Чтение онлайн

— Имеет смысл, — сказал Джим. — Но разве это не требует большого количества магии?

— Да и нет. Проклятие — это магия за плату. Если есть проклятие, должна быть и жертва. Мои проклятия не всегда работают, потому что я плачу малую цену за них: специальная бумага, специальные чернила, специальная кисть и годы обучения каллиграфии. Это, — я подняла указательные пальцы и описала круг, охватывая разрушенный магазин. — Это требует значительной жертвы. Кровь, плоть или что-то подобное.

Джим нахмурился:

— Что такого особенного в этом здании, что оно стоит таких жертв?

Он читает мои мысли:

— Вот именно. Я не знаю. Но кто бы это ни был, он всё ещё полон решимости. Так просто это не закончится. Будут другие случаи. Чего боится Брюн?

— Брюн! — рявкнул Джим.

Владелец магазина комиксов замер:

— Да?

— Когда ты был мальчишкой, чего ты боялся?

— Быть коротышкой.

— Ты и есть коротышка, — брякнула я.

— Да, но я справился, — Брюн напрягся позади Джима. — Так что, всё нормально.

Я без понятия, как низкий рост может кого-то убить. Всё моё тело болело так, будто его пропустили через мясорубку, и я думала, от этого болит и моя голова.

Что-то неуловимо изменилось, как будто планета каким-то образом перевернулась в своём ложе. Магия исчезла. В магазине зажегся свет.

Все выдохнули.

***

Я высадила Джима возле одной из штаб-квартир Стаи. Он хотел принять душ и переодеться. Я поехала на мясной рынок и купила ещё один большой стейк. А потом направилась домой. Мне нужно было принять душ и приготовить ужин.

У магии всегда была цена, но в проклятии эта цена была очень четко определена. Заплатите нужное количество нужного товара — чем дороже, тем лучше — и получите желаемый результат. И тот, кто проклинал владельцев магазина, точно знал, как далеко он или она может зайти в этом деле. Проклинающий проклял их худшие кошмары, надеясь, что проявления убьют их. Он или она не проклинали их на смерть. Это потребовало бы ещё большей жертвы — его жизни или жизни любимого человека. Просто любая жизнь не сгодилась бы. Жертва должна была обойтись тому, кто накладывал проклятие, действительно дорого.

Всё это меня беспокоило. Мы пресекли три попытки убийства владельцев магазинов. Это означало, что три жертвы были потрачены впустую. Этот человек придёт за нами. Я понятия не имею, чего я больше всего боюсь. Ну, нет, я знаю. Моим худшим страхом было то, что я недостаточно привлекательна. Что я недостаточно женственна, недостаточно сексуальна, недостаточно горяча. Я копалась в себе до смерти. У меня был такой мозг, который отказывался молчать, за исключением тех случаев, когда Джим был рядом. Тогда мозг затыкался и позволял мне погреться в моем тихом счастье.

Я вернулась домой, приняла душ и осмотрела кухню. Моя мать прошлась по ней. На плите стоял рис и овощное карри, а холодильник набит продуктами — от тофу и огурцов до яблок и арбуза.

Я узнала, что Джим, как и большинство оборотней, не любил чересчур пряную еду. Он, конечно, будет героически её есть, но предпочитает более лёгкие приправы. Я наполнила кастрюлю водой, развернула стейк и бросила в воду.

Кровь. Фу. Её запах долетел до меня из воды. Я взяла деревянную ложку и помешала стейк, чтобы избавиться от крови и возможных загрязнений. Я прижала стейк ложкой, слила воду. Затем расстелила чистое полотенце на столешнице, выложила на него мясо и промокнула. Пока всё хорошо.

Я переложила стейк на разделочную доску, взяла немного чеснока, пропустила его через пресс, затем щепотку перца, соли и немного оливкового масла, перемешала всё это ложкой и размазала по стейку.

Я всё ещё могла уловить запах мяса.

А теперь от меня разило чесноком. Привет, Джим, я — твоя горяченькая чесночная пассия.

Я пошла к телефону, чтобы позвонить матери. Моя очищающая магия досталась мне по отцовской линии. Но проклятия, заклятия и системный подход — это всё от нее. Она видела вещи ясно, как и я, но у неё больше опыта.

Автоответчик мигал красным. Я нажала кнопку.

— Дали, это мама.

Как будто я не знаю.

— Звонила Команг. Она сказала, что ты была с мужчиной.

Я облокотилась на кухонный островок.

— Она сказала, что он был очень тёмным, и что он — твой парень. Я хочу зна…

Я включила следующее сообщение.

— Это твоя тётя Айу…

Дальше.

— Дали! — моя кузина Ни Вайан. — Мама сказала, что у тебя есть парень…

Дальше.

— Парень? Что?

Дальше.

Дальше.

Дальше.

— Дали, — проговорил мой дядя Адитья. Он сейчас находился в Северной Каролине. Магии не было всего час. Как им вообще удалось так быстро с ним связаться? — Я так рад за тебя.

Я нажала УДАЛИТЬ ВСЕ и набрала номер моей матери. Я не знала, что было печальнее — то, что моя семья жила ради сплетен, или то, что все они преисполнились радости от того, что некая мужская особь обратила на меня внимание.

Она не ответила.

Я дождалась сигнала на автоответчике:

— Привет, мам. Спасибо за еду. Я узнала, что случилось с Эйанг Идой. Пожалуйста, позвони мне, когда вернёшься. Мне нужен твой совет.

Я отключилась и оглядела кухню. Внезапно мне стало так одиноко. Так я буду себя чувствовать, когда мы с Джимом расстанемся?

Иногда, лучше вообще не начинать отношений. И тогда тебе не придётся иметь дело с разбитым сердцем. А у нас ещё даже секса не было.

Не то чтобы секс всегда улучшал отношения или каким-то волшебным образом исправлял их. Мой первый сексуальный опыт не был чем-то удивительным. Мне было пятнадцать, моему тогдашнему парню — шестнадцать, и это был первый раз для нас обоих. Мы были достаточно неловкими и нервными, чтобы превратить всё это в одну долгую возню. Он продолжал спрашивать меня, понравилось ли мне, а я продолжала думать: «Если это всё, что ж, вау, это разочарование». Когда мы закончили, он спросил меня, понравилось ли мне, а затем спросил, не считаю ли я его пенис маленьким.