Куколка
Шрифт:
Шерифовская кассета. Комбинация могла быть записана на ней. Фу, жарища, как в парилке. Неужели они зацепили кассету? Нет, нет, не может быть… Если только им не подсказали… То-то Спикер заварил непонятную кашу. Однако надо взять себя в руки. Можно еще побороться. Пасовать перед этими лохами?
– Ну и что? Что вы мне подписи суете? Да, это моя подпись. Я и не отрицаю. Я действительно в свое время купил этот “Рикошет” по объявлению в газете. Но примерно через неделю у меня из машины украли печать. Я оставил машину незапертой буквально на пару минут – остановился купить сигарет у ларька, ну и… Тот, кто украл, мог воспользоваться печатью.
– Я разве говорил, что кто-то воспользовался печатью “Рикошета”? Ха-ха, тезка, ты не прав.
– Я просто догадался – договор ведь должен быть с печатью.
– Молодчинка. Как правильно догадался. Может, ты заодно догадался, куда подевались консервы? Ну-ка, попробуй с трех раз! Угадай мелодию.
– Я понятия не имею, о чем идет речь. Какой-то Приблудск, консервы. У меня, в конце концов, намечалась важная встреча, а вы мне ее сорвали. Как я буду объясняться перед человеком?
– Гопака станцуешь. И не играй желваками, рожу перекосит. Не помнишь, значит? А чем у нас покойный Шериф занимался? Рекламный агент фирмы “Прилив” – в таком звании он, кажется, пребывал. Мальчонка на побегушках на шестисотом “мерее” рекламные листочки развозил. Так за что ж его по горлышку?
Музыкант во все горло расхохотался. От этого неожиданного проявления чувств Сергей вздрогнул во второй раз.
Смех резко оборвался, и голос опера неожиданно приобрел иные тона:
– Где девочка, ублюдок?! Можешь подавиться этими миллиардами. Черт с тобой, я не поеду в “Прилив” и не стану переворачивать бухгалтерию и склады. Не буду закладывать тебя приблудским ментам и потерпевшим мясникам, хотя мне и обещана хорошая Деньга в случае твоего задержания. Даю слово! Слово мента! Где девочка?!!
Сергей прикусил язык. В прямом смысле. Хотел облизать губы… Спикер! Ну, гандон рваный… Все-таки продал кому-то информацию, раз она просочилась даже сюда.
Впрочем, Сергея это ничуть не удивило. Устранить Зелинского мечтали многие. Желательно чужими руками. Законным манером. Но даже не это сейчас занимало Сергея. История с Приблудском может дойти до Александра Михайловича. А Сергей прокрутил махинацию по-тихому. Без уведомления патрона. Конечно, Шура оттяпал бы как минимум половину, прикрываясь фанерными лозунгами о партийном общаке и духовном братстве. Ссориться же сейчас с Зелинским совсем ни к чему. Во-первых,
Он на подъеме, а во-вторых, кто знает, какая блажь взбредет ему в головушку, узнай он про Приблудск. Да и мотать срок из-за собственной ошибки как-то не тянет.
– А ну, не спать! – прервал размышления Сергея бас Музыканта. – Быстрее, быстрее! Если с девчонкой что-нибудь сделают, я всю вашу компанию раскручу на полную катушку! Или в самом деле в лесок вывезу. Когда начинают играть не по правилам, я тоже имею обыкновение забывать об уголовном процессе. И тоже начинаю игру без правил!
– Ладно…
Сергей решил рисковать. Девчонка, в принципе, уже и не нужна, а весь риск теперь сводится к вшивости этого мента. К надежности обещания не копаться дальше в приблудской истории.
– Ладно, я скажу, где девочка. Если вы гарантируете…
– Гарантирую! Сказал же – слово мента!
– Квартира в Дачном. Я знаю телефон.
– Так, понял! Кто в адресе?
– Не знаю.
Сергей действительно не знал, кто конкретно сейчас на квартире. Возможно, Спикер, возможно, его сумасшедшие воробышки.
– Зачем забрали бабу и девчонку?
– Надо было поговорить… Девчонка как приманка.
– И о чем же намечался базар?
Сергей сжал кулаки, чтобы никто не заметил его дрожащих пальцев. Кажется, он слишком глубоко заглотил крючок. Не соскочить. Сказал “а”…
– Я жду, тезка.
– Не знаю точно. Баба кого-то опустила. Хотят разобраться.
– Не кого-то, а Шерифа. Хватит прятаться за туман. Отвечай внятно и четко. Как можно меньше слов “не знаю”, “кажется”. Самый главный вопрос. Кто их забрал?
– Спикер. Это кличка, я фамилию не помню.
– Что, на хер, за Спикер?
– Приятель Шерифа. Квартира в Дачном – его. У него несколько хат. На разные случаи. – Он думает, что баба убила Шерифа?
– Да. Хочет отомстить. – Сергей все-таки умолчал про кассету.
– Гляди ты, мститель народный. Партизан. Чтобы отомстить, не надо устраивать весь этот спектакль с чеченскими террористами. Сунул “пику” в толпе и бай-бай. Так почему ты решил, что именно Спикер затеял месть? С чего это вдруг?
– Он сам говорил. Мол, пока за братана не отомщу, спать спокойно не смогу.
– Он что, контуженный по жизни?
– Есть немного. Афган, Босния…
– А сейчас новое увлечение, поприбыльнее. Организованный бандит. Сергей промолчал.
– Хорошие у тебя связи, помощник кандидата. Небось с преступностью бороться обещаете? Народ-то как, верит? Ну что, адвокату звонить будем? Помни только, когда говорят факты – адвокаты молчат.
Музыкант ухмыльнулся и порвал жалобу.
– Так и быть, тезка. Ты сегодня у нас не был и ничего не рассказывал. Три последних вопроса. Факультативно. Кто-нибудь из приблудских мясников замешан в афере? Я имею в виду, из руководства.
Сергей чуть заметно кивнул:
– А вы-то как думаете?
– Купцов?
Сергей вздрогнул в очередной раз, не ответив.
– Классно! Комбинат на ладан дышит, – улыбнулся Музыкант, – а мы ручки греем. Мутная вода, мутные людишки… Так, теперь второе. Кто убил директора склада на Беспросветной?
– Шериф…
– Я так и думал. И последнее. Откуда Спикер узнал про бабу? Про ее адрес, про подружкину дочку? Кроме нас, никто не мог раздобыть эти данные.
– Кто-то из ваших подсказал…