Легионер
Шрифт:
– Не давай. Как по мне, так у тебя нет здесь никакой химии. Ну, может, чуть-чуть.
– Ты прав. Но от этого все равно не легче. Знаешь, как у ментов говорится: был бы человек, а статья найдется. Придраться можно и к столбу. Вон каких крутых олигархов судят, за ними миллиарды, а что тогда говорить о такой мелкой сошке, как я. Трепыхнешься – сразу уроют. Или в асфальт закатают, или по миру пустят с голой задницей. Вот и суди, у кого свободы больше, у тебя или у меня. Ты можешь на все плюнуть и завтра бросить работу. А я так сделать не могу. Так кто из нас обладает большей свободой?
– Все относительно, Костик…
Рей пребывал в мучительных раздумьях – спросить Костика, что у него за дела с Сей Сеичем, или не нужно поднимать этот вопрос? Спросить, не спросить…
– Ты жениться еще не надумал? – спросил Костик, разливая пиво по бокалам.
– Никак у тебя опять есть кто-то на примете… – скупо улыбнулся Рей.
Едва они познакомились, Костик начал искать Рею невесту. Так и повелось с тех пор: Костик находил стоящую (с его точки зрения) кандидатуру, а Рей отбрыкивался от этих предложений, как только мог.
– Как ты догадался? – Костик изобразил удивление.
– Когда ты думаешь или говоришь о женщинах, у тебя глаза становятся как у мартовского кота.
– Да? Не замечал.
– Нужно в такой момент тебя сфотографировать. Тогда ты убедишься, что я прав.
– Хо-хо… – хохотнул Костик. – А я думаю, почему это мои дамы меня котиком зовут. И заметь, почти все. А когда я с ними расстаюсь навсегда, то обзывают котярой. Ну и так далее…
«Нет, не буду спрашивать, – решил Рей. – Иногда излишнее любопытство выходит боком. Мало ли какие общие дела могут быть у Костика и Сей Сеича. Нечего совать свой нос туда, где тебя не просят…»
Но все равно на душе было неспокойно. Крохотный червячок влез в мозги и ковырялся там, вызывая, помимо воли, разные нехорошие ассоциации. Что-то было не так, неправильно. Но что именно, Рей понять не мог, как ни силился.
Глава 5
Кто бы мог подумать, что первое испытание в новой должности не за горами? По крайней мере, Рею казалось, что это будет не скоро. Пока его обучат, натаскают, пока он вольется в коллектив, и ему начнут полностью доверять…
Рею почему-то не верилось, что в «Дероне» плохо поставлена служба внутренней безопасности. Поэтому он знал почти наверняка, что его прокачают по всем правилам, постараются вытащить на свет ясный всю подноготную нового сотрудника.
Пусть копают, думал он, скептически ухмыляясь. За исключением места рождения, у него самая обычная биография, за исключением некоторых моментов. Но поскольку он поступил на работу не в разведку, а в обычную охрану, вряд ли начнут поднимать более глубокие пласты.
Рей практически не сомневался, что у руководства «Дерона» есть тяги и в милицейском департаменте, и среди службы безопасности. Так что проверять нового сотрудника будут вполне профессионально. Но тайно от своих, что обычно сильно влияет на эффективность поисков.
В таких «конторах» все под контролем разных отделов, и неподотчетная неплановая самостоятельность всегда вызывает подозрение.
В общем, Рей постепенно втягивался в свои служебные обязанности, которые на первых порах были совсем не обременительными. Он уже начинал подумывать, что такая «розовая» жизнь, да еще с солидной зарплатой, ему вполне по душе.
Теперь служба в охране Амеличева казалась ему давно минувшим прошлым, серым и скучным, и он, появляясь на проходной в тщательно отутюженном костюме, свысока глядел на потного Жаруна, который изображал ему в ответ приветливую улыбку, больше похожую на звериный оскал.
Рея невзлюбил не только Жарун, но и остальные охранники, в том числе и ВОХРа. Для многих из них войти в охранную элиту, возглавляемую Быкасовым, было пределом мечтаний. Все считали Рея везунчиком и завидовали ему по-черному…
Тот день начался как обычно – с развода «караулов». Быкасов установил среди своих парней армейский порядок (что для большинства из них не было в диковинку) и требовал неукоснительно соблюдать дисциплину.
Все должно быть четко и размерено. Это кредо Быкасов вбивал в мозги провинившимся подчиненным в буквальном смысле слова. Поэтому попасть под его кулак желающих не находилось. Все старались исполнять приказы шефа с максимально возможной точностью. Телохранителей с анархическими наклонностями Быкасов изжил в своей команде уже давно.
Когда в комнате остались лишь двое – Рей и еще один охранник по фамилии Громушкин, которого все звали Гром, – Быкасов сказал:
– А у вас особое задание. Получите у завхоза оружие.
Ни Рей, ни Гром не стали расспрашивать Быкасова, что, куда и почему, а молча развернулись и направились в каптерку, где их уже ждал Никита Амброжей – так звали лысого завхоза, бывшего прапора-десантника.
К нему редко кто обращался по имени-отчеству, да и сам Аброжей не любил этого. Всем бойцам из команды Быкасова он представлялся как Амбар. Наверное, это был его армейский псевдоним.
– Пушечка, что надо… – Амброжей любовно погладил приклад укороченного помпового ружья. – У меня дома точно такая же. Если жахнет, одна задница от клиента останется. Да и та будет как решето.
– Мне бы АК… – буркнул Громушкин. – Вот на него можно надеяться. А из этой пукалки только по воробьям шмалять.
– Может, тебе гранатомет дать? – с иронией спросил Амброжей. – Один хрен ты стреляешь, как корова по дороге мочится. Пять из десяти пуль попадают в «молоко». Наверное, это твоя норма.