Чтение онлайн

Хотя все зацепки и были незначительными, но они позволяли составить более-менее цельную картину. Сихар регулярно связывался через астропатов напрямую с губернатором Кайетана, а также с наместниками Круциса II и Семпиона Магникса. Его переписка с ними, в отличие от общения со всеми прочими корреспондентами, была защищена особым шифром, который Кустодес еще не успели взломать. На первый взгляд эта кодировка напоминала трипаттерн Анспрака — так и не разгаданную систему шифрования, использовавшуюся противниками Единения.

Далее ниточки, насколько удавалось проследить посредством тайных дипломатических каналов, тянулись к отдельным кораблям 1102-го и 45-го Имперских Экспедиционных Флотов, а через них — к малозначительным колониям и двум флотилиям снабжения, базирующимся в туманности Чирог. Служба разведки выдвинула гипотезу, что эти корабли, помимо прочих обязанностей, оказывали помощь войскам Бутанской группировки Имперской Армии.

И вот тут возникал вопрос. Если верить слухам, то пятью месяцами ранее несколько подразделений Имперской Армии, входивших в состав Бутанской группировки, поддержали Воителя. Следовательно, существовала некоторая вероятность того, что при помощи столь длинной и специально усложненной цепочки передачи сообщений Сихар списывался с еретиками.

Лорд Сихар Ги-Бразильский, судя по всему, поставлял информацию о происходящем на Терре непосредственно Хорусу Луперкалю.

Судно повернуло, и его серебристый фюзеляж заиграл в лучах солнца, на краткий миг засияв, подобно звезде, в розовеющих верхних слоях атмосферы. Оно являло собой гражданскую модель «Ястребиного крыла», было приписано к Фансиль эт Кие и вылетело с орбитальной станции Зеон-Инд. Просто еще один транспорт, идущий на позывные центрального транспортного маяка Планальто.

У летательного аппарата, способного выходить на орбиту, металлическая обшивка была отполирована до блеска, а широкие, но изящные очертания делали его похожим на гигантского ската с треугольными крыльями и тонкой стрелкой хвоста. Когда корабль заскользил к четырем высоким башням центрального посадочного шпиля Планальто, его тормозные двигатели запылали зеленовато-желтым огнем в навевающем дрему вечернем свете, и прерыватели потока на крыльях поднялись, подобно встопорщившемуся птичьему оперению. На мачтах огромных башен, кажущихся грязно-бурыми на фоне небес цвета индиго, замигали мощные белые прожектора. Двумя километрами ниже пролегла триллионами огней во мраке застроенная городами Ги-Бразилия.

Когда «Ястребиное крыло» выровнялось, готовясь зайти на посадку, его радиомаяки передали идентификационные пакеты данных, отвечая на запросы Администратума Планальто.

Эти данные сообщали о том, что на борту судна находится Элод Гальт, важный чиновник Фансиль эт Кие, прибывший в Ги-Бразилию ради проведения предварительных переговоров с представителями нескольких шахтерских артелей Альбедо.

Согласно проверке Объединенной системой биометрической верификации идентификаторы Элода Гальта были в полном порядке.

На сей раз им предстояла вовсе не Кровавая Игра. Все было взаправду.

Он предпочел бы действовать в одиночку, во всяком случае на первых порах, но следовало придерживаться роли. И чтобы ей соответствовать, Амон нуждался в сервиторах, астропате, а также в пилоте и личном телохранителе. Гаэдо, переодевшийся в простой комбинезон и маску раба, выступал в качестве двух последних. Биометрическое сканирование опознало его как Зухбу — существо без фамилии, всего лишь мигу, приобретенное на Гангетийском рынке тел.

Выдавая себя за Элода Гальта, Амон был вынужден облачиться в роскошный шелковый халат, переливавшийся влажным блеском, подобно нефти на воде, а также в плащ из волчьей шкуры, бесформенную шляпу со слишком широкими полями и нацепить на пояс внушительную, богато украшенную саблю, совершенно бутафорскую и бесполезную в реальном бою. Но более всего его раздражала необходимость снова использовать генератор искажающего поля, чтобы казаться меньше и скрывать свои подлинные размеры.

Шесть сопровождавших его сервиторов — один для вокс-связи, другой для оказания медицинской помощи и проверки пищи, третий для анализа параметров окружающей среды, четвертый для перевода, пятый для ведения записей и шестой для мелких поручений — как один были заключены в изящные корпуса из полированной вороненой стали. Такую свиту и ожидаешь увидеть за спиной видного промышленного негоцианта.

Похожая на раковину посадочная платформа помчала «Ястребиное крыло» вглубь шпиля по огромному туннелю, освещаемому красными и синими проблесковыми огнями. Мимо скользили и другие платформы, опускавшие корабли к ангарам или же поднимавшие их наверх. Прибыв на назначенный уровень, платформа дернулась, замерла и поплыла в сторону, оставляя постепенно остывающее «Ястребиное крыло» в ласковых объятиях стыковочной люльки. Та сомкнула зажимы вокруг судна, точно хищное растение, поймавшее муху, и подняла его в затянутую клубами пара нишу, где корабль уже ожидали грязные сервиторы, грузчики и инженерная группа, вооруженная тросами, лебедками и топливными шлангами.

Как только лампы, освещавшие кабину, сменили цвет с холодного белого на приглушенный желтый, сообщавший, что системы переведены в режим ожидания, Гаэдо поднял взгляд на Амона и спросил:

— Приступим?

Амон кивнул и посмотрел на сервитора:

— Нет ли сообщений от руководства?

Сервитор опустил голову и издал извиняющийся писк.

— Сообщишь мне, если они выйдут на связь, — сказал Амон и надел шляпу.

Гаэдо закрепил на лице рабскую маску, в силу каких-то традиций и протоколов выполненную в форме головы кричащего петуха, и пристегнул кобуру. Раздался лязг замков — люк их судна соединился с воздушным шлюзом. Двери открылись.

В ходе запланированных встреч с агентами рудодобывающих предприятий перед его внутренним взором почему-то постоянно вставал образ разлагающегося тела и личинок, вгрызающихся в раздувшийся труп. Кстати, его собственные «личинки» уже вовсю трудились. При посадке за форсажными камерами «Ястребиного крыла» отошли в сторону фальшивые обтекатели и из стерильных отсеков были выброшены мешочки с червеобразными зондами. Всего числом шестнадцать тысяч, они представляли собой подвижные хромированные ниточки толщиной не более зубочистки. С каждой минутой они все глубже проникали в плоть Ги-Бразилии, распространяясь вширь, вгрызаясь в информационные каналы и системные блоки, прокладывая себе путь к хранилищам памяти, банкам данных, дата-стекам. Одни сумеют найти, другие уничтожат автоматические системы безопасности, третьи пойдут по ложному пути и будут продолжать поиски, пока не иссякнут энергетические батареи, но некоторым из них удастся найти добычу и поделиться ею со своим хозяином.