Чтение онлайн

– Эту вонючую гадину с головой кальмара?! – возмущенно воскликнул Атрогейт. – Клянусь волосатой задницей Морадина, ты рехнулся, дроу!

Громф окинул Атрогейта таким взглядом, от которого, казалось, могла взорваться голова дворфа, – и Кэтти-бри даже испугалась, что архимаг решил уничтожить чернобородого наемника при помощи силы мысли. Но Атрогейт, целый и невредимый, сидел на своем стуле и выдержал свирепый взгляд темного эльфа, даже не дрогнув. Напротив, он ответил насмешливой и вызывающей улыбочкой.

Кэтти-бри напомнила себе, что в Королевствах существуют две непререкаемые истины: не стоит переоценивать дроу и не стоит недооценивать дворфа.

Обе расы это прекрасно знали и обычно использовали ошибки противника в собственных целях.

Кэтти-бри про себя развила эту мысль; и ей горько было думать, что физические ограничения, которые природа накладывает на индивидуума, – раса, пол, рост и сила, внешняя привлекательность – играют такую важную роль в восприятии этого индивидуума окружающими, в суждениях о нем. Внешнее иногда даже перевешивает деяния и слова разумного существа.

Эта мысль показалась Кэтти-бри настолько абсурдной, когда она добралась до сути, что в этот напряженный момент, окруженная могущественными существами, женщина не смогла сдержаться и рассмеялась. И это была не просто усмешка, она рассмеялась вслух, расхохоталась от души, и эта реакция на абсурдность происходящего поразила окружающих. Присутствующие уставились на нее с таким видом, словно она лишилась рассудка.

Громф окинул ее гневным взглядом. Сестры-драконихи на мгновение недоуменно нахмурились, затем тоже разразились смехом.

– В чем дело, дорогая? – спросил Атрогейт озабоченным тоном.

Кэтти-бри потребовалось еще несколько минут на то, чтобы взять себя в руки. Успокоившись, она оперлась о стол и поднялась, всем своим видом требуя внимания.

– Мы собрались здесь в час опасности ради общего дела; каждый из нас рассчитывает на приобретение знаний и опыта, желает стать частью чего-то более масштабного, не ограниченного рамками отдельной жизни, – произнесла она. Затем смолкла на мгновение и оглядела всех сидевших за столом, и с каждым на миг встретилась взглядом, словно признавая уникальность каждой личности. – Всех нас привели сюда разные причины, и все мы стремимся к различным результатам, выгодным как для нас, так и для тех, кого мы представляем, – продолжала она. – Возможен, конечно, и конфликт интересов, но эти интересы не расходятся с общей целью. И каждый такой личный интерес, хотя, возможно, и заслоняет чужие устремления, все же меркнет и не противопоставляется интересам третьего лица, четвертого и так далее. Оглядевшись, я вижу, что здесь не может быть главенства, как бы ни желали этого некоторые из нас. – Она покосилась на архимага Громфа. – И поэтому я настаиваю на том, чтобы появление любых новых членов в нашей команде получало одобрение всех, кто сейчас сидит здесь, за столом. Среди нас должно сохраняться равноправие.

– Иллитиды уже идут сюда, – заявил Громф.

– И, разумеется, им давно известно о нашем предприятии и его целях, – добавил лорд Пэрайс. – Ничто более или менее важное не ускользает от этих существ. Не сомневайтесь, они окажут нам реальную помощь – не менее существенную, чем любой из присутствующих.

– Но это же уродливые твари, отвратительные на вид, верно? – спросила Ильнезара.

– У них башка, как у кальмара, – буркнул Атрогейт.

– Не сомневаюсь в твоих словах, лорд Пэрайс, – сказала Кэтти-бри. – Но мне хочется задать другой вопрос, более существенный и, так сказать, более широкий: даст ли присутствие иллитидов кому-то из нас возможность реализовать собственные цели, минуя нашу общую цель?

И снова она взглянула на Громфа, который теперь смотрел на нее с нескрываемым презрением.

– Вряд ли, – заметила Тазмикелла. – Это же иллитиды, проницатели сознания. Никто из присутствующих не может разгадать их устремления и тем более доверять союзу, заключенному с ними. Они чужды нам и слишком сильно отличаются от нас, даже от меня и моей сестры – настолько же сильно, насколько мы отличаемся от мух, которых можем прибить одним движением. За многие тысячелетия никто не сумел расшифровать истинные цели и мотивы проницателей сознания. – Она также повернулась к Громфу и многозначительно закончила: – Даже архимаг Мензоберранзана, который после недавнего провала должен проявлять максимальную осторожность, имея дело с существами-псиониками.

– Итак, мы позволим им наблюдать за нашей работой? – уточнила Пенелопа Гарпелл.

– Они и так уже прекрасно знают, что здесь происходит, – заявила Кэтти-бри. – Так что это уже дело решенное, вне зависимости от того, допустим мы их в наше общество или нет. Можно ли на самом деле скрыть что-то от коллективного разума иллитидов?

– Особенно если кое-кто из сидящих тут, видимо, считает их своими друзьями, – проворчал Атрогейт, зыркнув на Громфа исподлобья.

– В данный момент это вряд ли имеет значение, – пожала плечами Тазмикелла.

– Они помогут нам значительно продвинуться вперед, – вступил лорд Пэрайс. – Эта раса обладает огромными знаниями, возможно, превосходящими сокровищницу знаний любой другой разумной расы. Их библиотеки существуют у них в мыслях и занимают важнейшее место в их повседневной жизни. Им не нужно рыться в пыльных фолиантах, чтобы заново открыть то, что по крупицам собирали их предки. Знания хранятся в их коллективном разуме, и поэтому они вечны и никогда не будут утрачены.

– Я вижу, тебе многое известно о них, – заметила Кэтти-бри.

– Да, верно, известно из моего обширного опыта.

– Значит, мы договорились? – спросила Кэтти-бри.

– Кальмары… – пробурчал Атрогейт.

– Вкуснее всего они получаются, если их хорошенько обжарить и подавать с дольками лимона, – добавила Амбра.

Кэтти-бри невольно усмехнулась, слушая болтовню дворфов, однако ей удалось сохранить внешнюю серьезность, и она огляделась. Остальные собравшиеся закивали в знак согласия.

– Итак, решено, архимаг Громф, – произнесла она наконец. – Мы примем твоего эмиссара-иллитида или их делегацию.

– Никаких делегаций, – вмешалась Ильнезара. – Только одного.

– И мы будем за ним пристально следить, – добавила Тазмикелла.

– Ага, в этом можешь не сомневаться, – поддакнул Атрогейт серьезным тоном.

Покончив с этим важным вопросом, собравшиеся принялись делиться успехами, достигнутыми в порученных им заданиях. Почти все сообщали о проведенных исследованиях и о названиях изученных книг, и исключение составили только три доклада.

Дворфы в подробностях описали восстановление фундамента башни, сообщили, что они обнаружили достаточно крупные части, чтобы реконструировать его в первозданном виде – как только бестолковые колдуны сообразят, как скрепить эти штуки при помощи магии. Закончив доклад, Амбра уступила место леди Авельер, которая руководила поиском частей башни, раскиданных взрывом по всему острову. Часть рухнула в воду, часть отлетела в Лускан, а кое-что, очевидно, было растащено жадными горожанами в качестве сувениров или строительных материалов для кораблей и домов.