Линчеватель
Шрифт:
Минут через двадцать хлопнула входная дверь, и этот шум вырвал меня из полуобморочной дремы.
– Все в порядке?
В комнату ворвалась Настя. За ней шел Филин.
– Да.
Я встал с кресла. Получилось это с трудом. Сильно кружилась голова. Меня шатало как пьяного. Настя уже поставила на стол металлический поднос и теперь раскладывала на нем инструменты.
– Я сейчас, - Настя бросилась в ванную. Вернулась она минут через десять.
– Помоги мне, - попросила она меня. Филин вышел было вперед, мол давай я помогу, не видишь, херово парню. Но Настя быстро отколола крышку ампулы и набрала в шприц какую - то дрянь. Пару раз быстро провела мне по плечу пахнущей спиртом ватой, она вколола мне эту херню. И когда она склонилось надо мной, я явственно почувствовал исходящий от нее запах спирта. Так вот что притупило ее страх. То ли Филин влил в нее энное количество водки, то ли сама решила. Неважно.
– Это поможет на какое - то время, - пояснила Настя.
– Потом и твоей раной займемся. Полей на руки.
В голове и правда стало проясняться. Пропал раздражающий шум и слабость. Голова начала понемногу соображать. Я взял со стола открытую бутылку с бесцветной жидкостью, щедро плеснув на подставленные Настины руки и окропив пол.
– Перчатки!
В ее приказном, со стальными нотками тоне, что - то было. Во всяком случае, мне это понравилось. Я молча помог надеть на руки одноразовые хирургические перчатки.
Настя осторожно прикоснулась к перевязке, на плече Гоблина, которую я наскоро соорудил еще в машине. Лицо Гоблина исказило от боли.
– Понежнее, девочка, - прошипел он сквозь стиснутые зубы.
– Извращенец!
– буркнула Настя, но ее губы тронула улыбка. Раз шутит - значит будет жить. Наверное.
Она ловко срезала скальпелем промокшую повязку, снимая бинты.
– Помоги мне его перевернуть.
– Я сам, - поспешно ответил Гоблин.
– Не нужно меня кантовать.
Гоблин с трудом сел на кровати, поворачиваясь к Насте спиной.
– Выходного отверстия нет. Пуля внутри. Резать придется.
– Страсть не люблю, когда меня режут, - буркнул Гоблин. Но Настя его уже не слушала. Она набирала в шприц какую - то дрянь из маленькой ампулы. Слегка нажала на поршень, пока из тонкой иглы не брызнула жидкость. И быстро и ловко вколола шприц рядом с раной, вводя лекарство.
– Что чувствуешь?
– Просто млею. В смысле, немеет плечо.
– Отлично.
Настя щедро полила на рану обеззараживающим раствором. Едва попав на рану, жидкость зашипела, запузырилась.
– Скальпель!
Я молча подал ей резак, предварительно ополоснув его раствором. Настя быстро сделала разрез прямо по ране. из - под узкого пореза потекла кровь.
– Больно?
– спросила она Гоблина.
– Нет, что ты. Так приятно, - прошипел тот сквозь стиснутые зубы.
– Сейчас просто кончу от удовольствия.
– Фу. Избавь меня от подробностей.
Настя поморщилась от отвращения, передавая мне скальпель.
– Зажим.
– Это что?
– непонимающе переспросил я.
Настя обернулась, указав мне на какую - то хитрую штуку, лежавшую на подносе. Я послушно протянул ее девушке.
Настя осторожно развела края раны.
– Везет тебе, извращенец татуированный. Кость не задело. Пинцет. Знаешь, как он выглядит?
– Знаю, - послушно кивнул я, протягивая ей хирургический пинцет.
– Не совсем безнадежен, - встрял в нашу беседу Гоблин.
– Ай, блядь!
Гоблин вскрикнул, когда настя полезла пинцетом в открытую рану.
– Да терпи ты. Ага, нащупала.
На поднос со звоном упал смятый окровавленный комочек свинца.
– А вот и вторая. Рядышком.
Вторая пуля оказалась на подносе через несколько секунд.
– Вы просто чудо, доктор.
– Осталось зашить - и отдыхай.
– Шить еще? Да гори оно все пламенем синим…
– Ебись конем, - закончила фразу Настя, и Гоблин улыбнулся:
– Наш человек. Шей, так и быть. Тебе разрешаю.
– Будешь много болтать - зашью внахлест!
– зло предупредила Настя.
И только сейчас я заметил, что в дверном проеме стоит Филин. И правая рука нашего водителя спрятана за спину. Почему - то мне это абсолютно не понравилось:
– Тебе еще нужна помощь?
– спросил я.
– Иди, дальше я уже сама, - ответила Настя, стягивая края надреза.
Я торопливо вышел из комнаты, ухватив Филина за рукав:
– Идем. Поговорить надо.
Филин дернулся было, попытавшись вырваться. Но держал я крепко:
– Идем поболтаем, говорю.
Филин застыл на мгновение, решая, стоит ли со мной болтать или нет, но потом все-таки пошел на кухню.
– И что ты делать думал?
– спросил я его, едва Филин вошел на кухню. Филин промолчал. Я резко дернул его за правую руку. И на свет божий появился взведенный, готовый к стрельбе пистолет.
– Ты совсем ебанулся?
– зло прошипел я, хватая Филина за расстегнутую кофту и прижимая к стене кухни.
– Ничего, - спокойно ответил Филин.
– Это на всякий случай. Если бы вдруг что - то пошло не так. Сдаст она нас.
– В больнице же не сдала. Иначе, вместо вас приехали бы копы. И Гоблин уехал бы болеть на тюремную больницу, а мы - в общежитие на проспекте Первого Космонавта. Где на тридцать рыл один сортир!
Филин зло посмотрел на меня:
– Гоблин мне как брат. И если бы твоя врачиха его угробила…
– Но она его не угробила!
– перебил я Филина.
– Наоборот: без нее, он бы помер. И - да. Гоблин и мне как брат.
“Вы выполнили скрытое подзадание: “Полевая медицина”. Открыт дополнительный навык: “Первая помощь”.
Описание навыка: Каждый раз, выходя на тропу охоты, линчеватель рискует собой. Не всегда устранение преступников проходит гладко. Когда ты вне закона, медицина вряд ли может помочь. Поэтому, линчеватель должен сам суметь обработать раны”.