Шрифт:
Михаил Успенский
Любовный напиток
Ивана Игошина женщины крепко не любили. Началось это безобразие еще с детско-юношеского возраста. Однажды Иван после школьного вечера с танцами пошел провожать одну девочку, предварительно спросив у старших товарищей, что да как. В ответ на его действия в подъезде девочка жестоко заметила: "Целуйся, да не слюнявь!" Это была первая, но не последняя неудача Ивана. Даже когда он вырос в мужчину, на него женщины не то что не обращали внимания -- терпеть не могли одного его присутствия. Игошину было очень больно и обидно. Обидой он ни с кем не делился, копил ее. А еще он копил деньги.
В том же городе, что и Игошин, жил еще один человек. С одной стороны, он был как бы стяжатель и шарлатан, а с другой -- представитель народной медицины. Это с какой стороны посмотреть. Игошин прослышал, что этот человек делает приворотное зелье, да такое сильное, что ужас. Зато оно и стоит столько, что ужас. Игошин пришел к этому человеку и попросил. Человек объяснил, как пользоваться зельем, какие антинаучные слова при этом произносить, и дал Игошину пузырек. Игошин сказал, что ему нужен не какой-нибудь там пузырек, а целое ведро. Достал из карманов все деньги, что скопил за двадцать лет безупречной работы, и ушел с полнешеньким ведром приворотного зелья.
Ведро он вынес за черту города, на берег реки. А зелье взял и вылил прямо в реку, приговаривая при этом, чтобы все женщины стали по нему, Игошину, сохнуть. Потом сполоснул ведерко и пошел домой -- ждать, что получится.
Утром на работе Игошину сказали, что приехала комиссия из министерства, а во главе комиссии стоит такая злая тетка, что не приведи Господи, и что Игошину лучше уйти куда-нибудь, чтобы не злить эту тетку своим внешним видом, а то и так неприятностей много. Но эта тетка все-таки столкнулась с Игошиным в коридоре. И она сразу стала не тетка, а вполне еще нормальная и привлекательная женщина. Она спросила у Игошина, кто он такой, и пригласила его в ресторан. Кое-как завершила свою работу в комиссии и, рыдая, вернулась в министерство, где про нее сразу пошла худая слава. А все мужики на работе сказали, что Игошин дает.
Помаленьку жизнь в городе стала совсем никудышная. И без того высокий процент разводов подскочил в несколько раз. Многие женщины еще и не знали Игошина, но уже чувствовали, что жить с мужьями больше не могут. "Может, ты полюбила другого?" - спрашивал, бывало, муж жену. "Ах, я сама еще не знаю!" - отвечала жена и, в задумчивости собрав вещи мужа, выставляла их за дверь. Правда, были и положительные факты: желая понравиться Игошину, женщины стали лучше одеваться, активнее участвовать в работе и общественной жизни. Улучшился и моральный климат, так как все они хранили Ивану верность.
Поначалу такая жизнь Игошину очень и очень понравилась. Работать он бросил, кормили и одевали его представительницы сферы обслуживания. Мужья принялись писать заявления, чтобы Игошина привлекли за тунеядство, но ни одно заявление не ушло дальше первой попавшейся на его пути женщины.
Несколько раз самые смелые мужчины зверски избивали Игошина, но женщины-врачи быстро поднимали его на ноги, а женщины-судьи отправляли обидчиков далеко и надолго.
Мало-помалу силы Игошина начали истощаться, а такой образ жизни -тяготить. Осознал он и всю глубину эгоистичности своего поступка по отношению к мужчинам, которые ему раньше ничего плохого не делали, а наоборот, жалели и обещали найти бабу. Однажды ночью он переоделся в женское платье и вылез через окно, обманув бдительность стоящего у дверей добровольного патруля. Прибежал огородами к давешнему знахарю и узнал, что ведро отворотного зелья стоит в десятки раз дороже, чем приворотного, известно ведь, что связаться куда легче, чем развязаться. Игошин сел на поезд и уехал на Тихий океан.
Сейчас он живет и работает на острове Шикотан и неплохо зарабатывает -копит деньги на отворотное зелье. Несмотря на дефицит мужиков на этом самом острове, женщины не донимают Ивана -- потому, наверное, что вода из той реки еще не дошла до океана. А когда дойдет, Иван уже поднакопит денег и вернется в родной город, где из-за него по-прежнему льются слезы, распадаются семьи, а женщины вечерами выходят на берег реки и задумчиво смотрят вдаль.
И все станет, как было.