Чтение онлайн

Дама в ночной рубашке взяла невидимого спутника за руку, подняла свечу со стола и двинулась прочь со сцены. Но вдруг остановилась и опустила взгляд на свою руку, держащую свечу. На этот раз на лице ее отобразилось недоумение. И вдруг она вскрикнула и отшвырнула от себя свечу – так, как отбрасывают насекомое или змею. А потом задрала полу ночной рубашки и попыталась оттереть что-то с ладоней.

– Черт, да что же это! – тихо воскликнула она. – Что они сделали?

Она вновь попыталась стереть что-то со своей ладони краем ночной рубашки. Врач и его спутница удивленно переглянулись, но ничего не сказали.

– Это кровь! – крикнула вдруг дама в ночной рубашке со страхом в голосе. – Твою мать, это настоящая кровь!

Она повернула голову и взглянула на зрительный зал.

– Нужно ее увести, – тихо сказал врач своей спутнице.

Он быстро подошел к даме, обнял ее за плечи и произнес:

– Леди Макбет, все хорошо. Вам нужно в постель. – А затем приник к ее уху и зашептал: – Дина Борисовна, что с вами? Вы отошли от текста.

Дама в ночной рубашке повернула голову и посмотрела на него недоуменным взглядом.

– В постель! – снова повторил врач. – Немедленно в постель!

И он повлек растерянную даму за кулисы.

– Дина, что с тобой? Зачем ты отошла от текста?

– Жора, ты не поверишь. Мне показалось, что у меня на руках кровь.

– И что с того? Ты леди Макбет, у тебя должна быть на руках кровь!

– Да нет, Жора. Я по-настоящему видела кровь.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

– Черт знает что такое, – проворчал «врач». – Ладно, мне пора бежать на сцену – спасать ситуацию.

Он повернулся и быстро пошел на сцену. Дина Васильева перевела дух. Рядом появился паренек из помощников.

– Дина Борисовна, вы были великолепны! – шепотом воскликнул паренек.

Дина скользнула по его веснушчатому лицу равнодушным взглядом, пожала плечами и зашагала в свою грим-уборную. Роль ее закончилась, и по пути к гримерке она приняла решение, что выходить на поклон сегодня не будет. Страх от неожиданного видения еще не прошел. Там, на сцене, Дине привиделось, будто свеча, которую она несла, вдруг стала красной, и с нее закапала настоящая кровь, прямо Дине на руку. Вероятно, виной всему было тусклое и неверное освещение.

– Как глупо, – проговорила Дина, чувствуя стыд. И повторила с еще большей досадой: – Как глупо.

Дина Васильева не любила театр. Она играла роль леди Макбет три месяца, и ее уже мутило и от спектакля, и от режиссера, и от публики, и от слов, которые она вынуждена была произносить в двадцать пятый раз.

Для другой актрисы эта роль была бы настоящим подарком судьбы, но не для Дины. Она считала себя актрисой кино и телесериалов, и в эту авантюру с театром ввязалась лишь по настоянию мужа-продюсера, который с детства обожал театр. Со своей стороны, Дина считала это жертвой. Но при этом отдавала себе полный отчет в том, что ее муж Руслан заслужил эту жертву. В конце концов, своей славой она была обязана только ему.

Пять лет назад Дина Васильева была скромной исполнительницей народных песен в ансамбле «Русская березка». Руслан нашел ее, привел в кино, сделал звездой, дал денег на сольный проект и оплатил запись двух музыкальных альбомов. И никому прежде не известная Дина Васильева стала знаменитой кинозвездой и исполнительницей русских романсов.

…Стерев грим и переодевшись, Дина позвонила мужу. Тот был вне зоны доступа, и она надиктовала ему сообщение:

– Руслан, перезвони мне. Я освободилась раньше и сейчас поеду к тебе.

Затем Дина набрала номер своего водителя, который одновременно выполнял функции ее личного телохранителя.

– Да, Дина Борисовна, – немедленно отозвался тот.

– Володя, я готова. Встречай меня у черного входа.

– Хорошо, Дина Борисовна.

Она бросила мобильник в раскрытую сумочку, накинула свой любимый белый плащ от «Барберри», забросила сумочку на плечо, надела темные очки, сняла с крючка белое кепи и вышла из гримерки.

В коридоре было пусто, но издалека, со стороны сцены до нее донеслись аплодисменты публики – словно шум прибоя невидимого моря. На секунду Дине стало жалко, что она не стоит сейчас на сцене в свете софитов, прижимая к груди огромный букет цветов.

Дина усмехнулась собственному тщеславию, закрыла дверь гримерки и быстро пошла по коридору, надевая по пути белое кепи с длинным козырьком, расшитое стразами (подарок самого Юдашкина).

По пути к служебному входу, она наткнулась на незнакомую женщину. Женщина была полная, краснолицая и вульгарно одетая.

Дина надвинула кепи на глаза и быстро прошла мимо. Но остаться незамеченной не удалось.

– Дина, можно ваш автограф? – понеслось ей вслед.

А вслед за тем рядом зацокали каблуки незнакомки.

– Вы меня с кем-то спутали, – не оборачиваясь, обронила Дина.

– Вы же Дина Васильева!

– Вы ошиблись.

Дина ускорила шаг. Женщина остановилась и вдруг громко произнесла ей вслед:

– Стерва!

Дина резко встала – словно на стену наткнулась. Повернула голову, взглянула удивленно на женщину и проговорила:

– Что вы сказали?

– Я сказала – стерва. – Лицо женщины стало совсем пунцовым, а на губах появилась ухмылка. – Думаешь, ты лучше других из-за того, что артистка? Да таких, как ты, – пруд пруди. Думаешь, я не знаю, как вы становитесь знаменитыми? По многим постелям успела попрыгать?

– Милая, вам надо лечиться, – сухо сказала Дина.

Повернулась и продолжила путь.

– Дина, простите меня! – закричала ей вслед женщина. – Дина, я дура!

Дина свернула за угол, дошла до черного хода, открыла дверь и вышла на свежий воздух.

Шофер Володя уже караулил у двери. Это был высокий широкоплечий парень в строгом сером костюме, бывший десантник, мастер спорта по каким-то там единоборствам, но самое главное – отличный водитель, знавший Москву как свои пять пальцев.