Чтение онлайн

Ссылаясь на эту статью, российский посол потребовал точного ее выполнения в связи с захватом алжирскими корсарами — барбаресками принадлежавших России торговых судов «СвятойНиколай», «СвятойСпиридон» и «АаМадонна». Алжирские пираты отказались выполнить указание Стамбула. Тогда от султанского правительства к ним прибыл официальный представитель, дабы удержать, по крайней мере, как сообщал М.И. Голенищев-Кутузов, от дальнейших пиратских нападений на торговые суда под флагом России.

Еще одним дипломатическим успехом Михаила Илларионовича стало решение Турции о запрещении французским кораблям базироваться в Тунисе, где имелась древняя гавань, удобная для стоянки военных судов любого класса. Оттуда пришлось уйти трем фрегатам и 70-пушечному линейному кораблю.

Заботясь о безопасности российского торгового судоходства, посол смог разрешить проблему больших потерь при торговле хлебом. Цена на хлеб в Греческом архипелаге на три рубля превышала цену на базарах Стамбула. Если в 1793 года русские купцы вывезли 186 тысяч четвертей пшеницы, то общий ущерб от невозможности вести торговлю южнее пролива Дарданеллы составил 559 800 рублей.

Этого можно было избежать, но в Турции действовал запрет на перегрузку российских товаров на турецкие суда, которые не подвергались нападениям французских кораблей и алжирских корсаров. Дипломату М.И. Кутузову удалось добиться решения султана Селима III об отмене подобного запрета.

В Санкт-Петербурге не скрывали удовлетворения деятельностью Кутузова-дипломата. Он сумел защитить российскую торговлю и обеспечить ее безопасность на просторах Средиземного моря.

Михаилу Илларионовичу, пребывая в столице Блистательной Порты, приходилось много заниматься польскими делами. В отношениях Турции с Россией Польша играла немаловажную роль. В случае войны она могла оттянуть на себя часть войск русской армии. С мая 1792 года на польской территории стояла Украинская армия под командованием генерал-аншефа М.В. Каховского. Императрица Екатерина II активно вмешивалась в решение судьбы Польского государства.

Прусский король Фридрих-Вильгельм III тоже направил в Польшу свои войска, «забыв» о своих обязательствах перед поляками. Австрия, имевшая во владении часть польских территорий, поддержала договор России и Пруссии, заключенный в январе 1793 года, о втором разделе Польши. В июне 1793 года польский сейм, собравшийся в городе Гродно, вынужден был санкционировать присоединение к России части украинских и литовских земель: воеводств Киевского, Волынского и части Виленского с населением около 4 миллиона человек.

Решение польского сейма в Гродно разрушало военнополитические замыслы Турции в отношении Польши. Французские дипломаты, особенно Декорш, попытались наладить отношения польских оппозиционеров с султанским правительством. Более того, Декорш обещал ему в случае новой войны Турции с Россией «диверсию 100 тысяч поляков».

Дипломатическая деятельность М.И. Голенищева-Кутузова заметно охладила интерес Оттоманской империи к Польше, к ее второму разделу и рассеяла надежды на успехи польской оппозиции.

Однако в марте 1794 года в Польше вспыхнуло восстание под предводительством Тадеуша Костюшко, который в середине апреля отправил в Стамбул «Отчет нации». В Турции возродились надежды на Польшу как военного союзника. Послу удалось узнать, что молдавскому господарю М. Драко-Суцо передано «от Порты повеление доставить сто двадцать тысяч червонных к мятежнику Костюшке» через львовских купцов.

Поражение польских повстанцев в том же 1794 году от русских войск вновь расстроило военно-политические замыслы султанского окружения. Т. Костюшко был взят в плен, посажен в Петропавловскую крепость и освобожден оттуда уже в 1796 году. Официального вмешательства Стамбула в политику России во время второго раздела Польши не произошло.

Деятельность генерал-поручика М.И. Голенищева-Кутузова на посту чрезвычайного и полномочного посла России в Оттоманской империи была высоко оценена императрицей Екатериной II. Результаты его деятельности выглядели впечатляюще. Имя Кутузова-дипломата впервые получило широкое признание в политических и дипломатических кругах Санкт-Петербурга. Его успехи при дворе султана Селима III поражали воображение дипломатического корпуса, аккредитованного в Константинополе.

В своих воспоминаниях С.И. Маевский писал: «Можно сказать, что Кутузов не говорил, но играл языком: это был другой Моцарт или Россини, обвораживавший слух разговорным своим смычком. Но, при всем его творческом даре, он уподоблялся импровизатору; и тогда только был как будто вдохновен, когда попадал на мысль, или когда потрясаем был страстью, нуждою, или дипломатическою уверткою…

Никто лучше его не умел одного заставить говорить, а другого — чувствовать, и никто не тоньше его не был в ласкательстве и в проведении того, кого обмануть или обворожить принял он намерение…»

5 декабря 1793 года М.И. Голенищев-Кутузов получил указ Коллегии иностранных дел, в котором ему было предписано передать посольские архивы и дела камер-юнкеру В.П. Кочубею, назначенному посланником и полномочным министром в Константинополе, помочь ему в аккредитации при султанском дворе и возвратиться в Россию. В феврале 1794 года Михаил Илларионович на отпускной аудиенции у султана Селима III получил разрешение на обратный путь сухопутьем к русско-турецкой границе по Днестру, опять к Дубоссарам.

Совсем иных результатов в ранге полноправного посла Блистательной Порты в Санкт-Петербурге добился Рассых Мустафа-паша. Он по указанию своего министра иностранных дел (реис-эфенди) Решида-эфенди Мустафы своим поведением оскорблял «не только порядки благочиния, но и самодержавие благоустроенного государства». Протесты по поводу его поведения в России стали причиной ареста Рассых Мустафы-паши в Бендерах. Своей секретной миссии в российской столице он явно не выполнил.

Прибыв в столицу, М.И. Голенищев-Кутузов подал ходатайство о награждении многих чинов российского посольства, отличившихся при выполнении дипломатической миссии. Это ходатайство было удовлетворено осенью 1794 года.

Результаты деятельности М.И. Голенищева-Кутузова в ранге посла России в Стамбуле были впечатляющи. За короткий срок своего посольства он сумел упрочить позиции Российского государства в Черном и Средиземном морях и предотвратить реальную угрозу новой войны с Турцией, расстроить ее вмешательство в решение польского вопроса.

Более того, Кутузов-дипломат умело подготовил почву для скорого в будущем временного военного союза России и Турции. Это позволило впоследствии прославленному русскому флотоводцу Федору Федоровичу Ушакову успешно провести Средиземноморский поход русского флота во время войны с Францией 1798–1800 годов и завоевать Ионические острова. Эпопея Средиземноморского похода ушаковской эскадры пройдет во многом благодаря дипломатическим трудам «генерал-поручика и кавалера Михайлы Голенищева-Кутузова».