Лорд
Шрифт:
Бок обожгло, а в грудную клетку будто кто-то ударил кувалдой, отчего у Луизы перехватило дыхание, а саму девушку откинуло на несколько метров назад. Ее ореол схлопнулся, остановив самый опасный удар и позволив пройти тому, что задел левый бок.
Ведь с дырой вместо сердца долго не живут даже архонты. В отличие от точно такой же, но не задевающей жизненно важные органы.
Что не мешало свежеполученной ране порождать волны острой боли.
Но даже так девушка не упустила из вида последствий своей атаки. И врагу досталось сильнее.
Он — такое ощущение — вообще почти не защищался.
Множество переломов правой руки, что будто побывала в пасти носорога, осколки ребер с все той же стороны, что прорвали спекшуюся до черна кожу… Вся правая часть противника была обожжена и переломана близким взрывом.
Обычный человек на его месте уже бы отключился от безумной боли, но Лорда поддерживали тени, что прямо на глазах скрыли и подменили собой все, что было повреждено.
Как долго они смогут это делать?
Она не знала. Опыт столкновения с более слабыми марионетками не давал точного ответа. Но прямо сейчас помирать мужчина не торопился.
Быстро проведя рукой над собственным ранением и набросив на то сетку из золотисто-изумрудных паутинок, что, на время, должны будут сдержать кровь, архонт хотела было вновь сблизиться с главным эмиссаром врага, но, предупреждая ее действия, того накрыла новая сфера.
Закрылся.
И, если верить Нырку, вовсе не для того, чтобы подготовить новую атаку.
Агония?
Да. Наверное, именно так это смотрелось со стороны. Если вся его надежда строилась на первоначальной ловушке, то теперь иного слова не подобрать.
У врага существовал только один шанс — сразу же после активации добить ослабленного архонта. И этот шанс так и не был реализован.
Теперь же, даже с внушительным опытом битв, что едва ли уступит таковому у Луизы, Лорд был обречен. Он все еще мог опасно огрызаться, мог сводить к минимуму получаемые повреждения (только за счет своего опыта и знаний, как правильно противостоять тому или иному трюку), но главного это все равно не меняло.
Его шансы к победе стремились к нулю.
Все как и должно быть. Все как всегда…
Или не совсем?
Внезапно, что-то поменялось, и предвидение опасности стало показывать совершенно иную картину.
Архонт, что как раз в этот момент восстановила золотистый ореол и хотела было прорываться внутрь черного кокона, на миг застыла.
«Луиза, послушай…» — Донеслись до нее мысли парня, и вдруг прервались.
Связь вновь ослабла.
Похоже, она переоценила его. Вмешательство юного Киоу оказалось полезным в деле с Кристиной и в плане эвакуации жителей, но во всем остальном… Его техники показали себя не с самой лучшей стороны. Что здесь, что во внутреннем мире Крис. Да и, по факту, их советы чаще оказывались неверными, чем полезными.
Если бы она следовала только им, то, скорее всего, не получила ранения, но и Лорд остался бы невредим.
И тут она заметила десятки неизвестных символов, что стали проявляться прямо в воздухе и тут же будто вплавлялись в него.
И мир откликался на это, стремительно погружаясь в сумрак, что рождала проявляющаяся в небе теневая копия Луны.
«Затмение?» — Эту технику она уже когда-то видела в исполнении Кристины, вот только та потратила на ее призыв гораздо больше времени. — «И ты, действительно, думаешь, что я дам тебе время, чтобы усилиться?»
«Не делай этого!» — Пытается предостеречь Химура, но архонт уже решилась:
«Пора с этим кончать…»
Что я мог сказать про сражение двух монстров? Оно одновременно и соответствовало ожиданиям и в чем-то их превосходило, отдаленно напоминая столкновение Себастьяна и Томаса, но на другом — более высоком — уровне.
Одно можно было говорить точно: если бы союзница не отправила врага вверх, то они здесь все разнесли бы в прах.
Но даже так, непосредственно под ними город стремительно превращался в руины. Удары окаменевшего воздуха не оставляли шансов ничему живому, снося все со своего пути.
Лишь стены зданий могли выдержать несколько порывов, прежде чем начать складываться, да занятые неизвестными мне родами небоскребы стоически принимали отголоски битвы.
У последних дела шли лучше всего, так как еще, после срабатывания ловушки и ее полного разрушения, соседние высотки накрыли пленки стационарных щитов.
Похожая же пленка появилась и над больницей и аэропортом, над которым, к слову, в данный момент набирал силу пронзительный вой воздушной тревоги.
Что же, надеюсь, они выдержат.
Однако опасность исходила не только от ударных волн, которые лично я старался перепрыгивать с помощью Блика, но и от иных факторов.
Например, эти вспыхивающие в момент соприкосновения грязно-золотистые сферы. Они создавали просто невероятный жар, от которого даже за сотни метров начинал плавиться пластик.