Чтение онлайн

В обед я вышла из комнаты, закинула на плечо рюкзак и покатила следом чемодан с вещами. В дорогу надела вытертые свободные джинсы, короткий топ в рубчик и фланелевую широкую рубашку. Волосы покрыла бейсболкой, которую похитила у Вика ещё в ноябре. Я ненавидела Вакхтерона, но тосковала по Виктору Крейну: вот же чёртова дихотомия! Стоял тёплый апрельский день. Настроение было самое поганое.

Домой меня должен был отвезти большой рейсовый автобус. Я купила билеты заранее и теперь торопилась на автовокзал. Попрощавшись с ребятами, которых встретила по дороге, оставила ключ от комнаты старосте потока, а потом толкнула дверь наружу… и остолбенела.

Там, у стенда с расписанием и всякими афишами, стоял высокий смуглый человек с длинной косой. Он был в простых тёмно-серых джинсах и такой же простой белой футболке. На плечи набросил чёрно-белую гавайскую рубашку с птицами, похожими на дроздов: в клювике каждой было по сверкающему рубину. Потом повернулся ко мне, будто спиной почувствовал мой взгляд. И улыбнулся.

Чёрт возьми, это был Виктор Крейн. Здесь, в Бангоре.

Я медленно подошла к нему и посмотрела так, словно не видела сотню лет. Он поправился и потяжелел: ему это очень шло. Отчего-то глаза казались светлее обычного – может, из-за загара? Он без единого слова забрал у меня поклажу. Деловито закинул рюкзак на плечо и перво-наперво сказал:

– Я дьявольски скучал, чикала. Ты так похудела! Тебя здесь кормили вообще?

– Иногда.

Мы обнялись, Вик положил подбородок мне на макушку. Потом мы отстранились и снова друг на друга посмотрели.

– Мама в курсе, что ты здесь?

– Ага, – ухмыльнулся он. – Конечно.

И меня отпустило, когда он так сказал. Рассмеявшись, я покачала головой. Тогда Вик взял меня за руку и куда-то повёл. Я думала, в сторону автовокзала – он был неподалёку от кампуса, – но мы перешли через дорогу и остановились возле старого тёмно-синего пикапа «Шайенн» с серебряными полосками по бокам и на дверях. Вик преспокойно открыл его, потом бросил мою сумку в кузов и прошёл к месту водителя. Я стояла возле «Шайенна», не зная, куда деваться.

– Чего стоишь? – удивился Вик. – Садись, чикала.

– Откуда машина? – я положила ладонь на разогретую солнцем крышу.

Вик пожал плечами.

– От матери осталась: она на ней редко ездила. Решил не продавать. Думал, сгодится. Так и вышло.

Вик сел за руль, я – рядом с ним. Внутри немного пахло бензином, немного – мятой и ментолом. Над зеркалом заднего вида висели деревянные бусы с маленькой птичкой, повисшей в воздухе, и я вспомнила нежное «птичка-чикала» от Вика. Не верилось, что он и Вакхтерон – одна и та же личность. Меня пробрала дрожь.

– Лесли, – мягко позвал он. – Пристегни ремень. Путь предстоит не очень долгий, но от студенческого городка до аэропорта…

– До аэропорта? – я встрепенулась.

– Да. Весенние каникулы, чикала. Помнишь? Мы не поедем в Скарборо.

– Но мне нужно домой, – я опасливо покосилась на него и поджала плечи.

– Не нужно. – Он завёл пикап, и его мотор громко заворчал. – Потому что я еду на Потлач. А ты едешь со мной.

Я лишь нахмурилась. Вик улыбнулся мне в ответ и вывернул с обочины.

– Это всё Адам и Тео. Они купили нам два билета в Техас. Конечно, лететь нужно будет самолётом, но это не проблема.

– В Техас?! Но… зачем?

– Я же говорил, Лесли. Потлач. Праздник такой.

Он меня похитил. Господь всемогущий, он просто похитил меня! Я восхитилась его наглостью и неловко улыбнулась. Я любила Вика Крейна, но не знала, чего ждать от Вакхтерона. Подушечки пальцев тревожно закололо.

– Что за праздник? – сил хватило спросить только это.

– Э-э-э… – Вик включил поворотник, вывернул на трассу. Пикап медленно уверенно разгонялся, переходя в левый ряд. – Индейский фестиваль. Там всё более чем прилично: большое культурное событие. Даже приглашены местные власти…

– А что матери моей скажем?

– Она думает, ты осталась в колледже на все каникулы, – сказал Вик. – Я отправил ей письмо.

– Письмо? – я сглотнула. А он всё устроил…

– Ага. От ректора. Это хорошее письмо, большое, обстоятельное, – с издевательским удовольствием сказал он. – Ректор сообщил, там будет много важных общественных задач. И тебе это пойдёт на пользу, особенно для стипендии. Она отправила в ответ кучу благодарностей. Я рад, что сделал её чуточку счастливее. Скажи спасибо Адаму, он умеет проворачивать такие штуки. Понятия не имею, как ему это удаётся.

Я потёрла затылок. Вик выглядел таким невозмутимым, что это восхищало и пугало одновременно. Он ещё больше загорел и теперь был просто коричневым в тон волос, а улыбка – улыбка казалась ещё ярче, словно на контрасте. И по виду он не раскаивался в содеянном.

– А сам-то ректор об этом знает? – почему-то шёпотом уточнила я.

Вик уклончиво ответил:

– Джонни Палмер тоже молодец: он знает парня, который легко взломал университетскую почту, ты в курсе? Мы всё обстряпали. Я просто подумал, твоя мать никогда не даст добро.

– Никогда, – согласилась я. – Вик, вы все бандиты. И ты бандит. Ты меня украл.

Он кротко посмотрел мне в лицо. И улыбнулся.

Готова спорить, под маской Крик улыбался мне именно так.

– Я знаю, – сказал он.

И мы поехали в аэропорт.

– Так куда именно мы едем?

– В национальный парк Биг-Бенд, – терпеливо пояснил Вик. – Красивое место, тебе понравится. Прерия, скалы… Что ты так смотришь?

– Да нет, всё в порядке. – Я вздохнула, запустив пальцы в волосы. – Просто понимаю, что матушка спустит с нас шкуры, если обо всём узнает.

– Она и так спустит, смирись. Я уже смирился.

Он спокойно вёл старый пикап. С моей стороны из двери здорово поддувало. Я поёрзала и села в кресле удобнее. Вик обратил на это внимание и насмешливо заметил:

– Тачка, конечно, что надо. Таз с болтами, и тот будет крепче. Но я малость подлатал её, как мог, а над остальным подумаем, когда вернёмся в Скарборо.