Чтение онлайн

— Конечно.

— И как, много раз вам приходилось нажимать разные подтверждения? — усмехнулся профессор.

— Бесит, — дала краткий и лаконичный ответ девушка.

— Так вот, все железо и софт виртуальных капсул для насильственной оцифровки, по сути решает две задачи. Во-первых, жмет подтверждения за вас и приводит туда, куда надо злоумышленникам. Во-вторых, — перехватывает и фильтрует исходящие данные. Именно поэтому любому насильно сунутому в игру покупают вип-аккаунт. Извращенцев с деньгами и малолеток желающих выделится чем-то уникальным хватает, и особый статус обеспечивает уединенный комфорт для удовлетворения запросов. Понимаете, к чему клоню?

— Мм, — задумалась Анна. — Изоляция от живых игроков? — предположила она.

— Именно. Любой обмен стандартными пакетами можно перехватить и изменить, там все по шаблонам и известным алгоритмам. Но простое общение голосом практически не поддается фильтрации. Иносказания, метафоры, в общем, проще взять с заказчика деньги за вип-аккаунт.

— Тогда, — чуть закусила губу Анна, напряженно размышляя, — получается, все остальное делает химия?

— Именно. Дело в том, что капсула реагирует на особое состояние мозга. Специальные препараты позволяют ее обманывать. Стоит нажать выход, и человек попадает в темноту, а потом вновь оказывается в игре. Он не успевает проснуться, капсула, считающая что он готов к погружению, активируется, а дальше взломанный софт и железо нажимают подтверждения. Отсюда и краткий миг ничего.

— Но он же продержался столько времени под жуткой химией.

Слова прозвучали жалко, да Анна и сама не верили в то, что говорила. Это был обычный протест против несправедливости мира.

— Что служит самым надежным доказательство того, что личность была полностью разрушена, — припечатал Яго.

Анна удивленно посмотрела на профессора, и тот снизошел до пояснения:

— Как это ни печально, но именно сумасшедшие не подвержены феномену срыва. Просто нечему цифроваться. Каша тут, — постучал он по виску. — Простите уж, что расстроил, но лучше принять случившееся и потратить время с пользой. Как понимаю, ваш брат переселился в игру успешно?

— Да, он сохранил личность, но боюсь он не долго будет прежнем, — вздохнула Анна, благодарно посмотрев на сменившего тему профессора.

— И давно с ним это приключилось? — поинтересовался Яго.

— Нет, пару недель назад. Я потому и заинтересовалась…

— Да-да, понимаю, — покивал профессор. — Что ж, если он выбрал относительно человеческую расу, то особых изменений ждать не стоит, в четверти случаев бывают лишь самые незначительные отклонения.

Анна поспешила откланяться, правильно поняв выразительный взгляд на часы и преувеличенно бодрую речь. Ей и так разговор дал больше чем она надеялась. Конечно жаль, что молодой талантливый ученый погиб, но ее куда больше волновала судьба брата.

Солнце неспешно опускалось за горизонт, освещая лучами замершую у окна фигуру лорда. За его спиной замерло двое. Крупный воин в доспехах, внушающий страх и подавляющий силой, стоял рядом со столь же высоким, но более утонченным магом смерти. Колдовская мощь лича была велика, но он являлся лишь бледной тенью того, кто смотрел на подернутый багрянцем горизонт.

— Как погибла Чикаху? — нарушил тишину лорд.

— Маги прятали колдовством титана. Перед тем, как их завалило, он успел ударить по вершине, — ответил лич.

Зал вновь погрузился в тишину. Последние лучи солнца догорели и земли повелителя нежити окутало мраком. Лишь когда на небе ярко воссияли звезды, лорд вновь нарушил тишину.

— Ксипил? — спросил он, не оборачиваясь.

— Толтекатл видел падение дракона. Хур привел его к вашему телу. Они не успели уйти. Кентавры окружили. Толтекатл пошел на прорыв. Молодой вампир вывез ваше тело. Наткнулся на Ксипила. Тот организовал заслон, — рублеными фразами описал недавние события воин.

— Птенец?

— Погиб во время обороны замка.

И вновь темный зал окутала тишина. Даже ветер не рисковал нарушать ее в эту безлунную ночь. Когда на небе стали блекнуть звезды, а на земле появились первые намеки на будущие тени, лорд вновь нарушил мертвенный покой мрачного зала.

— Оу? — произнес он.

— Уцелевшие пираты и кентавры разрушили форт, — ответил воин.

— Мы непростительно долго поднимали тела, — констатировал маг.

Лорд ничего не сказал. Словами ничего нельзя было исправить. Он сам совершил ошибку, полез в бой лично, забыл о том, кто он и в чем его обязанности. Сказался ли на нем навязанный игрой антагонизм к врагам из противоположной фракции, или повлияла биография аватара, в которой среди заговорщиков присутствовали длинноухие — не имело значения. Он поступил как человек, игрок, за что поплатился дважды. Кнопка выхода пропала, в пылу сражения он даже не заметил системного сообщения о падении барьеров. Страшное слово оцифровка больше не пугало. Глупо бояться того, что уже случилось. Он лишился шести из восьми помощников, соратников… Друзей.

В сотый, если не тысячный раз он читал избранные системные сообщения. Бездумно, просто по инерции. Чтобы напомнить, намертво вбить в память, не забыть. Вот и последнее, заученно точно так же как остальные. Администрация поздравляет, меняет имя на Жнец, так как игрок с этим ником больше года не заходил в игру, и вручает уникальную возможность сброса параметров и полной смены фракции. Не обнуление, все очки и достижения сохраняются, их можно перераспределить и жить припеваючи. Соблазнительно. Ах, да, самое важное в конце.

Желаем вам приятной игры.

Очень мило с их стороны. Порыв писать давно пропал. Да его и не было. Так, дернуло что-то внутри и больше не беспокоило. Уже не важен реал. Теперь он тут, в мире игры. Не стоит привлекать внимание. Слишком много бонусов. Глупо рисковать ими.

Прерывистые мысли, напоминающие айсберги тем, что сознательно удавалось ухватить лишь верхушку, прервали бег, когда в глаза ударили лучи восхода. Приятной игры, значит? Что ж, поиграем.

Воин и маг смерти переглянулись, они молча спрашивали, друг друга — не почудилось ли? Но нет, глаза их не обманывали. Пальцы лорда медленно, словно борясь с невидимым сопротивлением, сжались в кулаки. Еще не приказ, но оба точно знали — скоро.