Кусочек одеяла
Шрифт:
Только через две недели очистили весь герметичный корпус. Запустили отопление и регенерацию воздуха, оживили навигационную систему, поели горячего. Лиха беда — начало. Теперь настал черед двигателей. Пришлось выходить наружу и проделывать с каждым из них всю работу от начала и до конца, обдирая, зачищая и освещая. В тяжелых скафандрах для наружных работ это было непросто. Еще две недели потратили.
Но, едва управились, Степа занял пилотское кресло и, убедившись в том, что корабль управляем, а экипаж пристегнут, дал тягу. Во всех смыслах. Уже на подлете к Земле ему в голову пришла неожиданная мысль.
— Девчата, а ведь мы не все сделали, что обязаны. Название той штуке, что нас накрыла, что ли папа римский за нас давать будет? Нехорошо!
— Накрыла, говоришь, — Ретта нервно хихикнула, видимо заново переживая недавние события, — раз накрыла, значит, простыня.
— Или одеяло, — вступила Николь, — толстое, но невидимое.
— Нарекается одеяльником, — констатировал Степа, — если нет возражений.