Лили и узник магии

– За нами никто не гонится? – Лили тревожно обернулась. Дом Феллов исчез за рядом плавных, красивых холмов.

Серебристый дракон мерно взмахивал крыльями и, не сбавляя скорость, обернулся к ней:

– А ты думала – погонятся?

Лили показалось – он ответил ей с улыбкой. Они знакомы всего несколько дней, и она не знала, умеют ли драконы улыбаться. Возможно, у них рот неправильной формы или слишком много зубов.

– Нет-нет, не думала. – Она посмотрела вниз, на пятна полей.

Дракон летел так высоко, что зеленый пейзаж напоминал яркую картинку из книги: аккуратные линии живой изгороди и петляющие дороги. Лили крепче схватилась за дракона.

– Никто больше не может лететь так высоко и так быстро, как драконы, – уверил он ее. Вдруг он замолк, его крылья дернулись, и он чуть потерял высоту. Сильнее замахав крыльями, он попытался снова взлететь вверх.

– Что такое? – обеспокоенно спросила Лили.

– Я вдруг подумал… Мы так долго спали, что, наверное, в мире многое изменилось? Может, появилось что-нибудь летающее? – Блестящие глаза, расширившись, остановились на девочке.

– Никто не летает так, как вы. – Лили покачала головой. – Какая же я глупая! Я так боюсь мисс Мергансу и всех учителей из Дома Феллов, что совсем забыла, что они не умеют летать! У них же нет летательных заклинаний!

– Лили, дорогая, не надо стыдиться своего страха, особенно после того, что мисс Мерганса сделала с тобой и твоими друзьями. – Хрупкая пожилая леди, сидевшая позади Лили, крепко ее обняла. Это была принцесса Джейн. Девочка еле сдержалась, чтобы не засмеяться. Она даже подумать не могла, что однажды ее будет обнимать сама принцесса! Правда, принцесса Джейн признана сумасшедшей и, по общему мнению, ее уже нет в живых. Лили нежно погладила худые бледные руки, обхватившие ее талию.

– Надо бы лететь быстрее, чтобы нас никто не догнал, – решил дракон. – Скоро спустимся на землю и спрячемся. По пути в Лондон много городков – по крайней мере, так было раньше. Нам надо держаться от них подальше.

– Думаю, городов стало больше, – неуверенно ответила Лили. Последний раз дракон летал в шестнадцатом веке. Наверняка в то время даже Лондон был меньше.

– Конечно, конечно, – пробормотал он, и по его телу пробежала дрожь. Девочка чувствовала, как он взволнован, и видела магию, выплескивающуюся из-под его чешуи. – Нам столько предстоит увидеть! Думаю, мы уже хорошо оторвались, но некоторое время нам придется помолчать.

Еще сильнее заработав крыльями, дракон взлетел еще выше, и Лили восторженно ахнула.

– Держитесь крепче! – крикнула она ребятам.

– Мы и так крепко держимся! – ответила ей сестра, но ветер унес ее слова в сторону. Джорджи намертво вцепилась в шероховатый шип дракона. Ее длинные волосы развевались. В белой ночной рубашке бледнолицая Джорджианна была похожа на привидение. Перед ней сидела Лотти – ветер свил ее рыжие волосы в яркий нимб. От радости она пронзительно визжала, смеялась и даже подпрыгивала, будто полет на драконе доставлял ей неописуемое удовольствие – как карусели на ярмарке. Остальные дети вцепились друг в друга.

Младшие друзья серебристого дракона как молнии кружили вокруг, но тот не обращал на их проделки никакого внимания, лишь изредка фыркал, когда кто-нибудь пролетал перед его носом. Лили нашла взглядом темно-синего дракона, спасшего Питера, – он до сих пор нес мальчика в передних лапах. Дракон заложил крутой вираж, и Питер закачался из стороны в сторону. Лили так и хотелось попросить дракона быть аккуратнее, но она не осмелилась. Из всех драконов она общалась только с одним, с серебристым, а остальных лишь видела мельком на украшениях в Доме Феллов. Вдруг они не такие доброжелательные, как ее большой друг? У темно-синего дракона озорно блестели красные глаза. Лили показалось – он не прочь выпустить Питера из лап, только чтобы снова его поймать…

Наконец серебристый дракон стал быстро спускаться к лесу, видневшемуся внизу. Покрытые мхом зеленые деревья становились все выше и выше, и вот ребята влетели прямо в лес. Дракон сложил крылья, распластавшись на ковре из опавших листьев.

Дети, не желая отпускать шипы на спине дракона, осторожно огляделись. Тот повернул голову к ребятам и сказал:

– Тут мы в безопасности. – Его голос был спокойным, глубоким и приятным. – Передохнем пока, а как только стемнеет, отправимся в Лондон.

– Лондон… – восхищенно и испуганно зашептались дети.

– Там и правда безопасно! – успокоила их Лили, но на всякий случай скрестила пальцы, прикрыв их краем ночной рубашки. Девочка понятия не имела, как отреагирует Даниил и остальные фокусники, увидев ораву из сорока детей. И дюжины драконов…

Остальные драконы, огибая деревья, тоже приземлялись и, довольные, складывали крылья. Сине-черный дракон одновременно неуклюже и грациозно спустился вниз, прижав к груди одну лапу. Питер, будто тряпичная кукла, болтался, зажатый в его когтях. Дракон проковылял к Лили – та все еще сидела на шее своего серебристого друга – и, нагнувшись, опустил Питера прямо перед ней. Немой мальчик, оказавшись на шее серебристого дракона, в замешательстве поднял на Лили глаза.

– Ему лучше? – спросила Джорджи.

– Совсем чуть-чуть, – Лили вздохнула. – Но он хотя бы в сознании! – Она поклонилась дракону: – Большое спасибо. Спасибо, что поймал его. Я боялась, что снова его потеряла…

Спаситель, смутившись, отвернулся, искоса поглядывая озорным глазом, и робко отошел в сторону, чтобы успеть поспорить с остальными за более удобное место для ночлега.

– Он разучился говорить, да? – поинтересовалась Лили у серебристого дракона.

– Мы так долго спали, что многое забыли. – В его голосе слышалась тоска. – Я-то наблюдал за ребятами, разговаривал с тобой и твоей собачкой, поэтому снова научился разговаривать. Остальным сейчас сложнее…

Недовольная Генриетта пошевелила ушами, но в первый раз не осмелилась упрекнуть дракона, что тот назвал ее «собачкой». Кажется, полеты не очень ей понравились. Она вылезла из-под руки Лили, осторожно, цокая коготками по серебристой чешуе, подошла к Питеру, встала рядом и оглядела мальчика.

– Надеюсь, он скоро придет в себя. Но мне кажется, на нем еще остались заклинания из Дома Феллов, – недовольно проворчала собака. Лили сразу поняла – в ее недовольстве виноват совсем не Питер.

Девочка нежно погладила мопса, и та ткнулась носом ей в руку.