Чтение онлайн

– Я знаю один отличный способ прочистить голову, – слышу, как он улыбается. – Прокатимся? Только не по треку, а то ты убьешься там в таком состоянии. Давай-ка, – помогает мне подняться, – переодевайся. Я жду тебя на улице. Позвоню пока.

– Гордей, – зову парня, пока он не вышел из вагончика, – не говори никому, что я здесь.

– Значит я прав, и они опять взялись за старое, – качает он головой. – Кто? Мой брат или Север?

– Просто не говори никому и все. Пожалуйста, – не хочу отвечать на его вопросы.

– Переодевайся. Жду на улице.

Уходит. Иду к шкафу, достаю уже знакомый костюм. Пальцы совершенно не слушаются. Я не могу нормально застегнуть все ремни и заклепки. Гордей помогает, сам надевает на меня шлем, тоже застегивает, проверяет, все ли в порядке.

– Только дорога, – дает инструкцию. – Сосредоточься на ней, хорошо? Трасса простая. Место красивое тебе покажу. Идешь точно за мной, медленно, внимательно.

– Поняла.

– Вот и умница. Тогда погнали.

Мы заводим мотоциклы. Гордей уходит вперед, я двигаюсь за ним в противоположную сторону от трека. Слезы душат. Изо всех сил стараюсь их сдержать, чтобы не размывало дорогу. Видимость уже низкая. Небо снова затянуло черными тучами. На байк падают крупные капли дождя.

Мы прячемся под высокими деревьями, едем по тропинке. Гордей дает знаки, где повернуть. И мне впервые байк не помогает отвлечься. Слезы снова срываются с ресниц. Я не могу поверить, что этот искренний парень, который так поддерживал меня, который провел со мной такие шикарные выходные, морщась, ел дешевые хот-доги и стоял рядом со мной у могилы отца, мог так поступить. Но он смог. Хуже становится от того, что наш первый раз был бы зафиксирован на камеру и выставлен всем на обозрение. Самое интимное… То, что должно было остаться только между нами, будут обсуждать все. Это ужасно…

Останавливаюсь, чтобы стереть с лица слезы и нормально всмотреться в дорогу. Вдруг понимаю, что не вижу Гордея. Вокруг темно. Настоящий лес. Слезы моментально высыхают. Снимаю шлем. Оглядываюсь, прислушиваюсь. В тишине удается расслышать звук рычащего байка. Где-то совсем недалеко…

Скорее всего была развилка, а я так ушла в себя, что свернула не туда. Он услышит сейчас, что меня нет, и вернется в точку, где мы разъехались, а мне просто надо развернуться и следовать обратно тем же маршрутом.

Дорожка здесь одна. Разворачиваю мотоцикл и двигаюсь в обратную сторону. Шлем висит на руле. Внимательно смотрю вперед. Как я так смогла? Чемпионка, блин!

Северов, и здесь ты умудряешься спутать все мои мысли!

Справа раздается громкий треск веток. Резко поворачиваю голову на звук. Байк подпрыгивает на чем-то. На адреналине стараюсь удержать его, но траектория полета мотоцикла меняется. Меня кидает вместе с ним совсем немного в сторону…

– Ай-яй!!! – с визгом приземляюсь в какую-то яму.

Бедро пронзает адской болью, из легких вышибает весь воздух, перед глазами темные точки, затылок становится мокрым и липким… Кажется, разбила.

Байк прижал вторую ногу. Колеса крутятся, мотор еще рычит несколько секунд и глохнет, погружая меня в тишину и темноту леса.

Артем

Бабушка звонит все время. На часах второй час ночи. Меня трясет от холода и нервов. Вызываю такси и остаток пути проезжаю на нем, пытаясь хоть немного согреться, но промокшая насквозь одежда не способствует этому. Сейчас опять огребу, опять не сдержал слово…

Мне хреново от самого себя до тошноты. Надо было сразу рассказать. Еще там, в ее родном городе, когда мы вдвоем были. И все бы там у нас было красиво, без камер и всей этой грязи. А потом мы бы обязательно договорились.

Трус!

Дать в морду на ринге проще, чем признаться любимой девочке в том, что ты на нее поспорил. Даже не ты. Вынудили. Но сам факт! Надо было найти выход, пресечь, поставить эту стерву на место. А что сделал я?

Тренер бы хорошо отметелил за такое, не сдерживаясь в силе, и был бы прав. Но именно к нему я хочу пойти за советом. Просить о помощи больше не у кого.

Выхожу из машины. Меня тут же встречает нервный охранник. Во всем доме горит свет. На заплетающихся ногах, стуча зубами, прохожу во двор. На крыльце отец разговаривает с ментом.

«Что-то случилось», – доходит до отмороженного мозга.

– Артем… – слышу выдох облегчения. – Ледяной весь. Где ты был? Где Этель? – отца тоже заметно потряхивает.

Да ладно? Ты переживал за меня, папа? Верится с трудом, но внутри становится немного теплее. Значит он все же иногда вспоминает о том, что у него есть сын.

А мне хреново и становится все хуже. Внутренности сводит от страха за одну красивую брюнетку, которой сделал очень больно.

Где же она? Куда ушла? И даже по таксистам не отследить, потому что карт у нас нет. Куда платила? Кому?

– Тёма! – на пороге меня встречает бабушка.

Тут же сдергивает с кресла декоративную итальянскую накидку и заворачивает меня в нее. Не кричит. Обеспокоенно смотрит.

– Где ты был? – тот же вопрос. – Что случилось, мой хороший? – гладит меня шершавыми ладонями по лицу. – Где Эля? Она с тобой?

– Нет, – хриплю в ответ. Голос совсем не слушается. – Я не знаю, где она… – меня слегка заносит, нога болит, голова кружится.

– Сядь. – бабушка суетится. – Принесите ему сухую одежду, полотенца, горячий чай и вызовите нашего врача! Сейчас же! – кричит на домашний персонал. – Мальчик мой, сейчас мы тебя отогреем. Сейчас, – она растирает мои руки. К нам с улицы заходят отец с полицейским, а Ники нет нигде. Ей снова плевать на дочь? Или тоже что-то случилось?

– Это я виноват, – выдыхаю, закрывая глаза и скидывая с себя промокшее покрывало. – Обидел… Она ушла… – вдох. В груди больно. – Я не смог найти сам.