Лисица

Большинство народу не верит в абсолютное зло — и я тоже не верил, пока не встретил пятилетнего Дилана Брюстера.

Но еще до того, как я заметил Дилана, я увидел его гувернантку. Она была едва старше меня — явно слишком молодая и симпатичная для того, чтобы быть чьей-то мамашей. Ее густые светлые волосы были затянуты в хвостик. Она толкала тяжелую коляску с крепко пристегнутым младенцем, одетым в розовый комбинезончик.

— Могу ли я быть полезен? — спросил я, пытаясь выглядеть любезным и одновременно — загадочным. Это довольно-таки непросто, когда ваши пальцы вымазаны акварельными красками и на вашей ярко-желтой футболке красуется надпись ЛЕТНИЙ ЛАГЕРЬ «СОЛНЫШКО».

— Это комната дельфинят? — спросила она, оборачиваясь, как будто что-то или кого-то потеряла.

И тут я его увидел — маленький темноволосый мальчик копался в одном из шкафчиков, расположенных вдоль стены коридора. — Дилан! Иди сюда, пожалуйста.

Он подошел и стало понятно, что мальчишка чрезвычайно славный. Длинные прямые волосы, аккуратно подстриженные надо лбом, и нос кнопкой. На ногах у него были надеты клетчатые кроссовки — такие маленькие, что я бы смог без труда проглотить одну из них.

— Привет, Дилан! — сказал я, опускаясь на колени, чтобы заглянуть ему в глаза. — Меня зовут… — но он, не останавливаясь, прошагал мимо меня в комнату, полную увлеченно играющих дельфинят. Я уже третью неделю работал в лагере в утреннюю смену. Дилан пришел в лагерь в первый раз.

— Извините за опоздание, — сказала гувернантка, слишком четко выговаривая слова, что выдавало в ней иностранку — Довольно трудно было выйти из дому…

— Трудно?

Гувернантка кинула взгляд сперва на младенца в розовом комбинезоне, а затем — на Дилана.

— Иногда он ведет себя… — она пошевелила пальцами, подыскивая слово, — немного безумно.

— Это ничего. Я тоже иногда веду себя безумно.

Сначала я не был уверен, что она поняла мою шутку, но затем она улыбнулась и сказала:

— Меня зовут Бритта.

Я как раз хотел представиться, но в этот момент Ребекка позвала меня откуда-то сзади:

— Эдди! Куда ты запропо… — а! — она перестала хмуриться, как только увидела Бритту. — Вы — гувернантка Дилана?

Бритта кивнула и Ребекка изобразила на лице одну из своих самых широких и фальшивых улыбок. Ребекка заведовала детским лагерем, а я был ее помощником. Она была уже достаточно старая — по меньшей мере, чуть за тридцать — и работала воспитательницей дошколят на полную ставку, что, судя по всему, давало ей право разговаривать со всеми, как с пятилетними. Особенно — со мной.

— Эдди, почему бы тебе не накрыть столы для полдника? Ты справишься?

Я взглянул на настенные часы — до полдника было еще полчаса — но решил не спорить. Она явно хотела от меня избавиться, а может быть — даже унизить меня в глазах Бритты.

— Слушаюсь, мэм! — звонко сказал я, отдавая Ребекке честь.

Судя по ее лицу, ей это не особенно понравилось, но Бритта улыбнулась, что было просто замечательно. Я вымыл руки, вернулся в комнату и увидел дюжину мальчиков и девочек — группу «Дельфинята» — за игрой. Некоторые из них толпились в игровой кухне, остальные рисовали за столиками, окуная пальцы в краски. Несколько малышей в углу строили из деревянных кубиков что-то вроде крепости.

Дилан сделал шаг в сторону строителей, не спуская с них глаз. Я присел на корточки рядом с ним, расставляя на столе пластмассовые стаканчики для яблочного сока.

— Мы все очень рады, что ты теперь в нашем лагере, — сказал я. — А где ты был до этого?

— Я ездил.

— Да? А куда ты ездил?

Он сузил глаза, не отрывая взгляда от ребятишек с кубиками.

— В Аглиу.

Сначала я не понял, а потом догадался — в Англию.

— И как, понравилось?

Он пожал плечами:

— Это очень далеко!

— Это уж точно.

Я сам — из Квинса и никогда не уезжал никуда, дальше Ньюарка. Меня аж перекорежило оттого, что малышня вроде Дилана разъезжает по заграницам, а мне нужно работать все лето для того, чтобы заплатить за учебники. Но такова жизнь. У детей с Аппер Вест Сайд — гувернантки, поездки в Европу и летние лагеря, а у детей из Астории ничего такого нет.

— Хочешь помочь мне разливать сок? — спросил я.

— Я хочу сделать лисицу, — сказал Дилан.

Я не совсем понял, о какой лисице он говорил, но я не стал спрашивать, а просто открутил пробку бутылки с соком.

— Конечно, если хочешь. Я уверен, что ребята тебе помогут.

— Я хочу сам!

— Дилан, мы тут все играем друг с другом. Если ты их вежливо попросишь… — сказал я строго.

Было ясно, что Дилан не собирается ничего ни у кого спрашивать, вежливо или нет. Он уже направился к играющим и к тому моменту, когда я поставил бутылку с соком на стол и подбежал к нему, было уже поздно. Он протопал прямо по крепости, раскидав кубики в разные стороны.

Эмбер — одна из строящих крепость малышат — всплеснула руками, сверкая пластырями на локтях. Ей повезло, что ни один из разлетающихся кубиков не стукнул ее, потому что она всегда попадала в какие-то переделки.

— Он сломал наш домик!

— Это очень нехорошо! — сказал я, показывая пальцем на Дилана.

Сначала он вызывающе вскинул голову, но потом его лицо сморщилось и в глазах появились слезы.

— Они сказали, что мне нельзя с ними играть.

— Нет, это неправда, — ответил я. — Ты просто подошел и…

— Хватит! — раздался голос Ребекки у меня за спиной. Я обернулся. Она кинула на меня резкий взгляд, затем напялила на свое лицо улыбку. Ее настроения менялись так же часто, как у Дилана. — Время убирать игрушки!

Раздались недовольные детские голоса, но Ребекка подняла в воздух пакет с сахарным печеньем и недовольство улетучилось.

— Может быть, закончишь разливать сок? — сказала она мне тем же тоном, что разговаривала с детьми. Я схватил бутылку и кинул взгляд на дверь.