Чтение онлайн

Елена сидела на земле, подтянув колени к подбородку и уткнувшись в них головой. Одной рукой она обнимала колени, а в другой, безвольно упавшей на землю, она держала зеркальце.

Ну, вот зачем? Зачем они постоянно носят с собой зеркала? Могла бы жить здесь, в райском уголке, наслаждаться природой, чистым горным воздухом и не знать горя. А я бы навещал ее… Часто… Поначалу…

Я заскрипел зубами.

— Вставай!

Она даже не пошелохнулась.

— Вставай! — закричал я.

— Зачем? — убитым голосом произнесла она.

— Нам надо в Храм Виты. Если кто и сможет помочь вернуть тебе твою прежнюю внешность, то только жрицы Верховной Богини Жизни! Они самые искусные целительницы!

— Они не смогут.

— Смогут! Вставай, я сказал!

Сейчас открою портал в Гремучий лог, там у меня маяк стоит. В этой деревеньке есть отделение Гильдии перевозчиков. Они перекинут меня сразу в Чертоги Жизни, а там, в столице, в главном Храме фракции Жизни Елене помогут. Жизнюки сумеют. Они для этого и созданы! И на деньги они падки. Как, впрочем, и все. А я любые деньги заплачу, лишь бы они вернули Елене прежнее лицо. Даже, пусть не прежнее, не такое красивое. Пусть это просто будет нормальное человеческое лицо.

Я открыл окно портала, подхватил все так же безучастно сидевшую на земле девушку на руки и шагнул в портал. Донес ее до Гильдии перевозчиков, не обращая внимания на любопытные взгляды встречных жителей Гремучего лога. Вошел в здание Гильдии и, все так же не выпуская девушку из рук, бросил на стол перед гильдейским магом вексель. Сказал, куда я хочу переместиться. Маг, едва увидев сумму векселя, сразу же проникся важностью вопроса и без лишних слов и суеты открыл окно портала. В который я и шагнул с Еленой на руках.

Вышел я из него прямо перед центральным входом величественного Храма Виты, Верховной Богини пантеона Жизни, расположенного в самом центре столицы фракции — Чертогах Жизни. Косые взгляды жизнюков, бросаемые в мою сторону пока я поднимался по широким ступеням к массивным дверям, оставили меня равнодушным.

Вокруг все утопало в зелени. Даже по каменным ступеням стлались ветви плюща, мягким ковром устилая мне путь, что уж говорить про стены Храма. Я вошел в него и сразу же направился к первой увиденной мною жрице. Бесцеремонно преградил ей путь и сказал:

— Помогите этой девушке! Исцелите ее.

Жрица неприязненно посмотрела на меня, а потом взглянула на Елену. Мельком.

— Она не нуждается в исцелении. С ней все в порядке, — бросила жрица Природы и попыталась продолжить свой путь, но я не дал ей этого сделать, опять встав перед нею.

— Я заплачу. Сколько потребуется.

— Не в этом дело, — отмахнулась жрица. — Она здорова. Здоровее и быть не может.

И жрица снова попыталась обойти меня и опять я не позволил ей сделать это.

— Она пострадала, — сказал я. — У нее изуродовано лицо. Это произошло недавно, буквально только что. Ей еще можно помочь. Я знаю, вы может это сделать.

Недовольная жрица какое-то мгновение поколебалась, а потом все же протянула руку и слегка коснулась Лица Елены. Целую минуту она к чему-то прислушивалась, а потом убрала руку и покачала головой:

— Нет. Мы ничем не можем помочь.

— Можете! — проорал я. — Вы исцелите ее или я разнесу весь ваш храм к чертям собачьим!

Жрица испуганно отшатнулась.

— Что здесь происходит?

Властный голос заставил меня оглянуться. К нам подходила первосвященница, Верховная жрица главного Храма фракции Жизни. За ней тянулась целая свита из молоденьких весталок и опытных жриц. Были там и несколько храмовых стражников. "Четырехсотый уровень", — мельком отметил я.

— Я хочу, чтобы вы исцелили эту девушку, — слегка, исключительно чтобы продемонстрировать необходимый минимум вежливости, поклонился я первосвященнице. — И вернули ей ее былую внешность. Я знаю, у вас есть живая вода. У вас есть Магия Жизни, а у вашей фракции есть тысячелетний опыт целительства. Вы можете это сделать.

— Мы не можем помочь ей, — ответил мне равнодушный холодный голос. — И личу нечего делать в этом Храме. Покинь его, иначе тебе помогут это сделать мои слуги.

Не меньше десятка храмовых стражников после этих слов выдвинулось вперед, угрожающе наклонив алебарды или положив руки на рукояти мечей.

— Я заплачу!

Стража двинулась в мою сторону.

— Много! — закричал я, с отчаянием глядя на приближающихся ко мне воинов Храма.

Верховная жрица подняла руку, и воины замерли.

— Сколько?

Мне показалось, или голос у нее стал чуть менее равнодушным и холодным.

— Вот! — я аккуратно опустил Елену, все это время лежавшую у меня на руках и спрятавшую лицо на моей груди, на пол. — Вот, все что у меня есть с собой.

Я одной мысленной командой вывалил из рюкзака на пол все золото, что было там. Почти шестьсот тысяч монет, доставшихся мне от убитых гноллов, и более сотни тысяч, бывших у меня ранее.

— Если надо, я принесу еще. Сколько скажете.

— Принесешь еще столько же, — сказала Верховная жрица и кивнула стоявшей неподалеку молоденькой послушнице.

Та ловко, одним движением смахнула с пола все золото в свой рюкзак и споро семеня ножками направилась вглубь Храма. Верховная жрица проводила ее взглядом и только когда та скрылась за одной из дверей, добавила:

— Если у нас что-нибудь получится.

Верить в иное не хотелось. Отдам я ей деньги. Пусть только исцелит Елену.

— А сейчас покинь храм! — первосвященница вытянула руку в сторону выхода. — Не место нежити в Храме Жизни!

Стражники, услышав эти слова, подошли ближе и, рассредоточившись вокруг, взяли меня в кольцо, оставив свободным только небольшой промежуток, ведущий к выходу из Храма. Те, у кого были алебарды, направили их на меня, а мечники достали свои мечи из ножен.