Ловчий
Шрифт:
Грохотали барабаны, пылали сложенные из целых стволов деревьев костры, вокруг статуи тесными рядами сидели на коленях сотни корявых и вздев руки к небу монотонно выкрикивали какую-то речёвку на незнакомом мне языке.
— Готово! — за моей спиной радостно воскликнула Юдля. — Отче Корнелиус, у нас получилось. Можно открывать портал!
— Похвально, милсдарыни, похвально… — отозвался монах. — Но не помешает еще раз все проверить.
— Что там? — не оборачиваясь, бросил я. — Я все еще жду ответов.
— Еще немного времени, Горан, совсем немного…
Тем временем, грохот барабанов на замковом дворе резко стих. Сами корявые тоже замолчали и пали ниц, а от статуи стало исходить непонятное сероватое свечение.
А уже через мгновение, она широко ощерила рот, пронзительно завизжала и вздев каменную руку, указала ей на нашу башню.
Прянув назад, я заорал:
— Назад, все назад…
С последним моим словом раздался сильный грохот и завал перестал существовать. Обломки стены, камни и щебенка взлетели в воздух и разлетелись по сторонам.
Когда пыль осела, стало видно, что в башне образовался широкий пролом, а корявые на замковом дворе, все как один пристально смотрят на нас.
Продолжая указывать рукой, статуя резко замолкла, яссы встали и пошли к нам. Шли гурьбой, неспешно, словно были уверены в том, что добыча уже никуда не денется.
— Вниз, лезьте в колодец! — я вырвал саблю из ножен. — Живо! Рада, уведи девочек…
— Нет, Горан… — отец Корнелиус подхватил свой посох и шагнул в пролом. — Я сам… а ты выполни предназначенное… — и добавил тихо, с грустным сожалением. — Жаль, я больше никогда не увижу… их…
Я не стал себя уговаривать, подхватил замешкавшихся Йолю с Марысей и сбежал по лестнице к колодцу.
По пути оглянулся и успел увидеть, как отец Корнелиус быстрым идет навстречу корявым, а оголовье его посоха наливается ярким обжигающим сиянием.
Интуитивно почувствовав, что спустится в колодец мы не успеем, я крикнул девочкам, чтобы они поставили щит.
Пол сильно дрогнул, раздался жужжащий гул, в комнату ворвались огненные языки и облапили радужный купол, в последнее мгновение возникший вокруг нас.
Огненный шторм продолжался всего несколько секунд, после чего пламя опало.
С легким звоном исчез щит, в нос ударил острый смрад озона и гари.
Немного помедлив, я прикрыл лицо локтем от пышущего жаром камня и быстро поднялся по лестнице.
Посередине замкового двора алела заполненная раскаленной лавой небольшая воронка. Все вокруг было выжжено до черноты, башни и стены замка покрывал толстый слой жирной гари, а в воздухе парили большие хлопья серого пепла. Корявых нигде не было видно, от статуи Хельги осталась только груда оплавленного камня.
— Он отдал себя… — тихо произнесла Рада за моим плечом. — Не за нас, а за девочек…
— Ничего не понимаю… — зло бросил я, возвращаясь в башню. — И кое-кто мне сейчас ответит на все вопросы!
ГЛАВА 18
Серединные земли. Стоозерье. Хельгина падь.
23 хлебороста 2002 года от восхождения Старших Сестер. Раннее утро.
— Он отдал себя… — тихо произнесла Рада. — Не за нас, а за девочек…
— Я что, слепой? — огрызнулся я. — Вижу…
— Но…
— Ничего не понимаю… — проигнорировав псицу, с непонятной для себя злостью бросил я, возвращаясь в башню.
Монах, конечно, спас нас всех, но что означали его слова? Что мне предназначено? Кого он уже не увидит? Куда не шагни, одни загадки. Как меня уже все это достало.
— Что случилось? — псица пошла со мной. — С чего началось, я все пропустила.
— Там стояла статуя… — я показал рукой за плечо. — Корявые принесли всех пленников ей в жертву и молились. В тот самый момент, как я заглянул в щель, статуя, каменная статуя, кикимора ее дери, ожила, подняла руку, показала на нашу башню и заорала как будто ее в гузно шмель укусил…
— Ожила? — псица озадаченно наморщила лоб. — Каменная статуя?
— Она самая…
— Милсдарь, Горан… — из пролома в башне донеслись испуганные голоса девочек. — Все уже закончилось? Нам можно выходить?
— Сейчас кто-то ответит на все вопросы… — зло буркнул я. — Абсолютно на все…
— Давай сначала уберемся отсюда, — предложила Радослава. — А потом уже допросами будешь заниматься. Место нехорошее. Да и корявые могут наведаться со стороны.
— Давай… — нехотя согласился я. — Девы. Да выходите уже… Что там с порталом?
Едва перешагнув порог комнаты с маяком, Фиса остановилась и взволнованно прижала ладошки к щекам.
— Ой…
Следом за ней заохали другие ученицы.
— Что, «ой»? — я повел взглядом по комнате и неожиданно понял, что на портал уже надежды нет. — Чтоб тебя…
Почти весь пол был оплавлен, от пентаграммы не осталось даже следа.
— А новую?
— Нет… — Марыся и Йоля сокрушенно покачали головами. — Без отца Корнелия бы новую не начертим. Кстати, где он?
— Точно? — я проигнорировал последний вопрос.
— Угу… — категорично подтвердили Юдля, Фиса и Одарка. — У него были стабилизирующие артефакты и координаты. Может все-таки позовете его? Он хороший человек, честно.
— Нет его уже с нами, — тихо ответил я и отошел в сторону.
Ну и что делать? Лезть опять в трубу? Не факт, что доберемся вплавь до берега, течения не знаем, да и вообще, пешим порядком без проводника далеко не уйдем. Корявых в лесу словно зайцев…
От злости я чуть не прикусил губу.
— Возле моста причал и лодки, — тихо подсказала писца.