Леди в странствиях

Елка.

Прошло уже три дня со времени нашего последнего разговора с повелителем, а официально невестой меня так и не объявили. Я вздохнула с облегчением: может, он все-таки передумал? По правде говоря, зачем ему это надо? Мечтал о сыне, так сын-то у него теперь есть…А жениться он может на любой даме, хоть в своем, хоть в чужом государстве…

Клода я видела редко: он все больше привязывался к отцу и все чаще проводил время с ним. Я чувствовала, что теряю его…

Вот и сегодня я сидела в одиночестве, грустила, ревновала… И вдруг поняла: а ведь я сама во всем виновата! Сын отдалился от меня только из-за моих собственных поступков! Эйнер с Клодом везде приглашают меня с собой, а я, как улитка, забилась в свою раковину, и сижу там, прячась от мира. Вернее, не сижу, а провожу весь день в седле, стараясь уезжать подальше, чтобы ни с кем не встречаться. Наверное, и Кэрол не одобрил бы мое поведение: даже нарядами интересоваться перестала… Нет, дальше так не пойдет! Сын пока еще мой. Срочно пора менять тактику!

Я подошла к зеркалу: вроде и не постарела, и не подурнела, но какая-то унылая и поникшая. Да, такое забитое существо, как раз подойдет в жены правителю… Не зря он хочет на мне жениться. Хожу, не поднимая глаз, не возражаю, никому не мешаю… С такой супругой можно и не считаться. Даже Олтэр стал поглядывать на меня с сожалением, а ведь я помню, как прежде глаза князя загорались, когда он смотрел на меня… Передо мной все еще склонялись, исполняли все мои желания, но это было совсем не то, что раньше: придворные почувствовали, что леди Чайка опустила крылья. А главное, и мой сын скоро поймет, что мать его здесь никто и ничто…

Нет, ради одного маленького, но самого дорогого для меня мужчины, я должна взять себя в руки и измениться. Если Кэрол жив, я его найду, а пока — хватит хандрить! Надо устроить князю такую жизнь, чтобы он забыл, что такое сон и покой! Вот тогда и увидим, захотите ли Вы жениться на мне, Ваше Сиятельство…

Да и за свой поступок князь должен понеси наказание: ишь, ты, заявил, что я должна благодарить его за сына!

Я решительно расстегнула сумку и достала новые джинсы, купленные на моей исторической родине взамен погибших в пасти собаки. Хотела покрасоваться перед Кэролом, да ничего не вышло… Эх, Кэрол, Кэрол, зачем ты ушел от меня? Впрочем, я опять думаю не о том…

Я вызвала к себе управляющего и потребовала вернуть моих служанок. Тот замялся:

— Госпожа, я не могу это сделать. Повелитель рассердится: он их выгнал, после Вашего… после того, как Вы нас покинули.

Ах, так! Лучше бы Вам, господин управляющий, сейчас мне не перечить: я здесь мать единственного наследника престола и без пяти минут супруга правителя, и хочу, чтобы это почувствовали все!

— Если сегодня я их не увижу, то тебя здесь не будет.

Не люблю угрожать, но с чего-то ведь начинать нужно?

— Регина! — позвала я.

Моя девочка тут же отозвалась:

— Елка, что случилось? У тебя голос стал другой.

— Скоро здесь будет все по-другому, моя красавица! И скоро мы увидимся!

— Будь осторожна, Елка. Я здесь под надежной охраной.

— Это не имеет значения! До встречи, Регина!

Вечером служанки были во дворце и не знали, как меня благодарить. Я позвала Лэри и отправилась в бассейн. Сегодня я не сопротивлялась и мужественно вытерпела все ее процедуры и притирания. Девушки занялись моим макияжем и прической. Локоны, как будто случайно, волнами рассыпались по моим плечам, от меня исходил запах каких-то незнакомых пряных цветов… Я протянула руку к своим джинсам, но обе служанки закричали:

— Госпожа, что Вы делаете! Вам так идут платья! И разве прилично ходить в гости в штанах?

Ну, я же не сама пришла в гости… Меня очень настойчиво пригласили, да еще и опять решили удержать силой… Джинсы, конечно, оставляли желать лучшего: уж очень намного их пояс был ниже моей талии… Я усмехнулась: эх, где мои пятнадцать лет… В то время я в этих штанах выглядела бы более прилично, а так… Ну, да о вкусах не спорят.

И я отправилась к Его Сиятельству. Я понимала, что просто взять Клода за руку и увести с собой не получится. Придется что-нибудь придумать…

Эйнэр и мой сын сидели в креслах и что-то горячо обсуждали. Кшедо лежал на ковре у ног повелителя. Увидев меня, Клод рванулся навстречу:

— Мама!

За ним бросился кшедо. Я обняла и поцеловала сына. Князь поднялся на ноги и внимательно поглядел на меня:

— Может, еще кого-нибудь удостоите поцелуя, леди?

Я скромно опустила глаза:

— Боюсь я Ваших поцелуев, Ваше Сиятельство. Прошло шесть лет, а я до сих пор чувствую их на губах… Не говоря уж о последствиях…

Эльф сощурил глаза и, кажется, покраснел. Ага, все-таки стыдно стало!

Кшедо, радостно повизгивая, ползал у моих ног. Я обняла его, а потом упала на его гладкий бок, и улеглась, как на большом ковре, демонстрируя князю свой голый живот.

— Как тут удобно, Клод! Мягко и тепло!

Клод моментально присоединился ко мне, а Эйнер смотрел с удивлением:

— Что это сегодня с Вами, леди?

— Просто вспомнила, как здесь впервые появился Тэги… Ваше Сиятельство, разрешите, я заберу сейчас Клода? Хочу посмотреть на его успехи в верховой езде.

— Мама, а нашего папу возьмем с собой?

Я вспыхнула:

— Твоего папу, малыш. У меня давно уже нет ни папы, ни мамы. Ну, если ему этого очень хочется, то пусть идет.

Я постаралась сказать это как можно небрежнее и заметила, что эльф как-то странно взглянул на меня. Все, Елка, остановись! Переигрывать не надо. А то окажешься плохим актером, и тебя освищут.

Я тут же сменила гнев на милость:

— Ваше Сиятельство, не присоединитесь ли к нашей прогулке?