Чтение онлайн

Она вспоминает. Вспоминает тот вечер, когда вспарывала его наживую этими самыми репликами.

— Ты мне отомстил? — спрашивает она, чувствуя, как ошпарилась, как ей стало больно до такой степени, что скрывать слез больше не представлялось возможности. — За то, что случилось на песчаной отмели?

— Это больно, не правда ли? Как та пощечина в классе при всех.

Она не может поднять на него взгляд, но понимает одно: ей хочется остаться с ним. Вот тебе и Стайлз Стилински. Вот тебе и ход конем. Он скрывал свои истинные намерения весь вечер, весь вечер претворялся заботящимся и все еще любящим. Но вот он обнажил свою истинную сущность, вот он показал ей то, что она просила — показал нового Стайлза.

Новому Стайлзу больше не нужна была Лидия.

— Я же обещал разлюбить тебя, — режет ее, а девушка уже не скрывает слез, что скатываются по щекам, не скрывает того, что ей больно. По-настоящему больно. Больнее чем было тогда, на песчаной отмели. — Теперь твоя очередь сдержать свое обещание.

Она сглатывает и поднимает заплаканные глаза на парня. Ей бы очень хотелось знать, что сейчас происходит в его голове, но она не может… и, наверное, больше не хочет знать, о чем он думает. Это все. Дальше ничего не будет. Их история закончилась.

— Ты ее любишь? — она даже не знает, кого имеет в виду: Киру или Малию, но почему-то задает этот ненужный вопрос.

— Главное — что тебя я больше не люблю.

Он разворачивается и уходит, а Лидия остается стоять на этой темной улице совершенно одна, захлебываясь слезами и не имея больше возможности докричаться до него.

Комментарий к Глава 19. Мир теней.

* Julian Winding – The Demon Dance - лучшее сопровождение для заключительных глав. Писалось под впечатлением «Неонового демона».

========== Глава 20. А демоны пляшут и пируют. ==========

1.

Это было немного странно — выходить в понедельник на учебу, делая вид, что ничего не произошло. Это было больно — вот так вот ходить по школьным коридорам, пытаться слушать то, что говорят учителя и одноклассники, в очередной раз натягивать улыбку. Вернее, не то, чтобы непривычно, просто Лидия до последнего не могла поверить, что все это происходит с ней. Она быстро взяла себя в руки после той пощечины Эйдана, она смогла прийти в себя после того, как узнала, что она банши, а Джексон — канема. Она даже к его отъезду себя подготовила. И уход отца из семьи пережила в свои четырнадцать.

Одного пересилить не могла — предательство Стайлза. Вернее, это даже не совсем предательство. Так — выравнивание счета. Но легче от этой мысли почему-то не становилось. Ровно и оттого, что стая не просто рассыпается как карточный домик в замедленной съемке, а рушится до самого основания. Основание — дружба Скотта и Стайлза, которой теперь нет. Основание — дружба Лидии и Эллисон, которой тоже больше нет. Основание — чувства Эллисон и Скотта, и они тоже канули в Лету. Все это походило на какой-то дурной сон, затянувшийся кошмар, и Лидия молилась, чтобы скорее настало утро, и она очнулась.

Но утро не наступало.

Девушка все равно не теряла надежу. Она знала, что иногда кошмары кажутся очень реалистичными — настолько реалистичными, что грань между правдой и вымыслом стирается.

И все же, Лидия продолжала дышать и как-то существовать уже три урока подряд. Она ходила по коридорам школы как привидение, сторонилась всех и каждого, просиживала перемены в пустых классах, но по-прежнему дышала. Правда, словно в кислородной маске, но это лучше, чем ничего. Самое тяжелое в подобных ситуациях — первые сутки. Первые сутки неверия, отрицания и горечи. Даже если все происходящее реально, и прежний радостный и добрый Стайлз навсегда остался только в прошлом, нужно просто пережить первые сутки. Постепенно это грызущее чувство внутри чуть поутихнет или ты просто привыкнешь к этому и перестанешь замечать — не важно. Важно то, что на второй день ты начнешь замечать мир вокруг себя, а еще через день начнешь искать любые отвлекающие от самоедства факторы и предлоги.

Кажется, еще есть ради чего жить.

До четвертого урока оставалось еще около пятнадцати минут. Лидия выползла из класса как из укрытия и потащилась в сторону кофе-автоматов, стараясь смотреть себе под ноги. Она боялась наткнуть взглядом на стаю, или еще хуже — Киру и Стайлза, а потому прятала глаза. Кажется, ее третий барьер тоже выпотрошили.

Подойдя к автомату, Лидия встала в очередь за какой-то девушкой и стала отсчитывать мелочь. Она впервые хотела слиться со стенами, впервые была готова выменять свою яркую внешность на неприметную и вполне обычную. Но, к сожалению, не могла сделать этого.

Девушка впереди взяла свой кофе и отошла, а Лидия подошла к автомату и тут же ощутила чье-то прикосновение на своем плече. Нет, это не его прикосновение. Но она все равно вздрогнула так, будто прикоснулась к электрическим проводам. Девушка обернулась и увидела Лиама. Ее сердце защемило так сильно, что Мартин только закусила губу, лишь бы не издать стон отчаяния, а потом порывисто кинулась парню на плечи и обняла его.

Родной Лиам! Лидия так часто презирала его и Хейден, что совсем не заметила, что без этих двоих стая уже не та. Что без них вся прошлая неделя казалась полупустой и мертвой. А теперь Данбар здесь, тоже обнимает ее, будто тоже оценивая ее важность и понимая значимость их сплоченности.

— Мне так жаль, — шепчет она, забывая о том, что ей нельзя подавать виду, что она знает. Но все эти тайны и игры в прятки так вымотали ее за прошедшие два месяца, что она посылает к чертям свою маскировку и позволяет искренним эмоциям затопить ее до краев. — Мне так жаль!

Он кивает, словно понимает, о чем она говорит и тоже обнимает ее в ответ. Есть же еще Лиам! Он сильный малый, переживет разрыв с Хейден. Он станет следующим альфой и… все наладится, наладится обязательно!

— Я тоже тебя люблю, Лидия, — шепчет он ей. — Я буду переживать за вас со Стайлзом.

Она не видит смысла скрывать свои слезы и позволяет себе слабость. Ей хочется сказать, что она так же переживает за него и Хейден, что их присутствие очень важно, что если они все сейчас разойдутся — все рухнет окончательно, но ведь они все еще есть друг у друга, все еще могут реанимировать их не выходящую из комы дружбу.

— Ты пиши мне в фейсбуке или на майспейс, ладно? — в его голосе слышится улыбка и тепло, а Лидия ощущает бешеный озноб и в следующее мгновение ее парализует. Она слышит дребезги. — Больше мне просить некого.