Линии
Шрифт:
— И как давно ты этим^занимаешься?
— Садомазо?
— А чем же еще?
— Два года.
— Сплошная извращенность, да?
— Это уж точно.
— А что было самое-самое?
— У клиентов?
— Ну да.
— Была у меня одна такая... Хотела бы забыть, да никак не могу. Женщина...
— Женщина?
— Угу. Ну, скорее девица. Странная какая-то.
— Извращенна?
— Лесбиянка. Хотя... Она сказала, что может слышать сигналы, которые передаются по проводам.
— Не звезди!
— Да нет, правда! Она так и сказала. То есть она имела в виду телевизионные кабели, провода от видеомагнитофонов и все такое... И она может как бы заглядывать туда, вовнутрь, и слышать электросигналы. Она даже может видеть картинки без помощи экрана.
— Да ладно тебе!
— Я серьезно. Когда мы с ней закончили, я позвонила хозяйке. А она, хоть и сидела далеко от телефона и даже не смотрела на провод, она потом пересказала мне все, что говорила хозяйка. Слово в слово. Она все это услышала, причем даже на провод не смотрела. Я чуть с ума не сошла!
II - ДЖУНКО
На какое-то время Мукаи потерял дар речи. У него промелькнула мысль, что если эта девушка действительно существует, то с ее помощью он сможет узнать, с кем и о чем говорила Маки по телефону.
Мукаи посмотрел на часы, мысленно подсчитал деньги и попросил продолжить сеанс. Он осыпал девушку оскорблениями, вставлял ей вибратор и, наконец, через час, кончил ей в рот. При этом он не переставал думать о том, как бы побольше узнать про ту девицу... Беря в рот его член, девушка попросила надеть презерватив. Мукаи часто сталкивался с этой проблемой, общаясь с барышнями из садомазохистских клубов. Но на сей раз он исполнил ее просьбу без возражений.
— Скажи, как тебя звать?
Сеанс окончился. Вопрос Мукаи застал девушку в дверях ванной комнаты.
— Мегуми.
Она вышла из ванной, завернувшись в махровое полотенце. На ее плечах и подбородке еще дрожали капельки воды.
— Сеанс закончен?
— Да, можешь одеваться.
— Вы продлили время. Я должна позвонить в агентство.
— Не вопрос, звони. И, если хочешь, можешь немного отдохнуть. Я заплачу за два часа.
Девушка состроила гримаску, означавшую согласие, и стала одеваться. Она развернула полотенце, еще раз вытерлась, не стесняясь своей наготы, и надела бюстгальтер.
— Это что, мода такая — чулок не носить? — спросил Мукаи, пока она натягивала трусы. Ему хотелось порасспросить ее о той девице, и теперь он пытался установить доверительные отношения. Девушки из клубов не любят болтать с клиентами.
— Ага, мода. — Девушка подтянула колготки и посмотрела на него с таким видом, словно хотела сказать: «Ну чего пристал?»
— Еще не так холодно. Многие ходят с голыми ногами.
— Знаю, видела.
— Скажи... Прости, забыл, как тебя... Как, ты сказала, тебя звать?
Она поморщилась.
— Мегуми.
— Нет. серьезно, прости. Я же не специально...
— Вы, конечно, частенько развлекаетесь?
— Да нет, не сказал бы. Где-то раз в месяц.
— Те, кто часто развлекается, рано или поздно начинают путать имена девушек.
— Ну, раз в месяц — это не так чтобы уж очень часто.
— Тоже верно.
Девушка надела свой костюм и застегнула молнию на бедре.
— Можно мне причесаться?
— Конечно, валяй, — разрешил Мукаи. — Кстати, если ты голодна, я могу позвонить, чтобы нам чего-нибудь принесли, — добавил он, когда девушка уже направилась в ванную.
— А-а... принесут!..
— Ну да, если ты голодна...
— Пожалуй.
Она робко улыбнулась и похлопала себя по животу. Этот жест еще сильнее подчеркнул ее худобу Мукаи был тронут. Такую улыбку, да еще и женскую, ему доводилось видеть нечасто. Маки, во всяком случае, никогда так ему не улыбалась. В этой улыбке смешивались и сознание собственной правоты, и радость, и стыд. Мукаи просто не мог вызывать у людей подобную реакцию.
— Так я закажу чего-нибудь. Чего ты хочешь?
— А что есть?
— Да так, всякая ерунда. Сандвичи, карри и, конечно же, рис. Карри было неплохое.
— А что за карри?
— С курицей и с говядиной.
— Э-э... Я не ем мяса.
— Ну, есть еще креветки. Так креветок?
— Ну ладно, пускай карри с креветками.
— А пить что ты будешь? В баре есть пиво и кока-кола, но, если хочешь чего-нибудь теплого, я могу заказать.
— А вы сами-то что будете?