Чтение онлайн

Однако Унылик с этим делом управился быстро: сломал козлу хребет, тот жалобно мемекнул и тут же отправился к троллю в пасть. У пастушка побелела мордашка. Он отвернулся.

— Унылик! Иди к Савлу! — строго приказал я. А Жильберу сказал:

— Вперед.

Мы повернулись и пошли. Я оглянулся. Унылик следовал за нами, сосредоточенно жуя. Я поморщился и отвернулся.

— Кризис миновал. Неужели всякий раз, когда он проголодается, нам придется такое переживать?

— Ты что-нибудь придумаешь, — без тени сомнения заявил Жильбер. Хотелось бы мне так же крепко в это верить.

Разбивая на ночь лагерь, я не переставал следить за троллем. Несколько раз я ловил на себе его голодный взгляд. Вот вам и двойное заклятие!

— Сильно проголодался? Готов сожрать медведя?

Унылик кивнул, высунул кончик языка размером с полотенце, облизнулся.

— Ну, так пойди и поймай себе медведя, — сказал я. — Поймаешь — скушай.

Тролль послушно кивнул, вскочил на ноги и утопал за деревья.

Жильбер, раззявив рот, проводил его взглядом и обернулся ко мне.

— А он его найдет?

Я пожал плечами.

— Найдет или нет — у нас есть часик для того, чтобы спокойно соснуть...

Жильбер медленно, понимающе улыбнулся.

— Гениально, господин Савл! Ну, так давайте же быстрее поужинаем и уляжемся спать. Я первым подежурю.

Тут я понял, что устал как собака, и возражать не стал. Как только мы покончили с ужином, я завернулся в плащ, который Жильбер прихватил для меня — подарок от командира.

— Ты разве не помолишься перед сном? — оскорбленно поинтересовался Жильбер.

— Да нет, не буду, — ответил я, но тут же одумался. — Я медитирую перед тем, как отойти ко сну.

Лицо его просветлело. В тех краях, откуда он был родом, слово «медитировать» означало то же самое, что и «молиться». Юноша кивнул и стал смотреть по сторонам.

Ближе к полуночи он разбудил меня и сказал:

— Разбуди меня для третьей стражи.

Я поежился от холода и, встав на колени, огляделся по сторонам. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы в этой вселенной уже знали, что такое кофе. Может, без кофе — оно для здоровья полезнее, ко не все полезное приятно. Через пять минут Жильбер захрапел. Я слыхал о том, что солдаты это умеют.

Мало-помалу я стал соображать яснее и понял, чего недостает в лагере, — недоставало тролля. Мне стало веселее — может быть, победил медведь?

Надежда моя здорово окрепла шесть часов спустя, когда я стал расталкивать сквайра. Он проснулся мгновенно, вытаращился на звезды.

— Господин чародей! Ты должен был меня разбудить раньше! Я же две стражи проспал!

— Тебе шесть часов, и мне шесть, — сказал я. — Будет поровну.

И еще я решил, что следующую ночь стану дежурить первым.

— Однако рыцарю подобает уметь бодрствовать!

— Как насчет того, чтобы потолковать об этом завтра вечером? — предложил я.

Ни с того ни с сего Жильбер несказанно обрадовался.

— О, конечно! Доброго тебе сна, чародей!

— И тебе доброй ночи, сквайр, — ошарашенно проговорил я.

Я уже почти уснул, когда понял, чему это юноша так обрадовался. Раз я сказал, что вечером мы с ним что-то обсудим, значит, я согласен с ним общаться. Я облился холодным потом, предвкушая эту пытку. Нет, надо все-таки будет придумать, как отослать его обратно к дружкам.

Уснул я далеко не сразу.

Разбудил меня звук циркулярной пилы. Кто-то пытался распилить целую гору мусорных ведер. Я рывком сел и увидел Жильбера — этот стоял навытяжку, рука на рукояти меча, и нервно поглядывал на здоровенную, слегка вздымающуюся кучу шерсти. Тут я понял, что мой ручной тролль вернулся домой, и теперь спал. Правда, шумел он при этом не хуже открытого железнодорожного вагона, нагруженного подпрыгивающими стальными болванками. А рядом с ним валялась кучка костей — и надо сказать, вполне приличного размера.

Я не отрывал от тролля глаз. Итак, медведь не победил. Жалко. Жалко. Но уж лучше медведь, чем я или Жильбер.

Мало-помалу я успокоился. Раз Унылик поступил так, как я ему велел, значит, все идет, как надо. Кроме того, разве не здорово, что он способен голыми, так сказать, руками прикончить взрослого медведя?

Да, такой громила — вполне надежный телохранитель в чужой стране. И я решил, что какое-то время подержу его при себе. Если учесть все обстоятельства, с ним мне безопаснее, чем без него.

Ну, разве что только вражеский колдун решит снять заклятие. От этой мысли сон пропал совсем. Я встал, знаком велел Жильберу помалкивать и принялся готовить завтрак. В то мгновение мне меньше всего хотелось увидеть проснувшегося и успевшего проголодаться тролля.

А час спустя я не преминул заехать ему в бок ботинком и сообщить, что мы трогаемся. Он тут же вскочил на ноги — послушный, как щенок.

А направились мы к югу — туда, где, как я надеялся, находилась Швейцария... Замечательная подобралась у меня компания: сквайр, жаждавший повстречать как можно больше опасностей, дабы заслужить посвящение в рыцари, да полуприрученный тролль, жаждавший найти тех, от кого меня нужно было бы защищать.

Понимаете, как я психовал?

Ближе к вечеру что-то насторожило меня. Я остановился, нахмурился и огляделся по сторонам.

— Тебе не кажется, что тут что-то не так?

— Точно, — согласился Жильбер. — Мы дошли до мертвой пустоши.

— Да, но когда-то тут росло множество деревьев — по крайней мере небольших. — И я указал на торчащие из земли четырехдюймовые пеньки с такими ровными спилами, что четко виднелись годичные кольца. — Что же тут стряслось? Грандиозный дровяной кризис?