Чтение онлайн

Решившись, он постучался в дверь.

Кэтрин Рота, студентка третьего курса философского факультета Королевского колледжа, которая, опять-таки следуя четким инструкциям, залепила пластырем свое имя в висевшем на доске под лестницей списке обитателей общежития, отозвалась мелодичным девичьим голоском:

— Входите, открыто!

Роберт толкнул дверь подушечками пальцев, и она, скрипнув, подалась. Улыбчивая девушка, сидевшая за письменным столом, одетая в костюм ведьмы, подняла на него глаза.

— С кем имею честь, добрый сэр?

Черная полумаска закрывала ее лицо почти до глаз. Зато ярко-голубые глаза были прелестны. Карнавальное одеяние и макияж лишь оттеняли их красоту. Как и принято у ведьм, губы ее отливали вороненым блеском, стройные ноги были обтянуты черными лосинами, такого же цвета платье, купленное, очевидно, в местной комиссионке, подчеркивало соблазнительные формы. Наряд довершали высокие армейские башмаки и несколько ниток черных бус на шее. Разумеется, наличествовала и мрачного вида метла, небрежно прислоненная к письменному столу. Волосы юной ведьмы были забраны в жесткий конский хвост, закрепленный, против ожидания Роберта, не сзади, а сбоку, как у девчонки-сорванца.

По достоинству оценив наряд, он наградил девушку скупыми вежливыми аплодисментами, учтиво склонил голову в знак приветствия и протянул ей розу.

Кэтрин Рота вскочила из-за стола и изобразила церемониальный книксен.

— О, благодарю вас, добрый маг!

Дальнюю стену комнаты украшал постер «Клаш» [1] и репродукция картины Густава Климта. [2] В центре письменного стола возвышалась массивная пишущая машинка, полузаваленная ворохами студенческих конспектов. С полки, прибитой к стене над столом, где красовался стереомагнитофон, лились звуки классического концерта для фортепиано с оркестром.

— Вы онемели, друг мой? Ну что ж, ничего не имею против. Присаживайтесь же! — Она кивнула в сторону продавленного креслица с рахитичными подлокотниками. — Чем желаете подкрепить силы, мой добрый господин? — Она игриво скосила глаза на электрический чайник, стоявший на журнальном столике у окна. — Чай, кофе? Может быть, коктейль? У меня есть фирменные соломинки!

Он лишь покачал головой и чуть развел руками — мол, спасибо, нет. У девушки было необычное произношение, явно не уроженки Лондона. Возможно, она с Запада? [3] Или даже американка?

Девушка удалилась в так называемую спальную зону — небольшую нишу, где стояли, как во всех студенческих общежитиях, постель и ширма для переодевания. Кэтрин Рота извлекла из-за ширмы изящный ведьминский колпак, подошла к зеркалу, повешенному над давным-давно угасшим камином, и, любуясь собой, водрузила колпак на голову, завязав черные тесемки под подбородком.

— Воистину я ведьма… — промурлыкала она.

Он не ответил — ему было запрещено — и лишь вежливо кивнул в знак того, что разделяет ее восторг.

Взгляд его скользнул по книжным полкам и корешкам. История, высшая математика, философия… Между шкафами на полстены растянулась афиша студенческой театральной постановки. Роберт решил, что девушка ему нравится. Она и впрямь была хороша. Но понравится ли ей он, особенно когда она узнает, кто прячется от нее под этой маской?

Сегодняшняя игра, как, впрочем, и все предыдущие, являлась плодом буйной фантазии Адама Хейла-Деверо. Он решил шести молодым людям — трем юношам и трем девушкам — устроить свидание вслепую. Окончиться все должно было веселой карнавальной пирушкой в школе Пифагора, располагавшейся на территории колледжа Святого Иоанна в здании постройки XII века. Адам учился на последнем курсе, и у него хватало свободного времени на подобные забавы. Сын дипломата, мелкого аристократа, он ни в чем не нуждался, жил как бог и с пренебрежением относился к учебе на факультете лингвистики — еще бы, ведь он еще в детстве в совершенстве овладел сразу несколькими языками.

Празднуя окончание своего самого первого учебного семестра в колледже, Роберт побывал на студенческом коктейле, где познакомился с Адамом и с ходу высказал тому все, что о нем думал.

— Тебе повезло, только и всего, — убеждал он его. — Тебе не дано постичь тяготы, но и всю прелесть обучения, ибо папочка возил тебя по свету с пеленок и знание языков было просто тебе даровано.

— Ты прав, старичок, мне крупно повезло.

Родители самого Роберта всю жизнь прожили во флигеле для прислуги на территории поместья в Восточной Англии. Отец был отличным садовником и плотником, а мать служила поварихой и экономкой. Роберту, единственному ребенку в семье, первому в роду Реклисов, посчастливилось поступить в университет.

— Папочка возил меня по свету так активно, что я даже мечтал о том, чтобы пожить хоть немного на одном месте, — покровительственно улыбаясь, отвечал юнцу Адам. — Но я не жалуюсь, старичок. Совсем напротив — горжусь тем, что рос в привилегированных условиях.

— Мне кажется, нельзя допускать к учебе тех, кому она дается без труда. Это попросту нечестно.

— Позволь не согласиться, старичок! Лингвистика — предмет очень трудный. Я, например, лишь здесь овладел древнефранцузским. И могу тебя уверить, что чтение в подлиннике «Le Roman de la Rose» [4] не стало для меня легкой прогулкой. Я уж молчу про «La Chanson de Roland». [5] Все это истинные шедевры, конечно, но… — Он обезоруживающе улыбнулся Роберту, отечески похлопал его по плечу и плавно перевел разговор на крикет: — Ладно, ладно, старичок, я прекрасно понял, что ты хотел сказать. Забудем. Скажи-ка лучше, каковы, на твой взгляд, шансы австралийской сборной этим летом?

И уже через пару минут Роберт, забыв обо всем, с жаром спорил с Адамом на спортивные темы.

А в начале марта в сторожку при Тринити-Холле, в которой он ютился, пришло приглашение от Адама. На открытке было от руки выведено:

Роберт в те дни по-прежнему был занят тем, что пытался встать на ноги. Он критически относился к забавам золотой молодежи, однако же решил принять приглашение Адама. Ему хотелось взглянуть на все бесстрастным взором ученого, который едет в Африку, чтобы изучить поведение редкого вида обезьян в их естественной среде обитания. Он был уверен, что такое знакомство с высшим студенческим светом в любом случае пойдет ему на пользу, даже если в итоге и разочарует. Ну и, наконец, ему представлялся шанс познакомиться с красивыми девушками.