умной власти глупцы как раз не слушаются!

— Вы утомительны, мой лысый друг. С такими взглядами вам место не здесь, а в гостиной Ломни.

— Там собираются лизоблюды. А я человек убежденный, и хочу быть там, где мое мнение может оказаться полезным.

— Кому полезным? Мне?

— А ну вас!

Старики надулись, замолчали. Паша начал задыхаться в этом бесконечном музыкальном вакууме и вышел. Никто не обратил внимания на его уход. Пары продолжили свое грустное скольжение.

Никто не сомневался, что война будет кровавой. Армия противника достигла по-настоящему угрожающих размеров, и уже почти вся сконцентрировалась у Торговцов. В Камнелот тоже стягивались все возможные силы, но ручеек будущих защитников города был скуден и иссякал с каждым днем. Гораздо больше было ни на что не способных испуганных беженцев. Говорили, что далеко не все дворяне успели вывезти свои сокровища из замков, и многие родовые поместья были разграблены. Пока армия врага укомплектовывалась, ее военачальники разрешали солдатам разбойничать. Но никто не сомневался, что главная цель — Камнелот.

Берковский уже прикинул, что стоимость тех камней, что хранятся в королевском дворце, может достигать нескольких миллиардов долларов.

Паша стоял у южных городских ворот вместе с Авантюрином и смотрел, как в город входят люди — те, кого на лодках переправили с другого берега реки. Они были испуганы, измучены, у них при себе почти ничего не было.

— Их так много, — с волнением проговорил Паша. — Вы знаете, я когда-то нарисовал карту, и мне казалось, что страна очень невелика.

— Может быть, вы имеете в виду карту старых границ государства? Первую карту Камнелота? Да, страна когда-то была небольшой. Когда Малахит Великий пришел к власти, страна вообще ограничивалась только этим городом. Потом к Камням присоединились ближние крестьянские поселения. Они снабжали город провизией в качестве налога за безопасность. Дворяне построили свои замки за рекой. Тогда набеги кочевников были делом частым. Малахит покончил с этим, при нем был казнен Крибек, один из самых опасных разбойников. Потом в состав Камней вошли другие мелкие княжества и поселения. В основном это были лесорубы и крестьяне. Так что территория увеличивалась постоянно, и первая нарисованная при Малахите карта, естественно, не показывает ее всю. Теперь государство у нас не маленькое. Три дня на лошади.

— Скажите, а почему река так странно называется — Великий Рубиновый Воин?

— Почему странно? Просто название очень старое. Говорят, что еще до эпохи Малахита, когда город не был так хорошо укреплен, и набеги кочевников были часты, а через реку только что был построен первый каменный мост, была великая битва. Ради победы князья объединили усилия и почти все погибли на этом мосту. И только один князь был по-настоящему велик. Он дрался как лев. Его дубина с рубиновыми шипами разила врагов десятками. И десятки гибли под копытами его коня. Последнего разбойника убил тоже он. И вот, когда князь Рубин встал на мосту, он увидел, что из двух армий в живых остался только он один, и еще он увидел, что воды реки окрасились в красный рубиновый цвет от пролитой крови. Так река получила свое название. Так гласит легенда. Но лично я думаю, — Авантюрин криво улыбнулся, — что этот Рубиновый воин не был ни таким уж смелым, ни таким уж великим. Что-то мне подсказывает, что смелые и великие воины обычно гибнут в первых рядах. А сливки снимает тот, кто сидел в кустах и ждал, чем же все это кончится.

Паша немного помолчал.

— Как же тогда получилось, — спросил он наконец, — что северная стена осталась недостроенной?

— А как-то быстро тогда все кончилось. Малахиту удалось собрать сильную армию. Он сам нападал на самых опасных разбойников, а не сидел в городе и не ждал, когда они соберутся с силами. Наверное, мастеров в Камнелоте оставалось совсем немного — все воевали тогда — и строительство шло медленно. А потом враги были уничтожены и необходимость в стене отпала.

— Авантюрин, скажите, а кто вас обучал военному искусству? — этот вопрос волновал Пашу. С него он планировал начать важный разговор.

— Ну, здесь в каждой благородной семье есть свои наставники. Крестьяне ведь по-прежнему платят нам налог за то, чтобы мы их защищали. А если мальчик приходит из простой семьи, наставника выбирает дворянский совет.

— А можно мне поучиться у такого наставника?

— Зачем? — Авантюрин посмотрел на Пашу внимательно и заинтересовано.

— Скоро начнутся бои. Я хотел бы тоже быть полезным. — Паша очень не любил пафосные слова, и сказать это ему было трудно. — Но я ничего не умею.

Авантюрин наморщил лоб:

— Хорошо, — сказал он наконец, — я что-нибудь придумаю. Хотя трудно сказать, кто может сейчас согласиться — все слишком заняты…

— Я не хотел бы быть в тягость, — начал говорить Паша, но его собеседник уже ушел.

Вечером Авантюрин нашел Пашу и, быстро ведя его по направлению к королевским конюшням, сказал:

— Я нашел вам наставника. Не самого лучшего, но чему-то он вас научить сможет. Это все, что я могу для вас сделать.

— А что случилось?

— Разведка доносит, что там готовятся к наступлению, — и Авантюрин убежал. С последним взмахом его плаща упали сумерки, и Паша в одиночестве остался перед коновязью.

Во мгле длинной и темной конюшни кто-то возился, фыркали лошади, постукивали копыта. Паша силился разглядеть, кто же там, и наконец человек вышел на улицу, ведя в поводу невысокую унылую лошадку. Когда Паша узнал наставника, он едва смог сдержать вздох разочарования. Это был дядюшка Агат — Халцедон. Он был по своему обыкновению неопрятно одет и непричесан, однако хмельного запаха Паша не учуял, видимо, Халцедон решил серьезно отнестись к порученному делу.

— Ну-с, молодой человек, приступим, — радостно произнес Халцедон, потирая некрасивые, обветренные, с вздутыми венами руки. Следующим движением он откинул в сторону плотную рогожу, которая лежала во дворе. Под ней оказался целый арсенал разнообразного оружия: шпага, сабля, кинжал, топор, лук, щит, булава. Но приглядевшись, Паша обнаружил, что все это оружие старое, затупленное, в зазубринах и трещинах. Он чувствовал тройное унижение: ему дали никчемного наставника, старую лошадь и списанное оружие. Паша, конечно, понимал, что лучшие воины, годные лошади и сносное оружие нужны для защиты города. Но настроения его это не улучшило.