Чтение онлайн

— Не против, — кивнул я. — Надеюсь, Александра Ивановича устроят мои извинения.

— Испугались, князь? — рисуясь, ухмыльнулся Гучков.

Ах, ТЫ, СВОЛОЧЬ!

— Я фронтовой врач, господин Гучков. И крови видел больше, чем вы чернил.

Стоящие в стороне репортеры зааплодировали. Лицо Гучкова перекосила гримаса.

— Никаких извинений! Будем стреляться!

Репортеры оживляются. Одно дело стать свидетелями извинений, другое — дуэли.

— Выбор сделан, господа! — объявляет подполковник. — Прошу предъявить оружие!

Достаю из кармана шаровар «браунинг». Все та же карманная модель образца 1910 года.

Маленькая, но смертоносная игрушка, если уметь ею пользоваться, конечно. Из такого я стрелял в бандитов в Минске, а после подарил Мише. Себе купил другой, но калибра.380, то есть 9 мм. Патронов в магазине на один меньше, зато останавливающее действие сильнее.

Гучков предъявляет к осмотру «маузер», знаменитую модель К-96. На мой «браунинг» смотрит с пренебрежением. Ну, да, большим мальчикам — большие игрушки. Ты бы еще «КОЛЬТ анаконда» со стволом в восемь дюймов притащил…

Миша недоволен: пистолет у Гучкова мощнее, и обойма больше — десять патронов против шести. Упреждающе жму ему локоть — пусть. Не успеет мой противник расстрелять обойму… Секунданты начинают готовить поединок: устанавливают барьер из воткнутой в землю шашки (подполковник притащил две, похоже, ему очень нравится этой действо) и начинают отсчитывать шаги. Наблюдаю. Меня охватывает ледяное спокойствие. Все эмоции ушли, осталась сосредоточенность. Секунданты втыкают в землю вторую шашку.

— Противники — к барьерам! — объявляет подполковник.

Иду. По пути пересекаюсь с Мишей. Он бледен и смотрит на меня с тревогой.

— Все будет пучком! — подмигиваю ему.

Вот и шашка. Встаю, и смотрю, как у барьера напротив занимает место Гучков. Наши приготовленные к бою пистолеты смотрят стволами в землю. Время становится вязким и тягучим.

— Вни-и-имание! — как сквозь вату доносится крик подполковника. — На-ча-ли!

«Маузер» Гучкова ползет вверх, но медленно, медленно. Даже не пытаюсь вскинуть «браунинг», просто поворачиваю его стволом к противнику.

Банг! Банп!

Гучков роняет «маузер» — пуля угодила ему в плечо — куда и целил. Достаточно с него? Нет!

Гучков быстро наклоняется и хватает пистолет левой рукой. А вот это зря. Я хотел обойтись ранением соперника, но теперь — извините! У меня — любимая, и я не хочу ее огорчать.

Хватит с меня осколка в лоб…

Банг!

Вокруг головы соперника возникает кровавое облачко. Гучков втыкается лицом землю.

— Прекратить стрельбу! — истошно орет подполковник.

Ставлю «браунинг» на предохранитель и сую его в карман шаровар. Отхожу в сторону.

Секунданты бегут к Гучкову, склоняются и ворочают тяжелое тело. Затем выпрямляются и идут к репортерам. Лица серьезны, у Керножицкого дрожат губы.

— Александр Иванович мертв! — объявляет подполковник.

— Пуля угодила прямо в темя, — дополняет Миша. — Он умер сразу.

Репортеры устремляются ко мне.

— Ваше сиятельство! Несколько слов. Что вы чувствуете?

— Горечь, — говорю, делая сокрушенный вид. — Два достойных человека вместо того чтобы трудиться на благо Отечество в тяжелый для него час, выясняют отношения на дуэли. Вы сами свидетели, господа, я сделал все, чтобы кончить дело миром. Не моя вина, что соперник не принял извинения.

— Ему вообще не стоило вас вызывать! — замечает высокий репортер с лошадиным лицом.

— Как только посмел! Спасителя государыни…

— Где вы научились так стрелять, князь? — подскакивает другой, маленький и круглый. — Вы ведь даже не целились.

Я, знаете ли, воевал. Извините, господа! Трудно говорить…

Иду к автомобилю. Следом в салон забирается Миша. Называю шоферу адрес. Дорогой молчим. «Руссо-балт» подкатывает к моему дому. Выбираемся из салона.

— Зайдешь? — спрашиваю Мищу. — Выпьем, поговорим.

Мнется.

— Извини. Меня пригласили на обед. Я уже опаздываю.

Вот так и теряют друзей. Киваю и вхожу в открытую Ахметом калитку. Оп-па! Это что за явление? На ступеньках крыльца маячит гвардейский поручик.

— Ваше превосходительство? — он прикладывает ладонь к фуражке. — Я к вам по поручению ее императорского величества. Вам надлежит немедля явиться в Кремль.

Приплыли. Ничего хорошего от этого вызова ждать не стоит. Ладно, прорвемся. Дальше фронта не пошлют…

Конец второй книги. Спасибо всем, кто читал, комментировал, спорил, указывал автору на ошибки и помогал ему материально. Когда будет третья книга? Работа над ней только началась, поэтому не быстро. Скорее всего, уже в новом году. Время пролетит незаметно.

{36] Ротативный мотор, который ставили на аэропланы «моран-солнье», в просторечии — «парасоль».

{41] Тогдашнее название кабаре.