Шрифт:
Это история Томаса, который умел летать. Летать высоко-высоко, как птица или самолет, или, на худой конец, воздушный змей. Томас любил змеев в детстве и ничего против них не имел. Кроме того, что с другого конца к змею всегда была привязана веревка и, полетав, он возвращался к хозяину. Томас же любил свободу и ценил ее больше всего.
Все началось, когда Томас нашел то место, потерянное между высоких гор и плотных стволов тропических деревьев. Пальмы, сикоморы и панданы обступали глубокий овраг, как бы удерживаясь на самом краю бездны, охраняя ее покой и одновременно цепляясь за жизнь своими могучими корнями. Могучие корни были и у Томаса. Всю жизнь он провел в убеждении, что жить ее нужно только одним и никаким другим образом, будучи привязанным к земле, семье, обязательствам. И Томас жил.
Он построил дом, женился на красавице, воспитал сына и… впал в ужасное отчаяние. Никто не знал почему, хотя постаревшая и подурневшая жена шепотом называла это «кризисом среднего возраста». Томас не считал себя человеком среднего возраста и вполне мог бы оскорбиться, если бы неожиданно – так же неожиданно, как пришло отчаяние, – не явилась апатия. Ничто не радовало Томаса. Ни сын, ни дом, ни кресло в офисе. Хорошее, надо сказать, почти новое кресло, как и положено директору фирмы.
Конец ознакомительного фрагмента.