Чтение онлайн

— Не знаю, — сказал я. — Уже не уверен.

Лгать Барби мне было тяжело. Очень мне этого не хотелось. Чувствовалось, что она действительно добрый человек. Таких мало. Таких надо беречь и всячески преумножать их количество. Чем больше таких людей в мире, тем лучше всем остальным. Их энергетика питает все человечество. Мы все вампиры по отношению к таким людям — неосознанно присосались к их ауре дружелюбия и поглощаем исходящую от них энергию добра. Может, мир потому еще и жив до сих пор, что в нем существуют такие люди, как эта чародейка.

— Я сейчас уже ни в чем не уверен, Барби.

На самом деле я ни в чем не сомневался. Я специально два раза открывал информационное окошко со сведениями о сапогах — скороходах в магазине огнепоклонников, чтобы убедиться, что это именно Уникальная вещь, а не какая-нибудь другая. Не артефакт, к примеру.

— Наверное, ты, все-таки, ошибся, — сочувственно сказала Барби. — Не переживай! Это только по молодости бывает. На низких уровнях. Когда новичок много еще не знает об этом мире.

Моя кислая гримаса в ответ на ее слова разжалобили Барби.

— Хочешь, я тебе установлю моды на твой мифриловый посох со скидкой? Десять процентов! Это наш максимум, только старым и проверенным клиентам клана даем такую скидку. Я тебя запишу как своего хорошего клиента.

— Нет, Барби. Лучше заряди мне мой обычный посох, — сказал я. — А то в нем заряды кончились. Заклинанием "Стрела праха" заряди. Есть ингры?

— Есть, конечно! Я сделаю это бесплатно. По дружбе, — улыбнулась чародейка. — А ты, если надумаешь моды на мифриловый посох поставить, приходи ко мне. Я игрокам еще не ставила моды на Уники, ты будешь первым. В честь этого я тебе скидку сделаю даже больше максимально разрешенной советом клана!

Хороший человек, эта Барби. Даже нубов называет не нубами, а новичками.

Так думал я, направляясь к зданию аукциона. Там меня ждал сюрприз.

— Пятнадцать миллионов! — ахнул я, когда получил на руки чек от продажи Меча Безупречности, подкинутого мне доброй душой, щедрым паладином Георгом Наваррой.

То, что цена, по которой меч уйдет покупателю, будет выше установленной мною стартовой, я не сомневался. Но не в полтора раза же! Надо глянуть, кто это у нас такой транжира?

Я открыл логи аукциона, в которых была записана вся история моего лота, и просмотрел их. Особо смотреть было не на что — в истории торгов было всего две записи. Я остановился на последней и еще раз прочитал имя покупателя.

Георг Наварра.

Впрочем, первая запись тоже содержала это имя. Этот тип буквально через несколько минут после того, как я выставил его меч на аукцион, сделал ставку. Да такую, что распугал всех остальных потенциальных покупателей Меча Безупречности. Ну, еще бы! Любой, кто увидит так быстро сделанную ставку, в полтора раза превышающую стартовую цену, поймет, что у этого покупателя очень серьезные намерения и он этот лот упускать не намерен. Нет смысла играть на повышение, намек достаточно прозрачен. А второго такого богатенького психа, как Наварра, не нашлось — кроме него никаких других ставок никто не сделал.

Интересно, за какую цену он приобрел этот меч в первый раз?

Я повертел в руках чек и опять открыл окно с настройками аукциона. Тринадцать миллионов золотых я обменяю на реальные деньги. Получу за них около ста тридцати тысяч долларов. Сто двадцать перешлю матери с батей, пусть погасят часть кредита. Это будет мой внеплановый взнос. Опережение графика почти на два месяца — начать помогать родителям я собирался только через полгода после создания своего нового персонажа в "Битве богов". Мать, понятное дело, разволнуется, будет спрашивать, откуда такие деньги? Ей объяснишь, а она все равно потом еще неделю будет названивать, уточнять, выяснять детали, проверять, не связался ли ее любимый сыночек с нехорошими людьми, не научили ли его плохому. Ладно, переживем эту утомительную процедуру. Батя там рядом с нею, он когда-то в молодости тоже был фанатом виртуальных игр. Да он и сейчас тот еще геймер! В душе. Если понадобиться, он объяснит матери все как следует.

А два миллиона оставляю на карманные расходы. Полтора миллиона в банк положу, пусть там полежат в сохранности, а то с собой их таскать сейчас боязно — в любой момент охотники за головами могут снять с плеч мою черепушку, а вместе с нею и часть лежащих в рюкзаке денег прикарманить. А полмиллиона придется потаскать с собой. Шанс, что выпадет вся эта сумма — ничтожен. А потерять от нескольких долей процента до десяти процентов имеющейся при себе суммы не так уж и страшно при моих капиталах.

Моего друга, Нар Дорина Орли, одного из управляющих банка "Гимлин, Филин и Орли", опять не было на рабочем месте. Наверное, все еще отдыхает в своем долгожданном отпуске. В поте лица отдыхает, размахивая молотом у наковальни где-нибудь в самом сердце гор, в их глубине, в недрах земли. Пришлось обращаться за помощью к незнакомому гному, но на качестве услуг это не сказалось, все было сделано быстро и четко.

Выйдя из банка, я на минуту задумался. Вроде, все дела я Вавилоне я переделал. Эликами и свитками на аукционе закупился, пополнил свои запасы, а то после смерти от моргенштерна Валтасара из меня там, в Черном городе, много чего вывалилось. Теперь надо отправляться в Прайос, к Мастеру Вестри.

А ноги сами меня несли в Купеческий квартал, в котором я проживал. Не считать же местом моего жительства лачугу в Трущобах?

Подойдя к своему дому, я прошел мимо него, даже не глянув в сторону окон своей квартиры. Пересек сквер, расположенный прямо перед моим домом, и подошел к Храму Порядка.

— Эй, приятель! — окликнул я знакомого храмового служку. — Елена, боевая жрица, сейчас в храме?

— Без понятия, — подошел ко мне узнавший меня послушник.

— Сбегай, узнай! И позови ее, если она в храме! — я бросил ему золотой талер.

Послушник ловко подхватил монету и метнулся в сторону пристроек, во множестве стоявших за узорчатой храмовой оградой.

Ждать мне пришлось недолго.

— Привет, — сухо поздоровалась Елена.

— Привет! — несмотря на ее сухость, я был рад ее видеть.

Мы помолчали. Я не знал, с чего начать разговор, а Елена, судя по всему, и не собиралась его начинать. Смотрела куда-то в сторону с абсолютно равнодушным видом и молчала.

— Чем занимаешься? — не найдя ничего лучшего, спросил я. — Группу новую не нашла себе?