Чтение онлайн

— Подожди! — крикнул он.

— Мама не разрешает мне разговаривать с незнакомыми людьми.

— Но я не незнакомец. Я твой дедушка.

— Я не верю тебе, — упрямо сказал мальчик. — Я тебя не знаю.

— Тогда давай поговорим, и ты познакомишься со мной поближе. И, может, я тебе даже понравлюсь.

— А ты тоже собираешься похищать меня?

— Нет, нет, малыш. Я просто хочу подружиться с тобой. И хочу, чтобы ты помог мне справиться с шерифом. Он плохой человек.

— Нет, он хороший. Хороший, как мой папа.

Авери замолчал. Очевидно, Лорел не рассказала сыну правду о гибели Карлина. «Недурно для начала», — решил он.

— Ты ведь любишь своего папу, правда? Мальчик молча кивнул головой.

— И ты знаешь, что папа был хорошим человеком, правда?

Адам снова кивнул.

— Но неужели ты думаешь, что твой папа одобрил бы дружбу сына с чужаком, который ненавидит нашу семью? — Авери инстинктивно почувствовал, что задел Адама за живое. — Неужели ты думаешь, что он гордился бы сыном, который помог шерифу избить его брата?

— Я не помогал, — растерянно проронил мальчик.

— Но ты и не остановил шерифа! Адам выглядел смущенным.

— Но я же еще маленький.

— Но ты можешь помочь мне отомстить шерифу?

— Шериф не сделал ничего плохого.

— Он причинил зло брату твоего отца. А теперь он разыскивает остальных братьев, чтобы расправиться со всей семьей.

— Неправда, он ищет грабителей!

— Он обманул тебя, на самом деле он ищет Блакторнов, чтобы убить их. Что сказал бы твой папа, если бы узнал, что ты помог чужаку застрелить дядюшек?

Адам упрямо крутил головой, отказываясь верить. Но Авери все же удалось посеять в душе ребенка зерно сомнения, и он был вполне доволен достигнутым.

— Я просто хочу защитить братьев твоего папы от шерифа. Ты поможешь мне?

Мальчик молчал.

— Какой же ты мужик, если позволяешь причинять зло своей семье. Люди подумают, что ты трус.

— Я не трус! — закричал протестующе Адам.

— Я это знаю. Ты ведь — Блакторн. А среди Блакторнов нет трусов. Но люди могут подумать иначе. Поразмышляй над моими словами. Завтра я приду снова, и мы поговорим.

— Я расскажу все маме.

Авери сурово посмотрел на мальчика.

— Это мужское дело. Только маменькины сынки впутывают женщин в мужские дела.

— Я не маменькин сынок. Авери самодовольно улыбнулся.

— Подумай о моих словах. У тебя прекрасные, сильные руки, парень, и ты чувствуешь лошадь. Со временем ты станешь великолепным наездником.

— Последние два дня были просто невыносимы, — сказал Горас Уорти жене. — Ненавижу критиковать твое умение готовить, но без Тай-лера мы пропадем.

— Я не обижаюсь, — ответила Грейс. — Честно говоря, я и сама с большим удовольствием ела бы его блюда.

— Как ты думаешь, он скоро вернется?

— Полагаю, не раньше брата.

— Но чем он может там помочь? В конце концов, он всего лишь повар. Правда, первоклассный.

— Ошибаешься, дорогая. Он не просто повар. Он — мужчина, который умеет готовить.

Лорел весь день думала о Хене. Как она ни гнала мысли о нем прочь, как ни старалась подавить своих чувств, ей так и не удалось выбросить его из головы. Хен отсутствовал уже три дня, но не проходило и минуты, чтобы Лорел не ощущала его близости.

Она спала в его постели, что лишь усиливало ее мучения.

Мысли о Хене становились навязчивыми. Она всегда считала себя благоразумной и рассудительной женщиной. Но вынуждена была признать, что, когда дело касалось Хена Рандольфа, она была просто не способна внимать голосу здравого смысла.

Один и тот же вопрос мучил ее на протяжении нескольких дней: действительно ли он беспокоится о ней или его забота является лишь проявлением благородства и сочувствия галантного шерифа к одинокой вдове и осиротевшему мальчику? Душу раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, ей казалось, что, пустив ее в свой дом, Хен лишь исполнил долг. С другой — сердце отказывалось верить в это.

Хватит себя обманывать! Еще находясь в каньоне, она с нетерпением ждала его визитов. Скучала, когда он уходил или долго не приходил. И ликовала, когда, наконец, он появлялся.

Невероятно трудно делать такое признание. Но нужно быть честной: каким бы не был Хен Рандольф, он нравился ей больше всех остальных мужчин.

Лорел оторвалась от раздумий и вернулась к работе — потерла рубашку, прополоскала ее и взялась за другую

Она улыбнулась неожиданно пришедшей мысли. В глазах жителей Сикамор Флате Хен Рандольф выглядел настоящим щеголем. Его одежда представляла собой разительный контраст черного и белого, что не могло вызывать удивления и даже недоумения в таком жарком и пыльном городе, как Сикамор Флате. Каждый день Хен надевал чистую рубашку, которую носил со строгим галстуком, темным жилетом и черными брюками. Каждый день он менял белье. Неужели все богатые обитатели Виргинии столь же экстравагантны?

Находя все больше и больше достоинств в Хене, Лорел постепенно забывала о пристрастии Рандольфа к оружию. Молодой человек уже не казался хладнокровным убийцей. Временами Лорел даже охватывало сомнение: а так ли хорошо он владеет оружием, как все считают.

Ведь если молва ошибается и преувеличивает, то Хену грозит смертельная опасность. Все преступления, включая кражу скота, на сотню миль вокруг, так или иначе, связаны с Блакторнами. А уж они-то — настоящие убийцы.

Во дворе появился Адам.

— Шериф вернулся! — закричал он на бегу. — И привел двух грабителей.

Лорел быстро отжала рубашку и, бросив ее в таз для полоскания, побежала вслед за сыном, вытирая на ходу руки о передник.

Толпы людей на улицах создавали ощущение праздника. Казалось, весь город вышел из домов, чтобы увидеть, кого привел шериф. Женщины моментально забыли о покупках в магазинах, мужчины оторвались от разговоров. Даже дети высыпали на улицы. Где-то впереди Лорел заметила мелькнувшие в толпе головы Адама и Джорди.