Чтение онлайн

Несмотря на усилия Банхоффа, мужество изменило его солдатам, и они помчались прочь. Еще несколько сгинули на бегу, разделив жуткую судьбу своих товарищей, — их в мгновение ока увлекли вниз. Лейтенант присоединился к солдатам, пытаясь превратить бегство в организованное отступление, но это ему не удавалось.

Осмелев от людского страха, существа, объявившие охоту на воинов Фаланги, проявились в реальном мире, и Саламандры впервые смогли их рассмотреть.

— Это демоны? — выдохнул Емек, наводя свой болтер.

Твари больше смахивали на разложившихся покойников, обмотанных гниющими стихарями и рясами. Лоскуты ткани развевались, как щупальца бестелесного спрута. Глаза призраков были темны и пусты, а их скелетообразные тела выдавали принадлежность к духовенству. Некогда, возможно, священники — теперь они стали духами зла.

— Проверим, могут ли они гореть, — рыкнул Бак-ен, выпуская из тяжелого огнемета сгусток прометиума.

Поле вокруг него вспыхнуло. Призраки рассеялись, когда по ним прошелся жидкий огонь, — однако, едва лишь языки пламени улеглись, появились снова, совершенно невредимые.

Бак-ен опять собрался окатить их огнем, но привидения испарились прямо у него перед носом, как струйки тумана.

Подождав секунду-другую, рослый Огнерожденный обернулся к сержанту и пожал плечами.

— Мне встречались противники и пострашнее, — начал он, но слова сменились криком, когда ботинок космодесантника погрузился в почву.

— Во имя Вулкана! — выругался Емек, не веря собственным глазам.

— Держите его! — заорал Дак-ир, заметив белые когти, обхватившие ступни и щиколотки Бак-ена.

Братья Ромул и Г-хеб кинулись на помощь товарищу. Каждый ухватил его под руку, и в следующий миг они уже боролись против тянущих космодесантника под землю призраков.

— Отпустите, вы разорвете меня пополам! — взвыл Бак-ен, захлебываясь от боли и ярости.

— Держись, брат! — крикнул ему Дак-ир.

Он уже собрался вызвать подкрепление и вывел контактную руну Пириила на тактический дисплей, когда перед ним возник призрак. Это был старый проповедник с серым, источенным возрастом и злобой лицом. В глазницах его сверкали воинственные огни. Рот привидения задвигался, неслышно выговаривая слова, которых Дак-ир не смог разобрать. Мертвец обвинительно ткнул в него пальцем.

— Отпусти его, адское отродье!

Дак-ир взмахнул цепным мечом, но призрак проповедника, мигнув, сгинул, а клинок распорол пустоту и вонзился в мягкую почву. Сержант поднял плазменный пистолет для выстрела, как вдруг его тело наполнил жуткий цепенящий холод. Ледяной огонь побежал по жилам, когда прикосновение чего-то древнего и мстительного заморозило кровь Дак-ира. Он не мог дышать — легкие горели, словно космодесантник голышом прыгнул в арктическую реку. Лишь спустя несколько мгновений Дак-ир сообразил, что скрюченные пальцы священника погрузились в его силовую броню. Извиваясь под керамитовыми пластинами, превращая в насмешку все совершенные защитные механизмы доспеха, серые когти пытались нащупать жизненные органы космодесантника. Призрачный проповедник жаждал отмщения.

Дак-ир попробовал крикнуть, но чары мертвеца сковали глотку сержанта льдом, а его язык налился свинцом. Только строчки из кодекса Прометея, которые космодесантник твердил про себя, не давали ему соскользнуть в черноту.

Сердце стучало все быстрее, и сдавившая его боль нарастала…

Обострившимися чувствами Дак-ир ощущал вонь трухлявого дерева и погреба, просочившуюся в шлем.

А затем его охватило яркое пламя, и чудовищное давление ослабло. Успокаивающее тепло изгнало холод из жил, и помутившимся зрением Дак-ир увидел Пириила, стоящего в центре огненного столба. Сбоку из разверзшейся земли вытаскивали Бак-ена. Что-то приподняло Дак-ира. Он ощутил, как сильные руки взяли его под мышки и потянули вверх. По тому, каким легким, практически невесомым сделалось его тело, космодесантник понял, что, должно быть, упал. Уплывающим сознанием Дак-ир уловил обращенные к нему слова:

— Опять я вытаскиваю твою задницу из огня, игнеец…

Потом навалилась тьма.

Стратегиум Скалы Милосердия еще недавно был крепостной кантиной, и здесь немилосердно воняло табаком и застарелым потом. Грубо сколоченные столы сдвинули вместе, и они превратились в тактикариум, усыпанный замасленными картами, географическими планами и таблицами данных. Сводчатый потолок протекал, так что адъютантам и офицерам приходилось постоянно стирать со свитков и планов капли воды. В тесной комнате мельтешили клерки и логистики Департамента Муниторум, которые пересчитывали людей и оборудование, делали записи стилусами в своих планшетах и периодически обменивались угрюмыми взглядами за спинами гвардейцев.

Ни для кого не было секретом, что они потеряли множество солдат в последней вылазке. Вдобавок боеприпасы для дальнобойных орудий подходили к концу, так что перспективы продолжить кампанию выглядели более чем сомнительными. После неудачного приступа прошел почти час, а имперские силы ничуть не приблизились к согласованию приемлемого плана операции.

Библиарий Пириил оглядел тактические данные, разложенные перед ним, и не обнаружил ничего нового — никакой разумной стратегии, которая могла бы облегчить их положение. По крайней мере, призраки оставили имперцев в покое, когда те вступили на территорию Мерси Рок, — но почти все псайкерские силы эпистолярия ушли на то, чтобы отразить атаки мертвецов и сделать возможным отступление.

— Что это было, брат? — тихо спросил Цу-ган, стараясь не привлекать внимания гвардейских офицеров и интендантов, присоединившихся к ним.

Цу-ган полагал, что смертным лучше оставаться в неведении относительно некоторых вещей. Люди были немощны разумом и слишком подвержены страху. Защита человечества требовала большего, чем просто болтер и меч: следовало также оградить смертных от ужасной правды о таящемся в галактике зле, которая могла сломить их.

— Я не уверен.

Пириил взглянул вверх. Его телепатическое зрение пронзало дерево и роккрит, как прозрачную паутину, и открывало распростершуюся над крышей грозовую ночь с небесами цвета крови.

— Но я считаю, что буря в варпе и призраки как-то связаны.

— Прислужники Хаоса? — У слова был мерзкий привкус, и Цу-ган выплюнул его с гримасой.

— Возможно, просто потерянные и проклятые, — задумчиво ответил библиарий. — Но не вассалы Губительных Сил. Думаю, они… эхо варпа— души, застрявшие между эмпиреями и миром смертных. Кровавый шторм истончил пленку реальности. Я ощущаюпроникающее сквозь нее эхо. Я только не понимаю, в чем причина. Но, пока продолжается шторм, пока Адова Ночь не закончится, они будут ждать нас.