Чтение онлайн

— Надеюсь, прежде чем лечь на мою кровать,ты сменила трусы.

– Что?

– Ничего, ты не просто потекла, ты кипятком обоссалась.

– Ой, да иди ты! Давай спать, я устала, - отвечаю я, отворачиваясь от подруги.

– Ну, Нюта,ты что, обиделась? Я же шучу. Я тебе верю, наверное,такие мужики существуют не только в кино,и тебе повезло его встретить. Жаль, что вы не познакомились.

– Жаль. Он не выходит у меня из головы, - отвечаю я, когда подруга гасит свет и удобнее устраивается в кровати.
– Он вышел на шестом этаже. Может, он работает в этом центре. В понедельник пойду к матери в офис, может, опять его встречу, – почти засыпая, говорю я, и воображение вновь рисует образ этого парня.

***

Я осталась ночевать у Иры, потому что с самого утра у нас были грандиозные планы, но утром все рухнуло, как только Иpка проснулась с температурой и больным горлом. Настроения делать что-то одной совершенно не было, и я поехала домой. Подруг у меня мало, парня нет, а свободного времени на каникулах куча. Спорт – это не мое, на танцы, что ли, записаться или какую-нибудь йогу? А может, вообще уехать на все лето к отцу? Наконец познакомиться с его новой женой, папа будет рад. Не сидеть же постоянно дома, а вечерами лицезреть вечно чем-то недовольное лицо матери.

Дома стояла абсолютная тишина,и это неудивительно: в выходные мать просыпается не раньше полудня, да и в гостиной валялась мужская рубашка, а в прихожей лежал букет роз. Похоже, Лена завела нового любовника, может, хoть теперь она перестанет психовать и отвяжется от меня с разными навязчивыми идеями.

Быстро принимаю душ, слегка подсушиваю волосы полотенцем, надеваю простой белый топ, шорты и иду на кухню перекусить. Начинаю читать новый роман,и на какое-то время выпадаю из реальности, погружаясь в чей-то выдуманный мир фантастики.

– Привет.
– Вздрагиваю от неожиданнoсти, слыша мужской голос. Поднимаю голову и вновь впадаю в ступор,только сейчас мне действительно кажется, что я выпала из реальности. Я даже зажмуриваюсь и трясу головoй, но моя галлюцинация не рассеивается. Я ожидала увидеть в своей кухне кого угодно, но только не парня из лифта. В очередной раз превращаюсь в невменяемую дуру, начиная пялиться на широкую спину и слегка загорелую кожу. Мама дорогая! Он без рубашки, в одних брюках, со слегка влажными волосами, спокойный, как ни в чем не бывало делает себе кофе. На какое-то время мой мозг вообще отключается и даже не задается вопросом «Что он здесь делает?». Я действительно забыла обо всем на свете. В эту минуту все стало вдруг неважным, я даже не дышу, боясь спугнуть это наваждение.

– Что ты здесь делаешь? – вдруг спрашивает он,и его хрипловатый голос на мгновение приводит меня в себя.

– Я здесь живу! А ты что здесь делаешь?!

– А я здесь пью кофе, – с легкой усмешкой отвечает он, разворачивается ко мне, и я вновь превращаюсь в неадекватную дуру. сматриваю его с ног до головы и чувствую, как пресловутые бабочки, о которых пишут в романах, начинают порхать, е просто порхать, а трепыхаться в животе, сгорая в какoм-то огне, посылая пo телу волну жара. Он слишком идеален, таких не бывает! Разве у мужчины могут быть настoлько чувственные губы? Он красив и мужественен, на сильном теле ни одного изъяна. Никогда так нагло и бесцеремонно не рассматривала парней, а от этогo не могу оторваться, будто не приадлежу себе. Он что-то говорит, а я только смотрю на его шевелящиеся губы и представляю, какие они вкус.

– Чтo?

– Я спрашиваю, нравится то, что ты видишь? – произносит он, а я обращаю внимание на перекинутую через его плечо черную рубашку, которая лежала на кресле в гостиной, слегка влажные волосы, и все складывается. Это новый любовник моей матери! Это понимание мгновенно отрезвляет. Кажется, что именно в этот момент меня окатили ледяной водой. Все очарование проходит,и бабочки внутри меня начинают дохнуть. Меня накрывает едким разочарованием. Понимаю, что мать ни в чем не виновата, но я начинаю ее ненавидеть в этот момент! Из всех мужиков на свете она выбрала себе в любовники именно этого парня!

– Сколько тебе лет?! – громче, чем надо, спрашиваю я,игнорируя его вопрос,и замечаю, как

он рассматривает мое тату на бедре.

– Может, сначала познакомимся?
– ухмыляется гад, берет свой кофе, подходит ко мне, облокачиваясь на стойку.
– Макс, – представляется он и протягивает руку, в нос бьет его свежий запах, и я отодвигаюсь немного дальше.

— Ну не хочешь знакомиться, тогда я буду называть тебя синеглазка, – с наглой полуулыбкой заявляет он, отпивает кофе и отщипывает кусочек моей булочки, закидывая ее в рот.

– Так сколько тебе лет?
– настойчиво повторяю вопрос, стараясь не дышать его персональным запахом, который пьянит против моей воли.

– Скажу возраст в обмен на твое имя, - выдает парень, продолжая спокойно есть мою булочку и пить кофе. Мало того, что он спит с моей матерью, он ещё и флиртует со мной!

– Хорошо, меня зовут нна.

– Мне нравится, красивое имя.

– Я рада, - наигранно улыбаюсь я, выгибая брови в ожидании ответа на мой вопрос.

– Мне двадцать восемь лет.

– Боже, Лена годится тебе в матери. Ты знаешь, сколько ей лет?!

– Знаю. – Его игривое настроение тут же меняется, а наглая ухмылка пропадает. Макс допивает кофе, ставит чашку в раковину и идет к выходу из кухни.

– Пока, синеглазка, – кричит он на прощание и покидает наш дом. А я опять впадаю в ступор, пытаясь переварить произошедшее. Не знаю, что со мной происходит, я никогда не вмешивалась в личную жизнь моей матери, мне было абсолютно плевать, с кем она спит, а сейчас места себе не нахожу. Соскакиваю со стула, беру свою чашку и мою ее вместе с той, в которой пил кофе парень. Вытираю чашки и громко звеню посудой, составляя ее в шкаф. Через какое-то время моего намеренного шума во время уборки Лена все же спускается вниз, по пути завязывая свой шелковый халат.

– Можно так не шуметь, - недовольно бурчит она, подходя к кофемашине. – Ты же знаешь, что в выходные я отсыпаюсь. – Она потягивается ожидании своего кофе, открывает холодильник и достает творог. А я складываю руки на груди, облокачиваюсь на столешницу и осматриваю Лену. Да, я называю свою мать по имени, так сложилось ещё с детства. Не могу называть ее мама. Она мне кто угодно: опекун, сестра и даже подруга, но не мать. Она никогда не укладывала меня спать, это делали моя бабушка или пaпа. Она не водила меня в детский сад или школу, это тоже делали мой папа или нянька. Да ничего из того, что делали матери моих подруг, она мне не давала. Она всегда рабoтала, а если не работала , то отдыхала от работы без меня. Когда я выросла, она стала мне подругой, общаясь со мной на равных, и меня это устраивало, впрочем, как и Лену.