Шрифт:
Ловец
Надежда Мамаева
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах.
Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом дне, в трущобах – сумею ли я пройти этот путь? Найду ли в себе силы, чтобы возродиться вновь? Смогу ли вновь поверить в любовь? Особенно если та настойчиво преследует меня, грозя поймать душу.
ПРОЛОГ
Весенний рассвет в горах. Каждый раз – чудо. Горящие алым шапки ледников, и сумрака покров в долинах. Тишина, которая оглушает. Чистый воздух. Им невозможно надышаться. Каждый раз кажется, что для абсолютного счастья не хватает ровно глотка этого первозданного покоя .
Сегодня туман, что стелился по расщелинам, казался особенно густым, молочным. Про такой горцы говорили: может укутать в шаль вечных снов.
Мужчина, выбежавший из штольни на террасу, взмыленный, запыхавшийся, выругался и выкинул в обрыв бесполезный разряженный револьвер. Пот градом тек по его седым вискам, сердце билось о грудную клетку в рваном ритме, свистящее дыхание то и дело сменялась покашливанием. И не мудрено: гремучий пещерный газ вдоволь сдобрил воздух там, внизу.
Беглец зажал ладонью рану на плече и оглянулся. Топота еще не было слышно, но он знал: пройдет меньше минуты, и его настигнут.
Взгляд ввысь, словно подстреленный заранее просил у неба прощения за задуманное.
– Не дождешься, – зло выплюнул он, и, набрав побольше воздуха в грудь, крикнул что есть мочи: – Э–ге–гей!
О горах он знал даже больше, чем все. Легенды и предания, научные выкладки и магические расчёты. Почти вся его жизнь была посвящена им. И лишь малая толика – семье, вернее, тому, что от нее осталось. А сейчас не будет и ее. И его самого не будет.
Гора откликнулась на зов. Эхо прокатилось по склонам, отразилось от вершин, ударилось о глыбы, сдвинуло с места мелкую гальку. Она полетела вниз, пихая по пути соседок габаритами поболее, и вот уже со склона понесся камнепад, толкнувший в свою очередь целый пласт, подмытый вешними водами.
В грохоте лавины потонули и выстрелы, и отборный мат, и мольбы к Престололикому. Ни небо, ни земля не услышали голосов мелких людишек, когда изволила заговорить гора.
ГЛАВА 1
Хлоя Элгрис
– Моя медовая, просыпайся, – нежный голос мужа с характерной утренней хрипотцой прозвучал у самого уха. Невесомый поцелуй в висок я почувствовала сквозь сладкую негу.
– Грег, еще две минуточки, – пробормотала сонно, зарываясь в одеяло.
Супруг проявил настойчивость, и его рука скользнула в вырез ночной сорочки.
– Ну зачем ты начинаешь? Так же хорошо спали, – пробормотала я, отчаянно цепляясь за ускользающее сновидение.
– Я подумал, что моя замечательная женушка захочет проводить своего котика. Ведь я сегодня уезжаю на целый день на верфи… – протянул соблазнитель и поцеловал. На этот раз в губы, окончательно прогоняя остатки ночных грез.
Все же мне достался замечательный супруг: чуткий, внимательный, обаятельный. Это не считая того, что он был умопомрачительно красив, в отличие от заурядной меня.
Едва я откинула одеяло, мне протянули пеньюар.
– Солнышко, тебе стоит одеться. В комнате промозгло. Ты можешь снова простудиться…. Целитель и так опасается за твое шаткое здоровье. У тебя еще не прошел до конца кашель.
В этом была я вся. То шмыгающая носом, то со слезящимися глазами, то с раздражением по всей коже. Постоянно. Если не одно, так второе. Дни, когда я была абсолютно здоровой, можно пересчитать по пальцам. Не мудрено, что с такой перманентно чахнущей женой мой муж окружал меня сверхзаботой.
Я вышла в холл проводить Грега. Чмокнула его в щеку на прощанье.
– Моя ягодная, какие у тебя были планы на сегодня? – уже почти на пороге спросил супруг.